«Феофан Пупырышкин и сладкий капкан»

Денис Куприянов

Феофан Пупырышкин и сладкий капкан

Заводчик элитных хомячков Феофан Калистратович Пупырышкин летел на крыльях любви. Буквально вчера его давняя коллега по хомяководству и объект нераздельной страсти Ангелина Пурчавая, наконец, согласилась пойти с ним на свидание. Последний факт изрядно грел его самолюбие, а так же вызывал чувство эйфории. Единственное, что омрачало его славные думы, так это крайне бедственное финансовое положение. Буквально пару дней назад он купил трех новых хомячков, на которых и ушла большая часть бюджета. Как назло, одолжить ни у кого не получалось, поэтому оставалось только напрячь голову и придумать, как выкрутится из создавшейся ситуации. Сеть кафе-кондитерских Сладкий Мальчик, где и должно было пройти свидание, считалась самой лучшей, но в то же время и самой дорогой в городе.

Как и договаривались, встретились они у входа в кафе, рядом с символом заведения, символичной шоколадкой в виде писающего мальчика. Поцеловавшись, они тут же пошли внутрь и Феофан слегка напрягся. Настал самый ответственный момент, где ему предстояло проявить немало ловкости и смекалки.

Быстрый взгляд на меню подтвердил его подозрения. Цены в заведении явно не соответствовали его финансовым возможностям. Впрочем, пара блюд вполне укладывалась в ту скромную сумму, что он принес с собой, и сейчас первоочередной его задачей было убедить Ангелину взять одно из них. Тяжело вздохнув про себя, он морально приготовился к долгой и тяжелой борьбе. Впрочем, судьба сегодня ему явно благоволила. Девушка тут же выбрала Ананасный Сладочетто, тот самый десерт, что он и собирался предложить. Правда, в этом случае на себя у него ничего не оставалось.

Недолго думая, Феофан взял себе чашку чая. Чай он не любил, будучи больше поклонником кофе, но денег оставалось только на него. Делая вид, что пьет, он с улыбкой слушал щебет Ангелины, время от времени разбавляя его своими историями из жизни хомячков. Время текло незаметно, и три часа пролетели как одна минута. Ангелина внезапно немного смутилась и, извинившись, убежала в сторону туалета. Феофан хмыкнул и, отставив в сторону так и неначатый чай, погрузился в мечты о дальнейших отношениях с девушкой.

Пурчавая отсутствовала довольно долго, а когда вернулась, её багровое лицо и ужас в глазах весьма напугал Феофана. Но не успел он задать ей вопрос, как с разных концов зала донеслись вопли страха и боли, а где-то поблизости завыли сирены Скорой Помощи. «Похоже, свиданию пришел конец», — мелькнула в голове Пупырышкина мысль, пока Ангелина билась в истеричном припадке…

Центральная больница кипела. Её просто осаждали пациенты, привезенные со всех концов города. Проктологи просто разрывались на части, пытаясь помочь всем, но пока выходило плохо. Клей, содержащийся в сладостях, намертво склеил всем посетителям кафе задницы. А учитывая, что данная сеть заведений весьма широко раскинулась по всему городу, то и количество пациентов зашкаливало за несколько сотен.

По телевизору журналисты брали интервью у хозяина всех кафетериев, Степана Пузощекова. Тот рвал на себе волосы, винил во всем злобных конкурентов, и кричал на весь мир о своем разорении. Феофан, сидя в фойе больницы, в ожидании сведений о состоянии задницы Ангелины, мрачно нахмурился. Интрига заключалась в том, что у Сладкого Мальчика не было конкурентов. За годы работы практически все аналогичные заведения, принадлежащие другим, либо разорились, не выдержав конкуренции, либо оказались поглощенными, либо вошли в состав сладкой империи Пузощекова.

И пока где-то там наверху, врачи пытались спасти тело Ангелины от скопившихся в ней сладостей, Феофан решил самостоятельно разобраться в данном вопросе. Скупив в киоске все газеты, он внимательно изучал их, интуитивно догадываясь, что именно там он найдет ключ к разгадке. И интуиция его не подвела, зацепка практически сразу бросилась в глаза.

— Люди загадили эту планету! Она уже не может их выносить! Остается только одно, очистить Землю от её недостойных детей! — надрывался оратор, стоя на импровизированной трибуне, сделанной из пары досок, наброшенных на мусорные баки.

Феофан, расположившись в некотором отдалении, наблюдал за этим сборищем с любопытством. Его кандидаты в преступники номер один — радикально экстремистское крыло организации Защитников Природы, более известное как Черный Гринпис. Прославились своими весьма суровыми взглядами на тему охраны природы. Его представители считали человека виновником всех бед и активно пытались внедрить свои законопроекты массовых расстрелов для тех, кто мусорит на улице и пожизненное заключение для курильщиков. Недаром даже их девиз: «Меньше народу, больше кислороду» стал притчей во языцах среди горожан.

