«По ту сторону смерти»

Андрей Иванов

По ту сторону смерти

Сознание приходило медленно, в череде неясных, сменяющихся образов. Он был только что невесом и счастлив, а теперь на него навалилась тяжесть и какая-то грусть, словно он только что что-то потерял, вот только что, не мог вспомнить.

Не открывая глаз, Кирилл глубоко вздохнул, вздохнул так, словно ему не хватало воздуха. Пахло луговой травой и прелой землей. Пошевелился, травинки нежно щекотали лицо.

— Трава?..

Мысль эта сначала лениво удивила, а потом заставила вздрогнуть.

Откуда ему, городскому жителю, просыпаться вот так, в траве?.. Он судорожно попытался вспомнить, что с ним произошло вчера, и не смог. Мысли путались и разбегались, словно тараканы на кухне, на которой включили свет.

Открыв глаза, он резко сел. Огляделся. Находился Кирилл на поросшем травой холме. Вдалеке петляла небольшая река, у которой компактно раскинулся небольшой городок. Странный такой городок… Деревянные срубы, крыши из красной черепицы и пыль, жёлтая, невесомая пыль от не знавших асфальта дорог. Картина почти идиллическая и умиротворяющая, если бы не одно «но» — такого просто не могло быть. Поверить, что в пригородах Москвы может существовать такой вот городок, было выше его сил.

Повернувшись, Кирилл окончательно растерялся. За его спиной чернел вздымающийся ввысь обелиск, за которым вверх уходили горы. И, надо сказать, очень высокие горы. К Подмосковью это точно не имело никакого отношения!

Увидев на себе грубые домотканые штаны и рубаху, Кирилл уже не удивился. Скорее, его ощущения можно было назвать началом приближающейся паники. В мозгу все настойчивее и настойчивее металась мысль — он просто сошел с ума.

А может, это сон? Спасительная мысль мелькнула, но была отброшена. Не бывает столь детальных снов при столь чистом сознании. Или бывают?

Обдумать эту мысль Кирилл не успел, потому что заметил парня, метрах в ста от него собиравшего что-то в плетеную корзину. Грибник?

Вот парень повернулся к нему и приветливо помахал рукой.

Пытаться спросить что-то на таком расстоянии было сложно, а кричать не хотелось, так что Кирилл встал и быстрым шагом направился к незнакомцу.

Тот этому явно не удивился и, напротив, улыбнувшись, поставил плетеную корзину у ног и присел, дожидаясь Кирилла.

Не доходя метров пяти, Кирилл поздоровался:

— Здравствуйте, вы бы не могли мне подсказать, где я нахожусь?

— Можно на ты. — Спокойно ответил парень и, указав взглядом на место рядом с собой, предложил, — Присаживайся.

— Да я уж лучше стоя, — ответил Кирилл.

Но парень лишь покачал головой:

— Лучше присядь. Поверь, так будет действительно лучше.

Пришлось подчиниться. Ну не спорить же по таким пустякам, когда тебя волнует куда более важный вопрос — где ты вообще оказался, а главное, как?

— Ты последнее что помнишь? — спросил парнишка, едва Кирилл присел рядом.

— Да в том-то и дело, что ничего не… — начал, было, Кирилл, но осекся. Память понемногу начала возвращаться. Вот вчера с друзьями он был на даче. Точно был, если конечно это было вчера.

— Ну и? — вопросительно посмотрел на него незнакомец.

— Кажется, вчера я был за городом на даче, — ответил Кирилл, — но это, — он обвел рукой вокруг, — явно не то место, где мы отдыхали.

Парнишка вздохнул:

— А дальше, дальше, что после дачи было? Спать легли?

— Да нет, — неуверенно произнес Кирилл, — шашлыки жарили… вроде. Ну и пили, как без этого. А потом, вроде как, живот схватило.

Память, пусть и нечетко, словно обрывками, выхватила картинку дачного двора, рези в животе и куда-то вдаль уплывающего сознания. А дальше… А дальше была темнота.

Все это время его незнакомый собеседник молчал, внимательно разглядывая его лицо и эмоции, которые на нем отражались.

— Ну что, вспомнил? — спросил он после затянувшейся паузы.

— Кажется… Кажется, траванулся. Это санаторий?

Парнишка лишь покачал головой:

— Боюсь тебя огорчить, но ты умер. Впрочем, как и я. Я вот, к примеру, отравился. Помню лишь, как меня полоскало и сознание соскальзывало в бред. Давненько это было, а вот до сих пор помню, — задумчиво произнес он и закончил, — а потом мы оказались здесь.

