«Божественная комедия»

Божественная комедия (fb2) - Божественная комедия 19K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Лидия Вячеславовна Раевская (Мама Стифлера)

Лидия Раевская

Божественная комедия

У меня есть сестра. Младшая. Красивая такая дефка с сиськами, но это

сейчас. А лет пятнадцать-семнадцать назад она была беззубой лысой

первоклашкой. Ради справедливости скажу, что я тоже была в то время лысой

пятиклассницей. И вовсе не потому, что мы с Машкой такие красивые от

рождения, а потому, что у нас, к щастью, были охуительные соседи: дядя

Лёша, тётя Таня, и трое их детей. Тётя Таня с дядей Лёшей были ахуеть

какие профессионалы в плане бухары, а их дети были самыми вшивыми детьми

на свете. В прямом смысле. В общем, в один прекрасный день мы с Машкой

повстречали всю эту удалую тройку возле песочницы, куда вшивые дети

регулярно наведывались с целью выкопать там клад, и неосторожно обозвали

их «пиздюками», за что и поплатились. Завязалась потасовка, в результате

которой соседские дети отпиздили нас с Машаней своими лопатками, и

наградили нас вшами. Пиздюли мы соседям ещё простили бы, но вот вшей –

хуй. Ибо наша мама, недолго думая, тупо побрила меня и сестру налысо. Ну,

почти налысо. Так, газончик какой-то оставила, для поржать. Я, например,

стала ходить в школу в платочке, за что получила в классе погоняло баба

Зина, а Машаня вообще получила психологическую травму, когда улыбнулась в

зеркало своему лысому и беззубому отражению.

В общем, вся эта

предыстория была рассказана для того, чтоб сказать вам: Машаня с горя

записалась в секцию карате. Типа, раз уж я уёбище, то буду хотя бы сильным

и ловким уёбищем. Наш папа был только рад такому повороту, патамушта

всегда мечтал о сыне, а наплодил бабский батальён. С горя он пристрастился

к алкоголю, за каким-то хуем отдал меня в кружок мягкой игрушки, и бросил

пить, когда увидел какого я сшила зайчега из старых папиных трусов. Но это

другая история. А щас разговор не об этом. В общем, папа с огромной

радостью начал водить Машку на занятия, шить ей всяческие кимоно, и

перестал постоянно отдавать меня в танцевальные и музыкальные школы,

поняв, наконец, что за пятьдесят рублей в месяц я научилась танцевать

только гопак и мазурку, и то как-то хуёво.

Тренерами у Машани были

мужик и баба. Муж и жена. Мужик тренировал пацанов, а жена его,

соответственно, страшных девок, вроде Машки. С виду приличные такие люди.

Каратисты, хуё-моё. Уважаемые люди. Но как мы фатально ошибались.

Однажды папа пришёл домой после Машкиной тренировки задумчивым и

пьяным. Он погладил меня по лысине, многозначительно посмотрел на потолок,

и сказал:

- Блять.

Я была совершенно солидарна с папой, но вслух

ничо не сказала.

Папа вздохнул, перевёл взгляд на меня, простучал мне

пальцами по плешке «Чижыка-Пыжыка», и добавил:

- Скоро мы все умрём.

- Ты пропил зарплату?! – Выскочила в прихожую мама, и в воздухе

запахло грозой. – Нам будет нечего жрать?!

- Отнюдь. – Папа убрал руку

с моей головы, и вытер её о пиждак. – Как ты меркантильна, Татьяна. Всё б

тебе только пожрать. А ведь скоро конец света, дети мои. Подумайте об

этом. Настанет Царствие Божие. А в рай попадут только четырнадцать тысяч

человек. Что вы сделали для того, чтобы войти в число избранных?

Повисла благостная пауза, после чего мама коротко всхлипнула, и

почернела лицом.

- Дети, я с прискорбием хочу вам сказать, что ваш

отец допился до чертов. Прощайтесь с папой, он едет жыть в жолтый дом.

- Не вводи дочерей наших в заблуждение, нерадивая ты дура. – Папа

поднял вверх указательный палец, и наставительно сказал: - Я познал истину

и проникся благостью. Теперь её познаете вы.

- Дети, всё гораздо хуже.

Ваш папа начал нюхать клей. – Вынесла вердикт мама и заплакала.

Вот

так наша семья начала посещать собрания для пизданутых людей, называющих

себя свидетелями Иеговы. Под предводительством Машаниных тренеров.

