«Познавший правила»

Дальше мои уши перестали слушать Харато, потому что я уже понял — сейчас опять будет, как всегда. А «всегда» при вопросе «сколько?» — это красочное описание тех преимуществ, которые получит мой отряд, если возьмётся за задание, и вечной благодарности, которую к нам будет испытывать наниматель — а также многого другого, что не звенит, что нельзя положить в карман и на что нельзя купить еды.

— … К тому же, прошу учесть бедственное положение моего народа, оказавшегося на чужой земле в тяжёлые времена, лишённого своих привычных способов заработка и хозяйствования!..

Иногда и на жалость давят. Это даже чаще бывает. Особенно этот приём любят жители княжества. Долго расписывают свои беды и горести, а потом просят весь отряд сопроводить купеческий караван за десять тысяч ули до Мобана. За это время сто человек съедят запасов в дороге на большую сумму. Я уже промолчу про то, какие потоки презрения будут выливать на моих бойцов по пути.

«Как жаль, что Соксону с Ксаргом не до новых исследований, — подумал я. — Вот уж кто всегда даёт больше, чем ожидаешь!».

С того дня на Стене, когда Ксарг остановил Посланца, прошёл уже не один месяц, но мудрецы всё ещё были заняты — и новых задач не подкидывали. Вот и приходилось моему отряду искать подработки на стороне. Особенно тяжело стало зимой, когда торговля остановилась и зарядили дожди. Из всех заработков осталась только ненавистная мне Стена, где до сих пор не до конца восстановили разрушения — и рабочие руки требовались всегда. Вот только платили там в мирное время мало, и если бы не доходы от «Старика вэри», наша казна начала бы стремительно оскудевать.

— …Триста тысяч! — закончил Харато, вернув меня из раздумий в реальный мир. — Из них десятая часть — задаток!

— Сумма хороша, задаток — мал, — стараясь не выдать своего удивления от названной суммы, заметил я. — Нанять корабль на это путешествие — это тысяч сорок. А ещё припасы…

— Зачем вам корабль? Мы сами доставим вас до места! — удивился Харат.

— Я никогда не плавал со ску, — ответил я. — К тому же, предпочитаю сам находить исполнителей.

— Пятьдесят тысяч задатка, — подозрительно легко согласился Харато. — Но есть одно условие!

— Так? — заинтересовался я.

— Я и ещё девять моих бойцов тоже пойдут за статуей! — сказал ску.

Пузо при этих словах громко поставил свою кружку на стол, а Нож — хрюкнул себе под нос.

— И мы должны вернуться! Хотя бы кто-то один… — добавил Харато.

Вот теперь, кажется, всё вставало на свои места. И большая сумма, предложенная нам, и размер задатка, и выбор отряда. Слухи о том, что имперские мудрецы научились делать амулеты с защитой от изменения, уже давно ходили среди торговцев. Собственно, это и не особо скрывалось. Именно такими амулетами мы и пользовались в землях Линга. Они немного отличались от имперских, чтобы защитить нас от мудрости алхимиков, но суть оставалась та же.

Рассказы о том, что именно отряд «Баржа» служил в Линге и даже путешествовал по малым мирам, давно гремели среди ааори. Слишком много у этого было свидетелей. А когда осенью вернулся Ниам с первой сменой нори из посёлка, эти истории обросли красочными подробностями — и на нас стали поглядывать с уважением и завистью.

И последнее, что сыграло в нашу пользу — это бой на Стене. Как выяснилось, свидетелей того, как я накачал защитный щит мудростью перед атакой Посланца, было неожиданно много. Да и наш отъезд с Ксаргом на телеге тоже не был тайной. Вот и складывался вывод, который заставил ску обратиться именно к нам: мы могли достать амулеты, мы умели ими пользоваться — и, скорее всего, умели накачивать их мудростью. Вот последнее было неверным выводом. Всё, на что меня пока хватало — это создать щит, пустить воздушную волну и разжечь огонь. У Молчка и то успехи в освоении мудростей были лучше.

— О, Харат, вы меня успокоили, — покивал я. — Я уже почти поверил, что это просто оригинальный способ покончить с собой.

— Нет! — неожиданно резко ответил ску. — Мой народ не касается порчи! Никогда.

— Но на амулеты вы согласны, — усмехнулся Нож.

— Амулеты — это другое, — уже спокойно возразил Харат. — Порча защищает от порчи. Богиня одобряет это.

— Если мы пойдём, Харат, — заметил я осторожно, — то крайне небольшим отрядом. Ты и твои воины — уже десять человек. И от нас надо человек десять. Двадцать человек — это очень много шума. И очень заметно в Диких Землях.

— Я думал, вы пойдёте меньшим числом, — удивился ску. — Три-четыре человека.

— Четыре человека, — заметил я, — не смогут обеспечить безопасность в Диких Землях даже себе самим. Я бы меньше шести не взял. Но есть ведь ещё вы…

— Вы решили, что мы ни на что не способны? — возмутился ску, неверно истолковав мои слова.

