«Канон. Сломать или подчиниться. Часть 1»

Канон. Сломать или подчиниться. Часть 1

Канон. Сломать или подчиниться.

Отказ от прав: Гарри Поттер принадлежит Дж. К. Роулинг. Канон (Сломать или подчиниться) тоже может принадлежать Дж. К. Роулинг, если она так скажет.

Прям щас 0...

Ненавижу эту кладовку! И этого урода, что скачет по ступеням. Задушил бы его собственными руками.

В прошлой жизни помнится я мечтал уехать в Лондон, как пел один известный певец. Получите, что называется, распишитесь. Правда живу теперь не в центре или в каких-нибудь прям престижных районах, а всего лишь в пригороде. Но лучше бы мои мечты не сбывались.

Может кто-то и живет в Лондоне припеваючи, не знаю, вот только я словно попал в ад. Тело десятилетнего пацана, тощего как велосипед, со зрением минус пять-шесть – это точно не сказочная мечта. Ко всему невероятным «счастливым» бонусом шло целое семейство из трех человек, которые люто ненавидело тело этого самого пацана. Благо сильного ущерба нанести не могли, ибо за шкуру свою боялись.

А всё потому, что я, мать его, чертов Гарри Поттер. И один старый дедушка с длинной седой бородой порежет все семейство Дурслей на ломтики, если с его «протеже» случится нечто серьезное. Но даже этот страх не мог убить скотинистую натуру всех Дурслей.

Толстый боров Вернон любил срывать на Гарри (то бишь мне) свою злость от неудач, будь то что-то на работе, какие-нибудь неурядицы или банальная ругань с женой. То есть на работе аврал – Гарри мудак, дома духовка сломалась – тощий ублюдок виноват, жена не дала – получи 3.14дюлей заморышь, ибо нехрен под руку попадать.

От длинной каланчи (Тети Петуньи) сильнее подзатыльника ничего не прилетало, но язык у неё такая дрянь. И чего я только не наслушался. То меня нагуляла мать-курва, то отец мой пьяница-наркоман ронял меня головой об пол, то вообще я паразит-кровопийца всю жизнь высасываю из её любимого муженька и сына. Причем все это приходится выслушивать, когда она запрягает меня батрачить по дому. И ведь не отвертишься. Не захочешь помогать – не будут кормить. Своруешь что-нибудь с кухни в голодном припадке – прилетит пару лещей от Вернона. В общем почти рабство.

Конечно такой гнёт можно стерпеть, все же жив, кушаю, пусть и не плотно, даже есть своя комната, сделанная из чулана под лестницей. Но масла в огонь подливает их сынок. За все время, что я себя осознаю в шкуре Гарри, этот еще более толстый, чем его отец, колобок ни разу не упустил возможности поиздеваться надо мной. Тут вообще полный абзац. Огрызнешься, дашь сдачи – придет Вернон и хана.

Это похоже на игру в тумаки с тупыми правилами, где я всегда проигрываю. Все происходит примерно так, Дадли дает мне пинок – получает его от меня в ответ, за это Вернон дает мне своего волшебного пинка – тут я уже пасую пропуская «ход», а так как следующий ход принадлежит Дадли, то он при поддержке Вернона дает мне еще один пинок. Итого получается: Гарри – 1, Дадли и Вернон – 3.

Суки. У меня уже дважды чуть нервный срыв не случился. Я даже подумывал стащить кухонный нож, когда мою посуду, а потом ночью всех перерезать как свиней (хотя с Петуньей получился бы перепил штакетины). Правда всегда понимал, что мне такому худому просто сил не хватить, чтобы тупым ножом расковырять даже ранку на ладони. Поэтому месть отпадала до обретения способностей.

Не знаю, как Гарри рос в такой обстановке и не свихнулся. Наверно ему проще было, он просто с самого малку не знал к себе хорошего отношения, вот и не тронулся, привыкнув ко всем закидонам своих родственников.

Мне же было тяжело. И ладно бы только тирания Дурслей угнетала. Но нет, было еще кое-что, и оно давило на мозги гораздо сильнее. Память Гарри и моя. Если про его я не сильно расстраивался (её вообще не сохранилось), то за свою очень. Я совершенно не помнил как меня зовут, где раньше жил и каким образом оказался в теле Поттера, а так же многое другое. Такое впечатление, что мне в голову дробью стреляли и поэтому из воспоминаний остались некие ошметки. Я знал русский язык, помнил, что у меня была семья – мама и сестра. Насчет отца не знаю, просто в памяти ничего не мелькало на его счет. Зато школьные предметы помнил, например физику, математику и по чуть-чуть всего остального. Даже осталось что-то из колледжа (мне так кажется) или некой работы, где занимался электротехникой. Но все настолько смутно.

Зато сюжет поттерианы почему-то помню неплохо, причем знаю что есть книги и фильмы про эту сказку. Видимо читал или смотрел в свое время. Конечно всех тонкостей не знаю, но то, что предстоит Гарри на первых курсах в памяти было. Например про философский камень, тролля и Квиррела, что будут на первом курсе, или Джинни с книжкой Тома и василиском на втором. Про Блэка и Петтигрю кое-что есть, и даже про кубок огня. А вот дальше как-то совсем расплывчато, вроде бы Дамблдора убьют, наше будущее трио сбежит из школы и вообще там начнется лютая дичь...

