«Гондору не нужен Король»

Альвдис Н. Рутиэн

ГОНДОРУ НЕ НУЖЕН КОРОЛЬ

ХОЛОДНЫЕ КАМНИ АРНОРА

КТО КОМУ НУЖЕН

Я беспокоюсь за судьбу этого романа, после несомненного успеха «Некоронованного» – особенно. И дело совершено не в качестве текста – он такой же чарующий, как история об Аранарте. И не в моем личном впечатлении, с ним вообще всё в порядке, «Гондору не нужен Король» – очень близкая мне вещь, и по стилю, и по духу. Беда в том, что я пытаюсь представить себе читателя, запоем читающего эту книгу, как я, – и образ этого человека расплывается, ускользает.

Те, кто ждет от нового романа приключений и лютого бешеного «экшена», наверняка будут разочарованы. С драками и погонями на погонный метр текста явная напряженка, как и с военными сценами. Нет, и того, и другого и третьего некоторое количество присутствует, но фокус внимания явно не на них. Действие происходит в наивысших верхах благополучного города, самого большого в мире, столице очень цивилизованного и сильного государства. Там говорят о налогах и дипломатических приемах больше, чем о беспорядках на границе, вопросы власти решаются весьма спокойно и как-то даже скучновато – умер наместник, кресло у трона занял всем давно известный преемник. Где вы, где же, коварные интриги и кровавые покушения?..

Обмануты будут и ожидания тех, кто заподозрит в произведении, написанном женщиной, дамский роман. Love stories, обязанные произрастать на благодатной придворной почве, малочисленны и – как бы это сказать? – недостаточно драматичны. Главный герой, правда, целых два раза влюбляется, некоторое время страдает, разрывается между одним долгом и другим и даже однажды ввязывается в очень нехарактерную для себя авантюру, руководствуясь велению сердца (осторожно, спойлер). Но опять-таки – слишком мало слез, укоров, мук ревности, обманутых ожиданий и разъяренных родственников. Всё это остается за кадром, потому что история не о том.

Так о чем же? Сама Альвдис говорит про содержание своего текста очень лаконично: «Он о том, как наследник Элендила приезжает из Арнора в Минас-Тирит, служит там 22 года стражником, а потом возвращается к себе на Север». И ведь не поспоришь, именно об этом. Но не так всё просто, уважаемый читатель, совсем не так. Хотя бы потому, что вся эта история случилась в Средиземье, мире, придуманном профессором Дж. Р. Р. Толкином. А там, как говаривал один из героев бессмертного фильма «Криминальное чтиво» (правда, совсем по другому поводу): «всё точно также, как и здесь, только немного по-другому».

В Средиземье стремление к власти любой ценой – атрибут темных сил, а в землях свободных народов власть принимают как бремя и ответственность, но не делают из нее смысл жизни. Дунаданы не имеют обыкновения волочиться за каждой встреченной юбкой, а в брак вступают лет в 70, исключительно по любви и взаимному согласию, не имея при этом ни малейшего интимного опыта. Здесь след прошедших эпох материален и нагляден, как, например, Белое древо или могила Элендила, и обладает особыми волшебными свойствами, которые ощущаются любым человеком, а особенно – тем, кто по праву рождения является наследником судьбы Запада.

Поклонники сурового фантастического реализма а-ля «Игра престолов» хором воскликнут: «Вампир, не бывает!» и буду совершенно правы, потому что в мире, где бабло победило зло, конечно же, всего этого не было и не будет никогда. Одна моя давнишняя знакомая, когда мы были молоды и собирались на вторые по счету «Хоббитские игрища» 1991 года, очень серьезно говорила, что Средиземье – это средневековье, в котором чисто. Вспоминая эту запавшую мне в подкорку простую, но точную фразу, я начинаю тревожиться за «Гондору не нужен Король» уже всерьез, поскольку представления о чистоте и грязи у нас у всех очень субъективные. И сурового суда любителей и ценителей мира Толкина я опасаюсь гораздо больше, чем чьей бы ни было еще оценки.

Дело в том, что перед нам снова, как и в случае «Некоронованного», апокриф, кусочек Средиземья, о котором Профессор не писал практически ничего. А значит, можно только догадываться, достраивать из имеющихся фактов, привлекать известные аналоги, словом, заниматься самой что ни на есть исторической реконструкцией, чтобы понять, что там могло быть. Но есть одна беда – в отличие от реальной земной истории нет никакого критерия для проверки версий, есть только тексты Толкина, и никаких тебе археологических и прочих объективных данных изотопного анализа.