— Я решил, что вы никогда там не были, — поспешно ответил я. — А я там уже бывал. Без порчи там не выжить. А порчи вы не касаетесь!

Ску замолчал, о чём-то раздумывая, а я не торопил. Сумма, конечно, мне нравилась, но что-то в этих ску вызывало мою настороженность. Была в поведении того же Харата какая-то гнильца. А значит, в его предложении имелось и второе дно — которое я просто не мог уловить. Но как же нужны были деньги! Без постоянных доходов нечего было и думать перевести всех нори отряда в вэри. Дольше будут оставаться нори — дольше будем брать опасные задания, больше шансов кому-то умереть. Мой отряд уже стал моей семьёй, а посылать на смерть родственников — это не дело.

— Вы сказали «если мы пойдём», — проговорил Харат, прерывая молчание. — Вы всё ещё не согласны?

— Сначала мне нужно понять, сможем ли мы вообще обеспечить вам защиту от изменения, — ответил я, заставив ску вздрогнуть. — И только тогда я смогу заключить с вами договор.

— Ску не любят договоры! — проговорил Харат.

— Зато ааори их очень любят, — ответил я. — Так любят, что без них ни шагу не делают. Так что договор будет.

— Хорошо, пусть так, — поморщившись, согласился ску. — Когда я могу прийти за ответом, Шрам?

— Дайте мне три дня, — ответил я, прикидывая, что и как мнё надо делать в самое ближайшее время. — Если я смогу достать всё, что нужно, и сделать всё, как надо — значит, мы будем обсуждать условия нашего похода. Если нет…

— Я больше не смею вас задерживать, — ску встал, отвесив короткий поклон. — Через три дня, вечером, я вернусь. И мы обсудим с вами условия.

Я, Пузо и Нож кивнули одновременно. Наш собеседник залпом допил свой напиток, поставил кружку на стол, вернулся к ожидавшим его у стойки спутникам, кинул несколько монет в оплату и вышел. Двое ску потянулись за ним. Не прошло и минуты, как из служебного помещения показался Воас, владелец «Старика вэри», и подошёл к нам.

— Пират ограбит, ску обманет, моранк убьёт, — проговорил он, присаживаясь рядом. — Так имперцы говорят, Шрам.

— Но именно с ними и приходится иметь дело, — ответил я с улыбкой. — Это поговорка?

— Да, имперская, — кивнул Воас. — Между прочим, эти ску хоть и выглядят забавно в своих костяных доспехах, но ты не подумай — они отличные воины.

— Приходилось сталкиваться? — спросил у старика Нож.

Воас кивнул — видимо, что-то вспоминая — но от подробностей воздержался.

— Ладно, пойду я. Дел невпроворот, — сказал он, положив руку мне на плечо. — Но вы будьте с ними осторожнее.

— Будем. Обещаю, — ответил я.

К мнению Воаса я в последнее время прислушивался. С момента постройки новой гостиницы у нас сложились со стариком очень тёплые отношения. Вот Хохо он до сих пор недолюбливал, а ко мне относился хорошо.

— Мне тоже не нравится этот ску, — заметил Пузо.

Он вообще выглядел сегодня очень счастливым, потому что второй день подряд нарушал свою диету. Кушал мясо, пил вино — и никто ему не делал замечаний. Видимо, ему хотелось продлить счастливое время ещё чуть-чуть. За последние месяцы он сильно похудел, вернувшись к тому состоянию, в котором я увидел его впервые. Но дальше его тело худеть отказалось. Лекарь сказал, что полностью избавить его от полноты он не сможет. Но после лечения мой друг хотя бы перестанет раздуваться — если, конечно, не будет переедать.

— И мне он не нравится, — согласился я. — И я никуда не хочу идти. Но мне нравится цифра в триста тысяч.

— А уж как она понравится Хохо! — усмехнулся Нож. — Как бы ради неё он и сам не отправился в Дикие Земли…

Я заглянул в пустую кружку, махнул девушке-разносчице рукой и усмехнулся.

— Кажется, отдых с завтрашнего дня заканчивается… Давайте-ка сегодня подольше посидим.

В камине весело гудело пламя, потрескивали дрова, а по крыше барабанил противный ливень. И меньше всего мне хотелось прерывать волшебство этого спокойного и уютного момента. Но презренный металл призывно звенел в багаже ску, желая сменить своего обладателя.

Спойлер: Глава 2

На следующий день в сопровождении Молчка я отправился к мудрецам. Без их помощи ввязываться в это предприятие не имело смысла. Почему? Потому что мне нужны были амулеты и способ их заряжать. Хоть какой-нибудь. И в этом вопросе мне не мог помочь даже Грапп — он сам ещё не умел. Но Грапп был аори, и мудрость ему давалась тяжело. А у нас был шанс справиться быстрее.