Вот урод! Да когда же ты отвалишь от меня? Иди к своей матке под сиську, высоси из нее все соки и пусть она сдохнет. Хоть на одну сволочь в этом доме станет меньше...

Каждое утро начиналось у меня так. Сначала слышался слоновий топот Дадли, приближающийся к лестнице, а потом удар по «крыше» моей комнаты. Причем ему ни разу не надоедало такое однообразие. А мне поначалу постоянно сыпалась всякая труха на кровать. Правда вскоре я не выдержал и навел у себя кристальную чистоту, чтобы лишить толстяка удовольствия лицезреть мою грязную физиономию.

Правда убогости от этого стало не намного меньше. Вся одежда, что мне доставалась, была с его плеча. Помимо того, что в неё могли влезть три Гарри, она еще была старой и местами потертой, а то и дырявой. Помимо одежды из вещей у меня был веник, совок и очки. Ах да, забыл про швабру с тряпкой. Прям самые любимые мои игрушки... Р-р-р! Суки! Когда-нибудь я воткну им швабру в задницу и закручу этот пропеллер, чтобы их унесло в изумрудный город к железному гомосеку.

Вот за что можно так не любить ребенка? Понимаю, что он навязан, что это серьезная обуза. Но вот так, держать его как скотину... Да к скотине и то лучше относятся, чем Дурсли к Гарри. И я не понимаю почему, почему они его так ненавидят. Ладно у тети есть некая причина, она жутко завидовала матери Гарри и эта зависть трансформировалась в ненависть к племяннику. Но даже в это слабо верится, ведь ребенок ей ничего не сделал. За что его так не любить? Можно его воспитать, чтобы он не любил своих родителей, мол они такими-сякими были, а ты не должен быть на них похож. Вот это была бы месть сестре. А тупая, бездумная злоба совершенно непонятна. Иногда мне кажется, что тетка слишком тупая и просто до этого не додумалась. Поэтому и тиранит, вымещая злобу.

То же самое с обоими «шариками» на ножках. Да, Петунья влияет и на Дадли, и на Вернона, но чтоб настолько – уму непостижимо. Складывается впечатление, что они всю жизнь росли с одной целью – мучить людей. Причем ладно бы они были просто злыми, так они еще глупые как пробки. Удивительно вообще, что у Вернона есть работа. Хотя чего это я, он же руководитель, а им свойственно быть мудаками. Природой видимо так заведено у людей. Видят – мудак, и сразу «а-а-а, ну его точно в начальники».

- Выползай из своей норы, уродец!

Все, началось. Теперь не отвяжешься. Придется выходить и окунаться в море презрения, тумаков и криков. Радует только одно, уже полмесяца Дурсль старший рвет письма из Хогвартса.

Скоро (жду не дождусь) придет здоровый дядька Хагрид и наконец-то вмажет борову по сусалам. Как же я хочу это увидеть, м-м-м... Ну а пока еще полмесяца терпеть. Целых мать его полмесяца, которые из-за возрастающего ожидания тянутся неимоверно долго.

Может заболеть? Пусть меня в больничку положат. А что? Стоит мне пару раз чихнуть в гостиной, как меня тут же выпнут в госпиталь, лишь бы не заразить «милого Дадлика». У-у-у падла, такого борова эбола хрен свалит...

Хотя нет, не стоит заболевать. Мне это наверно аукнется, особенно когда счет по страховке придет. Да и не продержат меня целых полмесяца в больничке. Эх, жаль.

- Да иду я, иду. – Буркнул я, кряхтя вставая со своей кровати.

Чуть позже 1...

Да! Вот оно! Дождался!!!

- Да заткнись ты, Дурсль. – Произнес огромный, просто гигантский мужик и согнул дуло ружья, которое держал в руках Вернон. Затем он повернулся ко мне и его низкий голос опять перекрыл шум непогоды, бушующей за окном. – Вот, это тебе, Гарри. Я немного его помял, но вкус думаю от этого не сильно изменился.

В моих руках оказалась немного помятая коробка с тортом. Я конечно был безумно рад, прям безумно, но не торту. Так хотелось сказать «Хагрид, забирай меня скорей из этого дурдома, нахрен торт и свечки»! Но памятуя о ранимой душе полувеликана, не гнал события и даже попробовал немного торт.

Да-а-а, моя прелесть... Наконец-то хоть что-то сладкое кроме сахара.

На удивление я так увлекся им, что пропустил мимо ушей перепалку Хагрида с Дурслями, и очнулся только когда мне всучили сову. Ответ на письмо строчить. И пока я его карябал долбанным пером, у Дадли сквозь штаны прорезалась его натура. М-да, Хагрид мастерски ему поросячий хвост смастерил.

- Ну что, давай укладываться спать? У нас завтра мно-о-ого дел. – Пробасил хагрид и сунул мне свою куртку. – Ты это, укройся, под ней теплее будет. Если зашевелится, то не пугайся, где-то в нем пара мышей есть. Положил в карман, а в какой не помню.

- Хорошо. – Коротко ответил я и умостился спать. Быстрее засну, быстрее наступит завтра. А там привет Косая аллея, шляпы, мантии и палочки! У-у-у-уря-я-я!