До поры до времени они ограничивались лишь высказываниями, но ходили слухи, что они уже не раз прибегали к крайним мерам в попытках сохранить нашу природу в её естественной чистоте. И именно они, единственные высказались в поддержку тех неведомых злоумышленников, которые подсыпали адскую смесь в крем и тесто. Ведь таким образом, по их мнению, уровень загаженности должен упасть на несколько единиц и даже в канализациях воздух должен стать чище.

— Люди могут искупить свою вину перед планетой только одним способом! — продолжал надрываться оратор. — Стать удобрением, на котором вырастут новые леса, взамен истребленных человечеством!

Феофан хмыкнул, толпа явно была настроена весьма агрессивно, но ему требовалось добраться до лидера всей это группировки и поговорить с ним с глазу на глаз. Узнать хотя бы степень замешанности всей этой банды. Он попытался сделать шаг, но в ту же секунду чья-то сильная рука удержала его на месте. Возмущенный Пупырышкин развернулся, дабы выяснить, кто посмел его остановить, но тут же тяжело вздохнул. Воспользовавшись его задумчивостью, к нему бесшумно подошел местный участковый Крысюков, который знал о склонностях Феофана к расследованиям.

— Не советую подходить, — вяло хмыкнул тот, кивая головой на разбушевавшихся гринписовцев.

— Опасаетесь, что порвут? — ехидно поинтересовался Феофан.

— Нет, но опасность есть, правда немного в другом. Они тут на днях залезли в одну секретную лабораторию за городом. Лаборатория настолько секретная, что даже я не знаю, чем там занимаются, но по слухам им удалось выкрасть образцы экспериментального вируса, убивающего все живое.

— Думаете, они могут его распылить?

— Да они его уже распылили. Мне сказали, что камеры наблюдения зафиксировали, как они выпили все колбочки, что там были. Думаешь, почему их не задерживают? Потому что опасаются подходить.

— Выглядят они весьма здоровыми, — с сомнением покачал головой Пупырышкин.

— Да таких лбов разве каким-то вирусом возьмешь, — с сожалением протянул Крысюков, поглаживая кобуру. — Тут нужно что-то поувесистей. И кстати. — Он тут же встрепенулся. — В истории со Сладким Мальчиком они не замешаны. У них алиби у всех. Как раз в тот день они лабораторию и крушили.

— Жаль, — грустно протянул Феофан. Ниточка следа, едва появившись, тут же оборвалась. Требовалось искать следующую.

Голодные хомячки требовали еды, бродящий под окнами старик Зюльдябкин орал, что Феофан обещал продать ему одного из призеров, а сам Пупырышкин сидел в спальне, обложившись газетами и распечатками статей из интернета. Его голова пухла от такого обилия информации. Перед глазами мелькали заголовки статей о том, что сети кафе Сладкий Мальчик грозит разорение, его уже закрыли за несоответствие санитарным нормам и что сотни пострадавших уже выставили иск против Пузощекова. Рядом мелькали статьи, убеждавшие в обратном, что ужинать в данной сети кафе стало весьма модным и популярным экстремальным занятием. А так же, что все пострадавшие получили от господина Пузощекова достаточные суммы, что бы отозвать дело из суда.

Количество подозреваемых росло на глазах. Кому же это было выгодно? Кому-то из пострадавших, рассчитывающего содрать с бизнесмена круглую сумму? Неведомому конкуренту? Или производителю столярных клеев, компании Скороклей, которая, сменив слоган на: «Скороклей склеит даже ягодицы, но лучше использовать его для дерева», изрядно увеличила свои продажи.

Преступник мог скрываться среди них, а мог спрятаться и в тени. Тот, кто получает с этого выгоду, особо не привлекая внимание или… Взгляд Феофана упала на очередную статью и он с интересом приступил к её изучению. Оказывается, в городе находилась частная проктологическая клиника, в которой нашлось средство против слипания. И теперь десятки пострадавших, которых с трудом при помощи медицинских коловоротов сумели освободить от тяжкого гнета, несли туда свои страждущие тела и кровные суммы.

Краткая проверка через интернет показала, что это не мошенничество. Десятки спасенных восхваляли великих и могучих докторов. Прикинув возросший уровень дохода, Феофан довольно хмыкнул. В списке подозреваемых обнаружился фаворит, и требовалось его проверить.

Клиника «Рукинг в Попинг» находилась в противоположном конце города, и Феофану пришлось дополнительно потратиться на такси. Хотя, учитывая, что для того, что бы собрать финансы на исцеление Ангелины, ему пришлось продать того самого призового хомяка, это уже были сущие мелочи. Сама Ангелина смотрела на Пупырышкина взглядом, в котором смешивалась любовь и ненависть. Девушка до сих пор не могла простить своему возлюбленному того, что именно он накормил её клеевым десертом. Но тот факт, что он готов на все, дабы помочь ей, изрядно смягчал его проступок.