Теперь каждую субботу, вместо мультика «Денвер последний динозавр» нас

с Машкой наряжали в парадно-выгребные сапожки, делали нам ровный пробор

посреди лысин, и везли в какие-то ебеня на собрание. Там мы пели песню «О,

Боже, отец наш нежный! Ты даришь нам радость и тепло-о-о-о! А мы ликуем и

веселимся, потому что скоро сдохнем, и увидем твоё доброе лицо-о-о-о» под

музыку, которую заряжал в магнитофон Машкин тренер Игорь. А ещё мы по

очереди читали в микрофон какую-то книжку, где на каждой странице

нарисованы щастливые имбецылы, вроде тех, которые изображены на пакетах

сока «Мая симья» - такие розовые, тупые, и все зачем-то держат в руках по

овце. Странное представление о загробной жызни, хочецца заметить. Я, если

чо, мечтала после смерти воспарить к небесам, сесть на облако, и целую

вечность харкать на головы своим врагам. А оказываецца, после смерти мне

сразу дадут овцу, и я должна буду хуйзнаит сколько времени таскать ей

повсюду с собой, и улыбацца. В рай попадать сразу расхотелось. Но мои

родители почему-то очень вожделели туда попасть, продолжали таскать меня и

Машку на заседания шизофреников, и строго смотрели за тем, чтоб мы с

Машкой обязательно пели божественные песни.

И это не всё.

Каждую

среду и пятницу оба тренера приходили к нам домой, и два часа читали нам

Библию, а потом задавали вопросы, на которые никто не знал ответа. Типа:

«Зачем Иаков жостко отпиздил своего сына, который схавал сраную сливу из

чужова сада, а Бог Иакова наградил и взял ево в рай?» Ну и как на это

ответить, если я все два часа смотрела в окно, и думала о том, што я скоро

вырасту, и сдам обоих своих родичей в дурку? Мама с папой гневались на мою

нерадивость, и заставляли ещё два часа читать жития святого Пантелеймона.

Короче, от своих родителей я такой хуйни не ожыдала никогда, и мы с Машкой

уже потихоньку начали пиздить хлеб и баранки, и делать продуктовый запас,

штоп свалить нахуй из дома куда-нить в Африку.

А однажды ко мне пришла

подруга Юлька. И пришла, как назло, в среду.

- Привет, лысая девочка!

– Заорала с порога Юлька. – Пойдём гулять! Возле седьмого дома мужик

дрочит стоит, можно сходить, поржать.

- Здравствуй, Юленька. – В

прихожую некстати вышла моя мама. – К сожалению, Лида не выйдет сегодня

гулять. Мы Библию читаем.

Юлькины глаза заблестели:

- Библию?!

Обожаю, знаете ли, Библию. А можно мне с вами её почитать?

- Ершова, -

прошипела я, и наступила Юльке на ногу. – Тычо? Ты ж кроме букваря сроду

ничо не читала.

- И что? – Юлька дёрнула плечом, - Мне скушна. А так

хоть с тобой посидим, поржём. В общем, давайте вашу Библию, я вам щас про

Моисея читать буду.

- Не надо! Ты можешь пасть жертвой сектантов! – Я

попыталась остановить Юльку, но она уже отпихнула меня, и вошла в комнату,

где за столом уже сидели папа, оба тренера, и Машка.

- Ты любишь Бога?

– Сурово спросил Юльку тренер Игорь, и пробуравил её взглядом.

- Да я

всех люблю. – Юлька подмигнула тренеру. – Бога люблю, Моисея люблю, и даже

Ваську-соседа, хоть он и мент. В церковь, вот, в воскресенье пойду…

-

В церковь?! – Волосы Игоря встали дыбом. – мы не ходим в церковь! Это всё

от лукавого! И ментов мы не уважаем. Язычница!

- Сам ты мудак! –

Рявкнула Юлька, и перестала подмигивать. – Пришол тут, блин, с талмудом

своим, мозги людям засираешь, кришнаит сраный!

- Юля! – Покраснела моя

мама. – Ты что такое говоришь?

- А сколько тебе лет, девочка? – Тихо

спросила жена Игоря, и начала потихоньку прятать Библию.

-

Четырнадцать.

- Поздно. Тебя не спасти. На челе твоём лежит чорная

отметина.

- Идиотка. Это у меня тушь размазалась. – Юлька плюнула на

палец, и потёрла им под глазом.

- Дурная девочка. – Поставил Игорь

Юльке диагноз. – Проституткой вырастет наверняка. Не разрешайте ей дружыть