«Я тебя тоже»

Попрощавшись с тетей, я решила представить себя рядом с Женькой. Соседский парень, что дергал меня за косички, вдруг вырос? Но для меня он по-прежнему был мелким хулиганом, со сбитыми коленками и следами свежей травы на рубашке. Говорят, дети агрессивно проявляются свою симпатию. Если исходить из такой теории, то Женька пылал ко мне любовью с самого детского сада, всячески давая это понять. Мы дружили в старших классах, менялись книжками и вместе ходили на речку. Быть может со временем, наш долгосрочный союз перерос бы в нечто большее. Хотя...

Нет! Едва ли Женька при всем желании сумел бы заставить мое сердце биться так сильно. Едва ли кто-то был способен пробудить во мне такую жажду прикосновений. Когда, мучаясь от бессонницы, пытаешься утихомирить собственное тело. Когда стремишься к нему, одновременно боясь каждой новой встречи. Чувствуя, как дрожат коленки, как путаются мысли, и алый румянец красноречиво заливает щеки в его присутствии. И даже наушники мне отныне были ни к чему, ведь в моей голове постоянно играла музыка. Она впервые зазвучала, как только я встретила ЕГО. И не смолкала до сих пор...

Я глотнула уже слегка остывшего чая, и, закрыла глаза, пытаясь оживить вчерашний день. Это оказалось проще простого! Стоило подумать о нем, как воспоминания возникли одно за другим. Он, сославшись на дела, удрал с работы. Как будто школьник, сбежал с уроков. Чтобы закружить меня в вихре эмоций! Вот мы едем в сторону какого-то загадочного места, где меня ждет сюрприз. Стандартная с виду высотка, лифт наскоро домчал нас до самого верха. Еще чуть выше по ступеням, впереди заманчиво приоткрыта дверь. Ведущая куда? На крышу?!

Город с его монотонным шумом остался внизу. Там, под голубым прозрачным небом, мы были вдвоем. Если не брать в расчет назойливых птичек, которым я скормила пачку печенья. Он все предусмотрел: плотная соломенная подстилка, целая корзина угощений, красное вино, и даже теплое одеяло на случай, если я замерзну.

- Я не могу перестать любоваться тобой, - он коснулся моей щеки, уже полыхавшей от смущения.

- А я не могу перестать удивляться твоей непредсказуемости! - ответила я, - Сбежать с работы в самый разгар дня? Так на тебя не похоже.

- Могу я похулиганить? Тем более в компании такой очаровательной спутницы, - ответил он. И, помолчав, добавил, - Знаешь, с тобой я как будто проснулся. Или, наоборот, уснул, и это все сон?

Он испытующе глядел на меня своими бездонными серыми глазами. Этот контраст темных волос и светлых, почти прозрачных глаз, прежде всегда отталкивал меня. Но только не с ним... Я ворошила руками темный ежик его волос, повторяла пальцами изгиб  подбородка, чуть колючего... Прижималась к нему, втягивала носом запах его тела! Всякий раз, оставаясь наедине, мы были подобны животным, утратившим чувство реальности.

Он любил меня именно так, как я хотела! Будто умел видеть самое сокровенное. Он держал мои запястья, когда я желала грубости. Он ласкал меня так изощренно нежно, когда мое тело жаждало этого. Я хотела стать его неотделимой частью... Однажды от избытка эмоций, я заплакала. В тот самый момент, когда должна была бы стонать от удовольствия!

- Малыш, ты что? - обеспокоенно спросил он, приподнявшись на локтях.

- Не знаю, просто... - я и в самом деле не представляла, как описать ту бурю чувств, бушевавшую внутри меня. Как можно вычленить всего одну среди целой тысячи эмоций.

Он коснулся губами моих заплаканных глаз и с силой вошел...

Эти неведомые прежде эмоции заполняли меня до краев. И я снова начала рисовать! Но не так, как раньше, повторяя очертания простых предметов, или пытаясь запечатлеть красоту природы. Я рисовала так, будто мною управлял кто-то другой. Будто кто-то, а не я, водил кистью по белой ткани! Последние две картины представляли собой нечто настолько отличное от того, что я рисовала прежде. Буйство красок, калейдоскоп невероятных сочетаний и узоров, буквально завораживал и увлекал за собой куда-то в потусторонний мир.

Эти картины я пока держала в тайне, как и чувства к нему. На то были свои причины. Но я была уверена, что когда-нибудь, уже совсем скоро мне не придется ничего скрывать. Теперь я знала, что означало «творить» в истинном понимании этого слова. Пожалуй, настоящее вдохновение действительно способно творить чудеса! Оно дарует человеку крылья. И тогда все чего он ни коснется, обретает смысл.

Глава 3. Рита

Зеленый цвет коктейля угнетал не меньше его вкуса. Хотя, чего можно ждать от свежего смузи из сельдерея с огурцом? Только такие «здоровые» коктейли делают в цитадели фитнеса и велнеса. В желании обмануть оголодавший после физических нагрузок организм, можно влить в него овощную заправку. И уловка срабатывает! После подобной трапезы аппетит пропадает надолго.

