«Посторонние»

Посторонние

Вероника Карпенко

Часть 1. Пролог

Я люблю тебя тихо, шепотом, Чтобы вдруг не услышал никто... А душа, пропади она пропадом, Превращённая в решето! Ни сказать, ни подумать нечего, Только запах любимый беречь, Прикасаться рукою доверчиво Исхудавших от времени плеч... Отдаваться, как на прощание, А, прощаясь, не отпускать! День за днём, на любом расстоянии, Твои мысли, как книгу, читать. Не пытайся найти объяснение, Ведь любви моей горький секрет - Не расчет, не судьба, не влечение... Без тебя меня попросту нет.

Стихотворение автора.

Мы повстречались задолго до того, как нас официально представили друг другу. Это был один из тех дней, когда лето еще не ушло, а осень пока не наступила. Деревья уже стремительно обнажались. Но солнце, пытаясь скрыть это непринужденное разоблачение, светило во всю прыть. Игривый ветер гонял по воздуху нити паутины, и те щекотали лицо.

Во дворе перед школой, как всегда, было много ребят. Затертая до дыр лавочка с трудом умещала с десяток узкобедрых подростковых фигур. Мальчишки курили, передавая сигарету по кругу. И каждый, дожидаясь своей очереди, в нетерпении притопывал ножкою, взбивая облако пыли.

Я, с буханкой хлеба, варварски надкушенной с одной стороны, шла домой. И, взамен тому, чтобы делать крюк, решила срезать наискосок.

— Эй! — услышала я, когда незнакомая компания осталась позади. Вслед за этим последовал характерный свист, которым обычно подзывают собак. Я дернулась, но не остановилась. Будь они местными, или чужаками... Для них, я служила мишенью!

Когда сзади послышался звук шагов, я, испытывая острую потребность пуститься наутёк, стиснула зубы и крепче сжала в руке буханку. Мальчишка чуть опередил меня, развернулся лицом, и продолжил свой путь задом наперёд. Я ускорила шаг, он тоже ускорился.

— Почём нынче хлеб? — услышала я звонкий юношеский голос, в котором не было присущей его ровесникам злости и едкости.

— Тебе не по карману! — парировала я, гордо выпятив вперёд подбородок, и не замедляя хода.

— А ты угости! — ухмыльнулся мой «провожатый». Навскидку он был старше меня на несколько классов. В школьные годы именно «классы» служили универсальной системой координат.

— Обойдёшься! — хмуро бросила я снизу вверх.

Посторонние

Вероника Карпенко

Часть 1. Пролог

Я люблю тебя тихо, шепотом, Чтобы вдруг не услышал никто... А душа, пропади она пропадом, Превращённая в решето! Ни сказать, ни подумать нечего, Только запах любимый беречь, Прикасаться рукою доверчиво Исхудавших от времени плеч... Отдаваться, как на прощание, А, прощаясь, не отпускать! День за днём, на любом расстоянии, Твои мысли, как книгу, читать. Не пытайся найти объяснение, Ведь любви моей горький секрет - Не расчет, не судьба, не влечение... Без тебя меня попросту нет.

Стихотворение автора.

Мы повстречались задолго до того, как нас официально представили друг другу. Это был один из тех дней, когда лето еще не ушло, а осень пока не наступила. Деревья уже стремительно обнажались. Но солнце, пытаясь скрыть это непринужденное разоблачение, светило во всю прыть. Игривый ветер гонял по воздуху нити паутины, и те щекотали лицо.

Во дворе перед школой, как всегда, было много ребят. Затертая до дыр лавочка с трудом умещала с десяток узкобедрых подростковых фигур. Мальчишки курили, передавая сигарету по кругу. И каждый, дожидаясь своей очереди, в нетерпении притопывал ножкою, взбивая облако пыли.

Я, с буханкой хлеба, варварски надкушенной с одной стороны, шла домой. И, взамен тому, чтобы делать крюк, решила срезать наискосок.

— Эй! — услышала я, когда незнакомая компания осталась позади. Вслед за этим последовал характерный свист, которым обычно подзывают собак. Я дернулась, но не остановилась. Будь они местными, или чужаками... Для них, я служила мишенью!

Когда сзади послышался звук шагов, я, испытывая острую потребность пуститься наутёк, стиснула зубы и крепче сжала в руке буханку. Мальчишка чуть опередил меня, развернулся лицом, и продолжил свой путь задом наперёд. Я ускорила шаг, он тоже ускорился.

— Почём нынче хлеб? — услышала я звонкий юношеский голос, в котором не было присущей его ровесникам злости и едкости.

— Тебе не по карману! — парировала я, гордо выпятив вперёд подбородок, и не замедляя хода.

— А ты угости! — ухмыльнулся мой «провожатый». Навскидку он был старше меня на несколько классов. В школьные годы именно «классы» служили универсальной системой координат.

— Обойдёшься! — хмуро бросила я снизу вверх.