Наверное, поэтому в жарких спорах поклонников ДжРРТ отсылка к какому-нибудь упоминанию в черновиках – самый сильный аргумент. Есть в тексте, значит – есть в мире, а вот если ни в каком из известных спорщикам изданий упоминания некоего явления, персоны или факта нет, то уже неочевидно, может такое быть в мире Средиземья или не может. Это понятный и, безусловно, заслуживающий уважения подход, но на мой вкус – слишком скучный. Гораздо интереснее идти по стопам самого Профессора и, пользуясь логикой и общими принципами мира, «выяснять»1, что могло быть в лакуне текста, хоть оно нигде и не описано. Именно так делаются лучшие игры по Средиземью и так же пишутся лучшие продолжения по следам любимого мира.

Если посмотреть на «Гондору не нужен Король» как на реконструкцию, а не на «каноническое» дополнение текстов Толкина, где всё должно соответствовать букве, получается очень забавно. Спорно, конечно, по многим пунктам, зато совсем не скучно. Начнем с простого – с места и времени действия. События большей части романа происходят в Гондоре 2400-х годов Третьей эпохи – это через 400 лет после падения Арнора и почти за 600 лет до Войны Кольца и, соответственно, возвращения Короля. В отличие от того, что мы можем прочитать на страницах «Властелина Колец», это – мирное время, почти совсем мирное. Минас-Тирит тех лет похож очертаниями на осажденную громаду, которую мы все себе представляем по третьему тому или экранизации. Там те же самые семь ярусов и белокаменные стены, древние статуи, похожие на стражей в крылатых шлемах, и стражи, подобные изваяниям, но люди живут в этом городе совсем иначе. Но как именно, правда, любопытно?

Чтобы в этом разобраться, придется заглянуть в еще более далекую древность и вспомнить, а кем и как был основан Гондор. У Профессора любая поздняя история тянется корнями в прошедшие Эпохи, питается их соками, неожиданно обнажает осколки былого на осыпающихся склонах. Именно поэтому герои Альвдис корпят ночами над хрупкими старинными свитками, повторяют слова песен, переживших века, вдумчиво всматриваются в узоры древней резьбы и мозаики – так же, как их «старшие товарищи» из «Властелина» (хотя, если хронологически смотреть на события мира, то младшие).

Но вернемся к Гондору. Он был основан в конце предыдущей, Второй эпохи, сыновьями Элендила Исилдуром и Анарионом после падения острова Нуменор, с которого они чудом спаслись, уплыв оттуда до начала гнева Валар. Напомним, что гибели под огромной волной избежали те, кто находился в оппозиции к власти островного государства, подпавшей под влияние темных сил и дерзнувшей бросить вызов силам мира.

Нуменор в мире Профессора – единственное государство, сильно напоминающее империю. Толкин нигде не говорит об этом прямо, но в нашей человеческой земной истории страну, которая ведет активную экспансию (и географическую и культурную), основывает колонии и пользуется их ресурсами, обладает мощной армией и флотом и имеет претензию на мировую гегемонию, обычно называют империей.

Резонно предположить, что нуменорцы установили в своем новом государстве порядки, им самим привычные – вряд ли бы они стали копировать уклад жизни и форму правления менее развитых племен с материка. Тогда Гондор по общественно-политическому устройству – преемник позднего Нуменора, как бы не отличались по убеждениям правители этих двух держав. Конечно, нуменорские диссиденты не хотели целиком воспроизводить строй своей утонувшей родины и стремились избежать ее ошибок – уж они-то знали лучше всех, к чему приводят подобные замашки. Однако, формы организации и управления – очень живучие штуки, они усваиваются людьми с детства и впечатаны в культурный код намертво. Приносить людей в жертву Мелькору светлые дунаданы, конечно, не собирались, но наверняка оставили тот же устав армии, что в Нуменоре, и должности при дворе установили очень похожие и с тем же функционалом. Имперские схемы при всех своих недостатках очень эффективны, а когда приходится строить с нуля, хватаются в первую очередь за то, что работает, особенно, если оно освоено и привычно.

Была и еще одна совершенно объективная причина сохранять часть обычаев и принципов Нуменора в государствах, основанных людьми Запада. Выходцы с Острова были чисто физически выше и сильнее, чем их дальние сородичи с материка, заметно дольше жили и были меньше подвержены болезням, не говоря уже о том, что имперская культура и образование выгодно отличались от царившей в затянутом тьмой Средиземье Второй эпохи дикости. Чеканные строки на эту тему принадлежат еще одному мастеру средиземского апокрифа – Иллет (Наталии Некрасовой):

Валар нам дали над низшими власть,

Мы в Средиземье – Единого глас.

Благослови же на битву нас,

Древний погибший Запад2.

Если есть высокие люди Запада, то с неизбежностью все остальные – низкие люди Востока.