«Вечная Война: Окольный путь (СИ)»

Вечная Война: Окольный путь (СИ) (fb2) - Вечная Война: Окольный путь (СИ) 2425K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Григор Карт

Григор Карт

ВЕЧНАЯ ВОЙНА: ОКОЛЬНЫЙ ПУТЬ

Глава 1

Война на пороге

Теплым солнечным утром Лидерк, как обычно, наслаждался красотой леса, который начинался прямо у подножия холма, где проходила его начатая на рассвете тренировка. Но это утро все же отличалось от всех остальных: сегодня вся деревня шумела так, что сосредоточиться на чем-нибудь, кроме этого гула, было крайне трудной задачей.

— Ох, и раскричались. Как им удается создавать столько шума? Уже минут сорок не замолкают, — не переставал причитать Лидерк.

Поняв, что нормально закончить тренировку не удастся, Лидерк решил посмотреть: что же переполошило всю деревню с самого утра — в рабочий-то день. Спустившись с холма, он вышел на тропу, ведущую через деревню прямо к рыночной площади. Улицы совсем опустели все жители Ротэма, до последнего ребенка, собралась на площади.

«Надеюсь, это действительно что-то важное», думал Лидерк. Он очень не любил пропускать свои тренировки, невзирая на то какими трудными они были. Высокий симпатичный юноша семнадцати лет, c короткими черными волосами и зелеными глазами, немного худоват для своего роста, (ну или так казалось со стороны), вообще предпочитал тишину и одиночество, но это вовсе не делало его менее любознательным. Тем более, что этот шум уже начинал раздражать и ни о какой концентрации на тренировке не могло быть и речи.

Вот, уже виден край толпы, плотно обступившей помост, на котором стоял тщедушного вида старичок — староста деревни. Одного взгляда на иссохшее лицо старосты, его дрожащие руки, изъеденные глубокими морщинами и покрытый испариной лоб, было достаточно, чтобы понять — старик Диркон из последних сил сражается за внимание собравшихся здесь крестьян. Он окинул недовольную толпу изучающим взглядом, и, вдохнув поглубже, продолжил:

— В связи со зверским нападением на подданных короля Креолофа Его Величество решил прекратить все попытки мирных переговоров и издал новый указ:

«Реквизировать пять тысяч, способных держать оружие мужей, для укрепления королевской армии. Изъять из производственных домов треть имеющихся на складах товаров, если такие несут собой пользу для вооружения или содержания армии. Также взыскать с каждого дома военный налог размером с треть месячного дохода».

Все эти ресурсы, будут применены наилучшим образом при подготовке к Последнему походу на империю.

Толпа, что бранилась и плевалась минуту назад, взорвалась довольными возгласами.

— Ура!

— Да здравствует король!

— Слава королю!

— Ура!

Грязные, серые лица растягивались в улыбках, и крики неслись над деревней. «Последний поход» — это то, чего подданные королевства Санглинис ждали уже четыреста лет. Граничить со страной, которой правит династия тиранов и диктаторов — не завидная участь, а если эти безумные правители все как один стремятся захватить и разграбить королевство чуть ли не с момента его основания, такое соседство сулит немало бед, однако теперь, наконец, страдания честных людей закончатся. Староста Диркон сказал, что это Последний поход, а он знает, что говорит.

— Родина взывает о помощи! — продолжил староста, из последних сил напрягая вконец осипший голос. — Наш великий король рассчитывает на вас, и ждет поддержки в эти смутные времена. Знайте! Тучи скоро рассеются, ветра стихнут, тьма уйдет, и наши враги падут. Мы же, — старик, быстрым движением, возвел руки вверх, — с покровительством богов вернем этот мир в первозданный лад, какой ему определили Восемь Творцов. Тогда, наконец, пройдет время сеять и взращивать, и настанет время Пожинать.

Люди ждали этих слов. Едва староста успел закончить, как волна радостных криков заполнила все вокруг.

Лидерк, пропустивший начало столь трогательной речи, пытался узнать у в беспамятстве скандирующих людей: что же предшествовало этому новому указу. Он тоже, как и все остальные, с нетерпение ждал, когда наступит время Пожинать, но сейчас его беспокоила другая фраза старосты Диркона: «Зверское нападение на подданных короля» — значит, вторжение. Такого уже давно не случалось, и некоторые даже начали поговаривать, будто война близиться к концу. Но, похоже, такие разговоры, как всегда, оказались просто болтовней.

