«Кино про любовь»

Окно режиссёрского Люкса (цветной телевизор «Рубин», холодильник «Бирюса», шкафчик с рюмочками, отдельная спальня и ванная с кафелем) было открыто настежь, но это не помогало. На улице было плюс тридцать пять.

Как они здесь живут? – подумал Таранов о жителях Ягодного.

Сам он плохо переносил жару: его подташнивало, пропадал аппетит и по вечерам болела голова.

Одну жару он ещё мог как-то выносить, – его убивало то, что к ней примешивались производственные неприятности. На Мосфильме уже поднимался скандал. Двадцать полезных метров за четырнадцать съёмочных дней в дирекции считали чуть ли не провалом экспедиции. На днях для выяснения ситуации на месте со студии должен приехать директор картины.

Таранов примерно догадывался, что о нём судачат на студии: дебютант в свои 44 года, из Саратова, снимал там на кинохронике какие-то короткометражки, женился на москвичке, 5 лет ошивался на Мосфильме, выпрашивая хоть какую-то постановку, безвольный, группу распустил, разрешил актрисе улететь на другие съёмки, из-за чего группа пять дней была в простое и так далее.

В своих раздумьях он допускал, что, возможно, этот дурацкий сценарий с рабочим названием «А если это любовь?» ему сбагрили лишь для того, чтобы похоронить его как режиссёра. От этого сценария на студии открестились все безработные режиссёры, а он согласился. Отказаться он не мог из-за жены. Она бы этого не поняла: пять лет он сидел без работы, и вот ему дают, на Мосфильме (!!!) полнометражную постановку – чего тут думать! Пусть это будет слабый фильм, главное – зацепиться на студии.

Сценарий, действительно, был ужасен: в колхоз-миллионер случайно, проездом из города попадает молодой агроном, влюбляется в доярку и остаётся там жить и работать. В качестве костылей к сюжету были приделаны пять музыкальных номеров. В режиссёрской версии Таранов заменил доярку на заведующую лабораторией, вставил ещё пару эпизодов, но это было как мёртвому припарки. Таранов с грустью подумал, что, если даже каким-то чудом он всё-таки снимет и смонтирует весь материал, выше третьей категории в Госкино это говно все-равно не получит. А это значит, – минимальное количество копий и потиражных, не говоря уже о гонораре.

Таранов достал из холодильника бутылку водки и налил себе рюмку.

На часах было 12 часов дня, на улице плюс 35, а на душе у него – лучше не думать.

Окно режиссёрского Люкса (цветной телевизор «Рубин», холодильник «Бирюса», шкафчик с рюмочками, отдельная спальня и ванная с кафелем) было открыто настежь, но это не помогало. На улице было плюс тридцать пять.

Как они здесь живут? – подумал Таранов о жителях Ягодного.

Сам он плохо переносил жару: его подташнивало, пропадал аппетит и по вечерам болела голова.

Одну жару он ещё мог как-то выносить, – его убивало то, что к ней примешивались производственные неприятности. На Мосфильме уже поднимался скандал. Двадцать полезных метров за четырнадцать съёмочных дней в дирекции считали чуть ли не провалом экспедиции. На днях для выяснения ситуации на месте со студии должен приехать директор картины.

Таранов примерно догадывался, что о нём судачат на студии: дебютант в свои 44 года, из Саратова, снимал там на кинохронике какие-то короткометражки, женился на москвичке, 5 лет ошивался на Мосфильме, выпрашивая хоть какую-то постановку, безвольный, группу распустил, разрешил актрисе улететь на другие съёмки, из-за чего группа пять дней была в простое и так далее.

В своих раздумьях он допускал, что, возможно, этот дурацкий сценарий с рабочим названием «А если это любовь?» ему сбагрили лишь для того, чтобы похоронить его как режиссёра. От этого сценария на студии открестились все безработные режиссёры, а он согласился. Отказаться он не мог из-за жены. Она бы этого не поняла: пять лет он сидел без работы, и вот ему дают, на Мосфильме (!!!) полнометражную постановку – чего тут думать! Пусть это будет слабый фильм, главное – зацепиться на студии.

Сценарий, действительно, был ужасен: в колхоз-миллионер случайно, проездом из города попадает молодой агроном, влюбляется в доярку и остаётся там жить и работать. В качестве костылей к сюжету были приделаны пять музыкальных номеров. В режиссёрской версии Таранов заменил доярку на заведующую лабораторией, вставил ещё пару эпизодов, но это было как мёртвому припарки. Таранов с грустью подумал, что, если даже каким-то чудом он всё-таки снимет и смонтирует весь материал, выше третьей категории в Госкино это говно все-равно не получит. А это значит, – минимальное количество копий и потиражных, не говоря уже о гонораре.

Таранов достал из холодильника бутылку водки и налил себе рюмку.

На часах было 12 часов дня, на улице плюс 35, а на душе у него – лучше не думать.