— Мы? — переспросил Кирилл.

— Да, мы. Нас было пятнадцать тысяч человек, что осознали себя тут, на холме.

— А я? — неуверенно поинтересовался Кирилл.

— Ты-то? Нет, ты вот только сейчас тут появился.

— А вы? Давно это было. (?)

— Да давненько. С полгода уже как прошло.

— И это что, рай? — Оглядываясь по сторонам, спросил Кирилл. Мысль о том, что он мог умереть, казалась одновременно отстраненной и в то же время единственно здравой. Он ощущал себя вполне живым, но вот происходящее вокруг никак не вязалось с его прошлой жизнью.

— Да ты не переживай бро, — миролюбиво произнес парень, — умер, понятно, что это неприятно, но есть ведь и положительный момент — теперь ты знаешь, что жизнь после смерти существует. И нет, это не рай.

Ад? — едва ли веря в то, что это место может быть адом, спросил удивленный Кирилл.

— И не ад. Мы называем этот мир «перекрестком», вернее, нам его так представили, — все так же спокойно произнес собеседник. Вздохнул, и начал свой рассказ, — Когда мы тут очутились, во-о-он там, — он показал на подножье склона, — стоял человек. Илия. Но имени мы его тогда не знали. А потом он начал расти и вымахал метров этак на пятнадцать в высоту. Ну и зрелище было, скажу я тебе. Вот он-то нам и рассказал, куда мы попали. Это не рай и не ад. По словам Илии, все мы еще при жизни вместо того, чтобы нормально жить, сбегали от этой самой жизни в придуманные виртуальные миры. Вот и досбегались… — парнишка вздохнул, — Вроде как жил человек, а по факту, по факту, считай, и не жил вовсе. Ну, той, нормальной жизнью. Так что, вроде, и плохого ничего не сделал, чтобы в ад определить, но и рай не заслужил. И поэтому ОН, — парень ткнул пальцем вверх, — создал для нас вот этот новый мир. Вроде как дал второй шанс прожить свою жизнь, реальную жизнь, а не жизнь по ту сторону монитора, но в мире похожем на те, в которые мы так стремились.

— А ОН — это кто? — уже догадываясь, о ком идет речь, все же уточнил Кирилл.

— Бог, — подтвердил его догадку незнакомец и добавил, — вот такие дела, брат. И не важно, верил ты в него или нет, а он, оказывается, есть.

— Так это что, он этот мир по типу игры сделал? — неуверенно предположил Кирилл.

— Игры?! — Недобро усмехнулся парень, — Забудь про игры. Ты вот часто в той, прошлой жизни на медведя с одним ножичком ходил?

— Да я вообще ни разу на охоте не был, — Кирилл даже поежился, увидев реакцию незнакомца на слово «игра».

— Ну вот, а ближайший мишка вон в том лесу, — парнишка указал на лес за городом. — Сходи, поиграй с ним. А еще там есть Ург, что-то вроде мини-босса, так эта зверюга, когда на задние лапы встанет, метра под три будет. До сих пор мороз по коже, когда его вспомню.

— Так вы что, тут как в осаде живете? — поинтересовался Кирилл.

— Ну, почему же, ходят, охотятся. И Угра этого убивают, и медведей с волками, и много еще кого. Только вот на игру это, брат, мало походит. Ты там, в прошлой жизни, в креслице перед монитором сидел, пивко попивал, а тут это все перед тобой, вживую. Даром что умереть нельзя, вернее, можно, но все равно возродишься, но ни боль, ни страх никуда не денешь. Тот, кто это все сделал, свое дело знал. Мир этот, хоть и сделан по тем же принципам, которые мы в играх так любили, но в реальности это совсем другое. Тут ты не играешь, тут ты живешь. Восполняешь, так сказать, то, от чего сбегал в прошлой жизни.

С тем, что он от чего-то там сбегал в прошлой жизни, Кирилл был категорически не согласен. Ну играл он в игры, и что? Так не он один, все играли. Ну, может, кто-то больше, кто-то меньше, но вот чтобы так, умереть и попасть сюда?!

Хотя… кому он врал, себе? На игры он подсел в той жизни конкретно, и вот результат.

— А тя хоть как звать-то? — прервал его мысли парнишка, — меня Жекой. А то как-то и не представились друг другу.

— Кирилл, — Кирилл протянул руку.

Рукопожатие его нового знакомого было очень крепким. Ладошка, вроде, маленькая, но сжал руку Кирилла он крепко.

Заметив, как Кирилл дернулся от такого рукопожатия, Женя извинился: