«Выбор [СИ]»

Люро Полина

ВЫБОР

Они начинали тяжёлые тренировки задолго до рассвета. Мастер и двое его учеников, выбранных им из дюжины претендентов. Отбор был очень строгим, впрочем, как и сам Мастер. Тот, не раздумывая, калечил мальчишек, пришедших к нему в надежде стать сильнейшими в боевом искусстве. Каждый из ребят мечтал занять в гильдии почетное место рядом с лучшим наёмным убийцей.

О Мастере ходили легенды. За двадцать лет, что он возглавлял гильдию, никто не мог сравнитьсяс ним и, если уж он брался за дело, обречённый человек мог заранее заказывать свои похороны. И не важно, какой охраной располагал несчастный, ничто не могло его спасти. Мастер был непреклонен, его невозможно было подкупить или разжалобить. Ходили слухи, что он прикончил собственного брата, когда получил на него заказ, и даже глазом не моргнул. Человек без души, так говорили о нём.

И вот теперь сироту Этьена Мастер выбрал себе в ученики. Этьен был особенным. Он вырос в бродячем цирке, и, несмотря на свой юный возраст, был прекрасным акробатом и метателем ножей. Тогда он ещё был счастливым ребёнком, полным веселья и озорства, настоящая гордость и одновременно головная боль своих родителей. От его проделок стонала вся труппа.

Всё кончилось одним дождливым весенним днём. Несколько подвыпивших наёмников, на свою беду встреченных циркачами на лесной дороге, повздорили с хозяином труппы. Результат был ужасен: цирка, колесившего по этим землям больше двадцати лет, не стало за каких-то полчаса. Зарубили всех, не пощадив даже маленьких детей и животных, а лошадей попросту украли. Оба фургона подожгли, долго смеясь над криками умирающих в огне замученных ими женщин.

Такое жестокое было время. Этьен и его чёрный лохматый щенок по кличке Шаро выжили только чудом. Незадолго до этого отец отослал старшего сына в ближайшую деревню осмотреться и узнать, сможет ли труппа там переночевать и найти себе пропитание. Из деревни мальчика прогнали палками, считая «цирковых» мошенниками и ворами, но к такому приёму Этьен был готов, а вот к тому, что увидел, вернувшись к догорающим повозкам ― подготовиться было невозможно.