«Осколки прошлого»

Клан Странников. Осколки прошлого

Часть первая. Пролог

Ветер раздувал пламя, жадно лижущее потолок. Балки, поддерживающие крышу, опасно трещали, лестница на второй этаж с грохотом обрушилась, подняв кучу искр. Рыжая девчонка, совсем еще ребенок, в разодранной одежде и вся в копоти и крови медленно отползала от убийцы с мертвым лицом. Мужчина стоял у двери и невидящим взглядом смотрел на девчонку. Языки огня лизали его сапоги и обугливали края плаща, из глубокой раны на щеке стекала кровь. Опустив меч, убийца стоял и смотрел на девчонку. Огонь за его спиной разошелся, пропуская стройную зеленоглазую девушку с окровавленной саблей в руке.

- Дом скоро рухнет, пора уходить, - сказала девушка, бросив взгляд на девчонку, она добавила: - добивай её и пошли.

Наглотавшись дыма, девчонка потеряла сознание и осталась лежать на уже загоревшемся ковре. Мужчина коротко бросил:

- Ну, тогда бросай её и пошли. Она не выберется и сгорит.

Бросив меч, мужчина подошел к девчонке и поднял её с пола.

- Хватит! Хватит на сегодня смертей!

- Ты чего? Она же вырастет и захочет отомстить тебе!

Мужчина криво усмехнулся.

- Ну и пусть… хотя… нет, не стоит. Не надо чтобы она тоже потратила свою жизнь ради мести…

С громким треском крыша начала рушиться, девушка вскинула руку и над ней и мужчиной засветилась серебристая сфера, остановившая падающие обломки.

Отойдя от догорающей усадьбы, мужчина снял с себя плащ и завернул девчонку в него.

- Воспитаешь её? – спросил он у подруги.

- Я… не смогу, и она будет меня ненавидеть… воспитай её, так чтобы она не думала о мести… хватит крови.

- Хорошо, - медленно кивнула девушка, куском тряпки стирая кровь и сажу с сабли. – Раз ты так просишь, но тогда… ты будешь мне должен.

- Да. Клянусь силой – я выполню одно твое желание.

Темная вспышка силы подтвердила его клятву.

Просыпаться ранним утром от удара в бок острым носком женского сапога больно и неприятно. Особенно если всю ночь глушил дешевое пиво из соседнего ларька и задротил в очередную корейскую гриндилку. Впрочем, и без этого удар был довольно болезненным и неприятным. С трудом приоткрыв глаза, я увидел перед собой красивые ноги в темных колготках и черных сапогах. Не самое привычное для меня зрелище, да еще с утра пораньше.

Шторы раздвинули, и мне в глаза ударил яркий солнечный свет, сразу заставивший меня зажмуриться. Часто моргая, я попытался разглядеть прекрасное видение, почему-то оказавшееся в моей квартире: браслет из белого золота на тонком запястье; строгое черное платье; изящные руки с аристократично вытянутыми кистями рук и длинными пальцами; изогнутые соболиные брови и ярко-зеленые глаза в обрамлении черных длинных ресниц; чувственные губы, подчеркнутые алой помадой. Незваная гостья стояла посреди комнаты, сложив руки на груди, недовольно морщила нос и брезгливо поджимала губы, глядя на меня сверху вниз.

- Что ты тут делаешь? Я вроде закрывал дверь.

Зевнув, я потянулся, кое-как поднялся с матраса, почесал живот и еще раз взглянул на раннюю гостью. Контраст между ней и моей квартирой был разительным. Её красивую внешность и хорошую фигуру дополняла безупречно подобранная одежда, от каких-то там модных дизайнеров. Ювелирных украшений на гостье вроде и было немного, но каждое подобрано со вкусом и даже на взгляд такого несведущего человека как я, стоило немало. Легкий макияж казался простым и даже небрежным, но за этой небрежностью скрывалась работа профессионального визажиста, умело подчеркнувшего и яркие глаза, и красивый изгиб губ.

Моя же квартира… пустые бутылки из-под пива, подозрительные липкие пятна на линолеуме, матрас, лежавший прямо на полу и скомканное одеяло, давно требовавшее стирки, а еще было душно, и стоял стойкий запах перегара. Единственной дорогой вещью в комнате был мощный игровой компьютер, стоявший на грязном столе у стены.

- Я пыталась дозвониться, - ответила Альбина и, оглядев меня с ног до головы, презрительно бросила: - Для начала иди умойся.

Я пожал плечами и пошел в ванную. А она щелкнула пальцами, глядя на окно, окно послушно открылось, впуская свежий утренний воздух. И охота была ей силу тратить на такую мелочь? Видимо не хотела пачкать руки, открывая окно руками.

Почистив зубы и ополоснув голову под краном, я пошел на кухню. Мелькнула мысль надеть штаны, но мне было лень. Альбина зашла следом за мной и, прежде чем сесть на табуретку, проверила её чистоту.

- Может, оденешься?

