«Гады. Старая кожа»

Лэйра старательно вывела предпоследнюю букву. А на последней грифельная палочка для письма съехала в сторону, обломав заточенный кончик. Мерзкий Вепракс нарочно её толкнул, чёрная полоса перечеркнула чуть ли не треть её трудов. Пакс, предвидя эту смешную катастрофу, давно подключился к её глазам. А заодно и ввёл код доступа к её нервной системе — девчонка пока не умела владеть своими чувствами. Не могла удерживать свой особый дар. Могла выдать себя, нанеся спонтанный удар по мозгам обидчика. И тогда всё. Тогда взрослые мигом заподозрят в ней гадину. А у гадин одна судьба: на костёр. Лэйра ещё пялилась на учинённое безобразие, а в её голове уже набирал жару гнев. Медленно распухало то самое горячее яркое облачко, которое она могла почти увидеть. Не глазами, понятно — внутренним взором. Пакс тоже его видел на сетке, что постоянно висела перед его внутренним взором. Это облако распухало, поглощая то, что его собственный дар обзывал «объект Лэйра». Ещё немного, и взрыв набравшей силу злобы разнесёт мозги поганца Вепракса. Пакс почувствовал, как горделивый шепот говнюка обжег ухо Лэйры, ещё больше подогрев злость гадины:

— Сегодня отец пойдёт просить тебя для меня. Семь лет до свадьбы пролетят быстро.

Лэйра ощущала, что до запретного взрыва остались считанные мгновенья, и паниковала. Она уже не в состоянии затушить его самостоятельно. Пакс вздохнул и вторгся в лобные доли мозга подружки. Облако моментально сдулось, а Лэйра потеряла всякий интерес к Вепраксу. И на этот раз удалось избежать разоблачения — удручённо подумал Пакс, даже не думая отключаться от гадины. С тех пор, как начал прорезываться её дар, он всем своим нутром ощутил потребность в защите девчонки. Иной раз и сам злился, что собственный дар прицепился к двум малолетним сестричкам-гадинам, как клещ. Но бороться с ним было бессмысленно: дар всевидящего сильней человека, который им обладает. Это он носит в себе человеческую душу всевидящего, а не наоборот. Хлопотно до ужаса, но Пакс уже начинал привыкать к своему положению заложника.