«Одноклассники»

Одноклассники

Елена Истомина

Терпкий аромат дорогого мужского парфюма дурманил не хуже вина.

Чистую правду говорят о том, что в темноте все чувства и ощущения обостряются.

Такой возбуждённой, я еще не чувствовала себя, пожалуй, никогда.

Одна сильная рука незнакомца сжимает мою руку, другая обжигает талию.

Это просто танец с незнакомцем с завязанными глазами, а сердце мое колотится так, словно сейчас, в этом слепом танго, вся моя судьба решается.

Никогда прежде не позволяла себе ничего подобного! От того и дрожу сейчас вся, в руках незнакомца.

Сильные руки, широкие плечи, горячее дыхание. Шаг. Поворот. Еще шаг. Резкий наклон.

И хоть я ничего не вижу, голова идет кругом, и дальше танцевать я не могу. Инстинктивно вцепляюсь пальцами в плечи мужчины, чтобы устоять.

Незнакомец властно кладет свою руку мне на бедро, чуть приподнимает ткань платье, прерывисто выдыхает, хватает меня за волосы, вынуждая поднять голову, и захватывает мои губы своими.

С испугу попыталась оттолкнуть наглеца, но мне только крепче сжали волосы, так, что охнула от боли, а незнакомец, воспользовавшись этим, пропихнул свой горячий язык мне в рот и нагло начал тереться о мой, не давая никакой возможности отстраниться. Притом мужчина настойчиво шагал вперед и очень скоро, я уперлась спиной в стену.

Незнакомец тут же буквально придавил меня собой, и его руки начали нагло лапать меня внизу, пытаясь задрать, к счастью, очень длинное платье.

— Отпустите! — потребовала, как только незнакомец оторвался от моих губ. — Вы меня неправильно поняли! Я не за этим сюда пришла! Только танцевать! Слышите?!

Изо всех сил уперлась руками в плечи мужчины, пытаясь его оттолкнуть, но без толку. Он недвижим словно кавказские горы.

От тихого, грудного голоса, сердце мое ушло в пятки и кольнуло так остро и больно, словно его раскалённая стрела пронзила.

— А мне говорили, что сюда все приходят, как раз, только за этим…

— Игорь? — выдохнула близкая к обмороку от шока.

Этот до невозможности знакомый голос, звучащий в оглушающей меня темноте, вызвал в душе гремучую смесь былых чувств, горечь, от несбывшихся надежд, боль от разбитого сердца, жгучую как крапива, обиду, удушающий страх перед будущим, и вечный холод в объятьях тирана.

Одноклассники

Елена Истомина

Терпкий аромат дорогого мужского парфюма дурманил не хуже вина.

Чистую правду говорят о том, что в темноте все чувства и ощущения обостряются.

Такой возбуждённой, я еще не чувствовала себя, пожалуй, никогда.

Одна сильная рука незнакомца сжимает мою руку, другая обжигает талию.

Это просто танец с незнакомцем с завязанными глазами, а сердце мое колотится так, словно сейчас, в этом слепом танго, вся моя судьба решается.

Никогда прежде не позволяла себе ничего подобного! От того и дрожу сейчас вся, в руках незнакомца.

Сильные руки, широкие плечи, горячее дыхание. Шаг. Поворот. Еще шаг. Резкий наклон.

И хоть я ничего не вижу, голова идет кругом, и дальше танцевать я не могу. Инстинктивно вцепляюсь пальцами в плечи мужчины, чтобы устоять.

Незнакомец властно кладет свою руку мне на бедро, чуть приподнимает ткань платье, прерывисто выдыхает, хватает меня за волосы, вынуждая поднять голову, и захватывает мои губы своими.

С испугу попыталась оттолкнуть наглеца, но мне только крепче сжали волосы, так, что охнула от боли, а незнакомец, воспользовавшись этим, пропихнул свой горячий язык мне в рот и нагло начал тереться о мой, не давая никакой возможности отстраниться. Притом мужчина настойчиво шагал вперед и очень скоро, я уперлась спиной в стену.

Незнакомец тут же буквально придавил меня собой, и его руки начали нагло лапать меня внизу, пытаясь задрать, к счастью, очень длинное платье.

— Отпустите! — потребовала, как только незнакомец оторвался от моих губ. — Вы меня неправильно поняли! Я не за этим сюда пришла! Только танцевать! Слышите?!

Изо всех сил уперлась руками в плечи мужчины, пытаясь его оттолкнуть, но без толку. Он недвижим словно кавказские горы.

От тихого, грудного голоса, сердце мое ушло в пятки и кольнуло так остро и больно, словно его раскалённая стрела пронзила.

— А мне говорили, что сюда все приходят, как раз, только за этим…

— Игорь? — выдохнула близкая к обмороку от шока.

Этот до невозможности знакомый голос, звучащий в оглушающей меня темноте, вызвал в душе гремучую смесь былых чувств, горечь, от несбывшихся надежд, боль от разбитого сердца, жгучую как крапива, обиду, удушающий страх перед будущим, и вечный холод в объятьях тирана.