«Адвокат Секса»

Адвокат Секса

Кора Бек

1. Особняк на бульваре Оранж Грув

После полудня солнце нещадно палило. Несмотря на разгар рабочего дня, в долине Сан-Фернандо всё замерло. Особенно сильно это чувствовалось в северо-восточном пригороде Лос-Анджелеса — старой доброй Пасадене. Обычно сонный городок сегодня как будто бы и не просыпался. На его улицах не было ни души. Вдоль бордюров безупречно стройными рядами припарковались автомобили. Кажется, за руль этих машин никто не садился ещё со вчерашнего вечера. Куда-то разом исчезли копы, разносчики газет и пиццы.

При желании в Пасадене июльским днём 1998 года можно было бы смело снимать фильм под названием «Город-призрак». Правда, всё, что связано с необыкновенными явлениями, и, в частности, с призраками, как правило, ассоциируется с сумерками, но тут уж ничего не поделаешь. Над Пасаденой вовсю светило солнце.

От жары не спасала даже роскошная крона пальмовой аллеи, высаженная во внутреннем дворе добротного двухэтажного особняка на бульваре Оранж Грув (Апельсиновая роща), который был построен в начале 20-го века. Знойный воздух затруднял дыхание, вынуждая бедных жителей Пасадены искать себе укрытие в достаточно необычных местах.

Энтони Брукс — высокий худощавый подросток с серыми глазами, откинул с лица прядь длинных тёмных волос и одним рывком поднялся на ноги. Всё сегодняшнее утро он провёл на уютной чудесной лужайке, которая служила предметом особенной гордости его матери — домохозяйки Розмари Брукс. Миссис Брукс всё своё время полностью посвящала семье. Вот и сейчас, судя по шуму из кухни, мать не сидела без дела, а, очевидно, готовила обед.

Нет, у них, как у всех жителей их улицы, конечно же, есть прислуга, но Мари предпочитала собственноручно готовить мужу обеды и ужины. Вынув из ушей наушники, с CD-плеером в руках Тони не спеша направился к задней двери дома. Но вместо того, чтобы подняться на второй этаж, где находилась его спальня, юноша свернул в кабинет отца. Расположенный в правом крыле старого особняка, кабинет выходил окнами в сад и в летнее время являлся самым прохладным местом в их доме.