- Раньше тебя мой вид в трусах не смущал.

- Раньше трусы у тебя были чистыми.

- Раньше ты разувалась у порога.

- Полы тогда тоже еще были чистыми.

За этой перепалкой я бросил в турку несколько ложек молотого кофе, залил водой и поставил вариться на конфорку. Для Альбины я достал из шкафа чистую белую кружку, а для себя просто выбрал в раковине наименее грязную.

- Опять постригалась? – поинтересовался я.

- Обойдешься.

Раньше у Альбины были густые черные волосы длиной до пояса. Мне они всегда очень нравились, и я любил заплетать ей косы. Но потом она вдруг стала стричься под каре и красить волосы в белый цвет в дорогих салонах красоты. После того, как я назвал её Цири и предложил для полноты образа добавить шрам на лицо, Альбина со мной почти месяц не разговаривала.

- Отец тобой был очень недоволен, - сообщила Альбина.

- Как-нибудь переживу.

- Тебя никто не заставляет жить с Илоной, достаточно было просто прийти трезвым и переспать с ней.

- Я вам не племенной бык!

Я плеснул кофе в кружку Альбины и поставил её на стол, а потом просто бросил турку в раковину и достал себе из холодильника бутылку пива. Кофе пить мне резко перехотелось.

- Собираешься пить прямо с утра?

- У меня сегодня выходной, могу делать все что захочу.

- Отец хотел встретиться сегодня с тобой.

- И что? – я пожал плечами, открыл бутылку и отпил прямо из горлышка. – Я и так знаю, все, что он хочет мне сказать. Женись, заведи детей, восстанови клан и стань достойным членом общества. Нахрен все это говно!

- Что?! – я сразу пожалел, что поднял голос на Альбину. – Извини, но я сто раз тебе уже все сказал. И тебе, и твоему отцу.

- Хорошо, но я прошу тебя, поговори с ним сегодня. Я не могу тебе здесь сказать, в чем дело, но… тебя его предложение точно заинтересует.

Я хотел ответить резко, но… Альбина, стерва такая, как никто умела попросить так, что никакой мужчина не смог бы ей отказать. И никакой ведь магии, только мягкий тон, грустный просящий взгляд, нежная улыбка… Тяжело вздохнув, я закрыл бутылку и убрал её в холодильник.

- Хорошо. Когда?

- Чем быстрее, тем лучше. Он уже ждет тебя.

Одевался я недолго, натянул джинсы, выбрал из кучи пару относительно похожих друг на друга носков, чистую футболку, накинул сверху куртку и сунул ноги в кроссовки. Альбина, только взглянув на меня, сразу отрезала:

- Я не пущу тебя в машину в такой одежде, ты мне все сиденье запачкаешь.

- Я и не собирался, слабо наперегонки?

- В итальянских сапогах и платье через лес? - резонно спросила Альбина.

Возле двери стоял её телохранитель, державший в руках шиншилловую шубу. На меня он смотрел с обычным холодным презрением, впрочем, я на него смотрел как на мебель. Я молча забрал у него шубу и помог Альбине надеть её.

- Не любишь ты животных, - проворчал я.

- Тоже мне, зоозащитник нашелся.

Мы вместе спустились по лестнице, и вышли на улицу. Свежий морозный воздух приятно холодил лицо и бодрил. Серебристый «бентли», стоявший возле подъезда, в нашем дворе выглядел также, как Альбина посреди моей квартиры. Возле машины стоял и курил второй телохранитель и водитель. Увидев нас, он сразу выбросил сигарету в сторону детской площадки и открыл дверь перед Альбиной. Я остановился и молча уставился на него.

- Поднял окурок и выбросил в урну, - холодно сказал я.

Здоровый мужик скрипнул зубами, поправил кобуру и пошел выполнять мой приказ.

- Ты думаешь, от этого двор станет чище? – спросила Альбина, с неодобрением глядя на меня.

- Нехрен гадить тут с таким видом.

Я снимал однокомнатную квартиру в старом бараке на окраине города. Район считался настолько неблагополучным, что его существование предпочитали просто не замечать жители всего остального города. И грязи во дворе хватало, но я терпеть не мог, когда люди, считающие себя культурными, начинали вести себя как свиньи на том основании, что вокруг все равно некому оценить их культурность.

- Поехали.

- Еще чего, - фыркнул я. – Я же тебе сиденье запачкаю.

- Только не говори мне, что ты это всерьез воспринял, - поморщилась она.

- Не-не, сказала, так сказала. Я пешком.

Я как обычно просто шутил, но Альбина отреагировала серьезно. Она посмотрела на меня с таким выражением в глазах, что мне пришлось, тяжело вздохнув, сесть рядом. А я ведь на самом деле собирался пробежаться напрямик через лес.

Машина ехала так плавно, а на сиденье было так мягко, что я практически сразу уснул и проснулся только тогда, когда мы приехали в главное поместье клана Хредмар. Альбина разбудила меня, тронув за плечо.

- Михаил, мы приехали.