— Эй! — кричал Лидерк, хватая крестьян за туники и робы. — Эй, что произошло? На кого напали? Да скажите же, наконец, в чем дело?!

Все были словно в трансе. Докричатся до кого-нибудь было задачей крайне сложной. Но две минуты настойчивых попыток, принесли желанный результат. Хозяин лесопилки, где работал Лидерк, высокий, мощный, уже совсем седой дед с огромными мозолистыми руками, которые он заработал за те сорок пять лет, что провел на лесопилке, и хриплым голосом который, казалось, был у него с рождения, наконец, заметил его, поинтересовался:

— Чего ты трясешь всех подряд?

— Расскажите мне, что произошло! На кого напали, и почему король готовится к походу на Патриариум?!

— Ясно, опять торчал на своем холме, вместо того чтоб думать о роботе; все свободное время проводишь, практикуя эту свою ерунду. Как она там называется, вечно забываю?..

— Господин, прошу, не сейчас…

— Иянг! Точно иянг, кто мог придумать такое нелепое название! Каждый раз удивляюсь…

— Господин Обельмунд, пожалуйста, соберитесь!

— Так вот, пока ты там пытался в бараний рог свернуться, эти волки с человеческими лицами напали на деревню Апрат, что на границе королевства. Прибывшие туда солдаты не нашли там ни одной живой души. Можно только надеяться, что кто-то все же сумел бежать в лес или спустится вниз по реке на рыбацкой лодке. Да помогут им боги, несчастным.

— Постойте, Апрат? — Лидерк на секунду растерялся. — Это же деревня рыбаков. Что у них могло быть ценного, чтобы начать вторжение с этой деревушки? Императоры, конечно, благоразумностью никогда не отличались, а этот Незис особенно, но… чего он хотел добиться, разорив бедную деревушку где-то в глуши? Если он изначально предложил это мирное соглашение, чтобы усыпить бдительность и незаметно подвести свои войска, то почему выбрал Апрат?.. — Лидерк хотел было продолжать задавать вопросы, с каждым новым все больше обращаясь к себе, чем к собеседнику, но Обельмунд своим хриплым низким голосом, от которого маленькие дети нередко испытывали неподдельный страх, прервал его:

— Да какая тебе разница, что на уме у этой обезьяны? Он вряд ли знает, каким концом макать перо в чернильницу, а ты говоришь о военной стратегии, — Обельмунд хлопнул юношу по плечу, так что тот отшатнулся. — Ты лучше подумай о делах насущных. Какое тебе дело до того, кто и куда повел свои войска? Там и без тебя есть кому разбираться. А ты вот что, хватай топор и беги в лес, парнишка. Деревья для сруба уже отмечены. Начинай работать, а немного позже я пришлю тебе помощников, чтоб отнести древесину на лесопилку, вот это, я понимаю, — дело.

Лидерк так и поступил. Захватив свой топор, он побежал в лес выполнять поручение, хотя навязчивые мысли еще долго не оставляли его в покое.

Обельмунд покачал головой, глядя вслед бестолковому пареньку. Уже пора думать о своей семье, а у него в голове одни походы, войны, короли да императоры. Еще разве что эти его бесполезные тренировки… И кой черт привел того монаха в их деревню? Но, ничего. Со мвременем и это пройдет.

Для Обельмунда этот юноша был больше, чем просто наемный работник. Лидерка старый хозяин лесопилки должен был беречь как родного сына. Это был единственный сын его покойного друга, друга который погиб на войне, защищая за свою страну.

Мать Лидерка, узнав о смерти мужа, слегла с тяжелой болезнью, которая медленно ее убивала.

Так, четырехлетний Лидерк лишился родителей. Опеку над ним взяла сестра его матери — тетя Авия, как он ее называл. У Авии тогда уже было двое своих детей, тоже живших без отца, но их отец просто сбежал незадолго до рождения второго ребенка. Это сильно изменило Авию. Ее когда-то красивое, румяное, вечно улыбающееся лицо побледнело, покрылось мелкими морщинками и стало безразличным, таким пассивным ко всему, словно и вовсе неживым. Будучи единственной родственницей, эта женщина, которая даже к своим детям внимания почти не проявляла, взяла на себя обязанности растить еще одного ребенка.