- Ощущение, что меня били палками, - тяжело вздохнула я и плюхнулась на стул.

- То ли еще будет! – приободрила Ленка.

Она была старше меня на 7 лет. А потому играла роль «лакмусовой бумажки», наглядно демонстрируя, какие изменения ждут меня впереди. К тому же, на фоне ее раздобревшей фигуры я казалась стройнее. И все-таки, я любила Ленку и восхищалась ею! Ее нескончаемым задором и оптимизмом, которых мне так не хватало. 

- Ты сейчас куда? – уточнила Ленка и громко втянула свежий морковный сок.

- Зойку забрать. Гостит у одноклассницы. Хорошо, что девочки сдружились.

- Да, - задумчиво протянула Ленка.

Она красила свои жесткие льняные волосы, но седина неумолимо проступала на висках. Ленка не была образцом женской красоты. Но удивительно нескладные черты лица: широкие скулы, чуть раскосые глаза и крупный нос, вместе делали ее похожей на героиню древних сказаний – сильную и целеустремленную. Не хватало лишь копья и наброшенной на плечи шкуры.

- Ты следи за ней, девочки сейчас ранние. Моя Маринка в 15 лет с девственностью простилась, - предостерегающе заметила подруга.

- Ой, я даже думать боюсь! – отмахнулась я.

- А ты не бойся, а думай! Оглянуться не успеешь, как выпорхнет, – настойчиво произнесла Ленка.

У нее, кроме старшей дочери, был еще и сын. Но и он уже оставил родителей, успешно поступил в институт, а недавно огорошил всех своим намерением жениться.

- Я и так думаю, Лен, - произнесла я и глубоко вздохнула, - постоянно!

Ленка отодвинула в сторону стакан и сочувственно посмотрела на меня. Она была единственным человеком, которого я посвящала в свои переживания. Во многом потому, что она ощутила все на своей «шкуре», и могла поделиться опытом. Но, кроме всего, Ленка имела удивительную способность говорить правду, без прикрас. Слышать которую порою было болезненно тяжело, но жизненно необходимо.

- Опять накатило? – спросила она.

Я кивнула, пытаясь протолкнуть комок в горле. То ли от нахлынувших чувств, то ли от овощного десерта.

- Рит, готовиться стоит к худшему! – без предисловий, начала она.

Я испуганно уставилась на нее.

- Лен, ты о чем? О Зойке?

- Да нет, - махнула рукой подруга, - я о вас с Вадимом.

- А что о нас? – нарочито равнодушно пожала я плечами. – У нас все отлично! 

- Ой, ли? – недоверчиво ухмыльнулась Ленка. И, вспомнив про недопитый морковный нектар, торопливо отхлебнула из стакана. – У нас тоже все было отлично. Но я тебе так скажу, подруга! Когда в доме есть дети – это одно. Но все становится по-другому, когда дом пустеет.

Я вяло потягивала из трубочки остатки зеленого напитка.

- А что изменится? Просто мы наконец-то сможем выдохнуть.

- Вы изменитесь, Рит! – сделав акцент на слове «вы», сказала Лена. – Поэтому готовить почву нужно заранее.

- Ну, я и готовлю. Вот! – я демонстративно выпрямила спину, указав на измученный тренировками пресс.

- Да я не об этом, - раздраженно махнула Ленка, - хотя… и об этом тоже.

- А о чем? – не поняла я.

- Ты бы лучше по сторонам чаще смотрела. Вон, тренер с тебя глаз не сводит.

С этими словами Ленка беззастенчиво кивнула в сторону барной стойки, около которой переминался с ноги на ногу одетый в облегающий спортивный костюм, мужчина лет под сорок.

- Я его давно заметила! – шепнула Ленка. – Он ничего такой, подтянутый. Чуть моложе, но это ж самый шик.

Ленка состроила томную гримасу и задумчиво закусила губу.

- Я бы и сама не прочь отработать с ним упражнение Кегеля.

- Лен! – одернула я подругу, поспешно отводя взгляд.

Ленкин муж давно и стабильно изменял ей. И подруга не скрывала своей осведомленности. Мало того! Супруги заключили негласный договор, позволявший им обоим совершать адюльтеры направо и налево. Так они жили уже много лет, существуя бок обок в качестве деловых партнеров, соседей, и, по словам Ленки, самых близких «друзей». Я же представить не могла себя в подобной роли! Найти кого-то взамен Вадиму? Но зачем? С какой стати мне смотреть на моложавых тренеров, даже если их задницей можно орешки колоть? Прости, Господи!

- Ты неисправима, Лен! – улыбнулась я, допив-таки свой полезный коктейль.

- Когда ты уже исправишься? – обреченно вздохнула подруга, - На твоем Вадике свет клином не сошелся!

- Сошелся! – упорствовала я, - Скоро будет 22 года, как сошелся.

- Ой, батюшки! – скривилась Ленка, будто морковный сок стал ей поперек горла, - Это же, сколько тогда у нас с Мишкой?