«Жестокие игры»

Жестокие игры

Громова Ульяна

Цикл: Непримиримые. Криминальные игры мажоров

Глава 1. Не трусь, я сам боюсь

Прежде чем радоваться, что добро побеждает,

стоит убедиться в том, что зло — это не вы.

Тихонько поцарапавшись, в дверь спиной вперед протиснулась официантка. Чуть не оступилась на разбросанных ботинках, повернулась испуганно. Еще бы! Ей год пахать на одни Алинкины норковые ботфорты с золотыми пряжками! Чудный ротик девчонки приоткрылся, а щеки залились пунцовой краской. Она чуть не уронила поднос с батареей бутылок и сырной тарелкой, но я приложил палец к губам, призывая к молчанию, и глазами показал на столик, задом к которому в махровой набедренной повязке-полотенце на корточках стояла Алинка.

Я собрал волосы пятернёй и глубже насадил её рот на свой член, не давая низвергнутой к моим ногам королеве универа повернуться и увидеть наивную дурёху, у которой от неловкости и испанского стыда покраснели даже коленки. Что эта невинность делает в элитной сауне, вообще? Синее форменное платье чуть ниже задницы, чёрные гольфы и — вишенкой на этой пошлой безвкусице — малиновый, как сейчас её щёки, галстук с эмблемой комплекса «Нимфа» ей шли, как штырю передничек.

Я жестом руки показал ей поскорее ставить на стол поднос и уматывать отсюда, пока из сауны в комнату отдыха не выскочила остальная компания — не хотелось, чтобы эту девчонку увидели здесь мои сегодняшние спутники.

Но официантка бесила. Замерла с приоткрытым ртом, таращилась так, будто увидела моего двойника.

Я застонал, чтобы заставить эту пигалицу отмереть.

Она бросилась из предбанника… зажмурившись. Когда грохнулась, зацепившись за колченогий диван, я чуть не кончил от того, что Алинка едва откусила мне член по самые яйца от неожиданности.

Девчонка с писком скрылась за дверью, оставив на сетчатке моих глаз запечатлевшийся на пожизненный срок отпечаток вида её стройных ножек и изящной попки в малиновых трусиках-шортиках.

Ох, как хотелось выдрать эту милоту членом за всё хорошее!

Олег, Боря, Денис и две холёные девицы — свита королевы, высыпали из сауны разгорячённые не только паром.

— Прости… — обронила виновато Алинка.

А я натянул на бедра простыню.