«Взаимоотношения И. В. Сталина и Мао Цзэдуна глазами очевидца»

В истории советско-китайских отношений, в судьбах китайской революции вопрос об отношениях И. В. Сталина и Мао Цзэдуна требует дополнительного внимания специалистов, изучающих все тонкости данной проблемы кануна победы китайской народной революции 1 октября 1949 г.

Со своей стороны коснуться этой сложной темы считаю целесообразным по двум обстоятельствам. Во-первых, сейчас публикуется немало закрытых ранее документов по этим вопросам, в частности записи бесед, переговоров, взаимные телеграммы Центральных Комитетов и лидеров ВКП(б) и КПК. Позиции двух сторон в 40‑х годах менялись под воздействием международных факторов — Победы в 1945 г. на Западе и Востоке, начала и нарастания «холодной войны», крушения колониальной и полуколониальной системы, в том числе и в Китае. Всё это требует комплексного изучения обстоятельств, документов, в которых они появились. Во-вторых, так случилось, что полвека назад и в последующем мне довелось быть участником событий, которые в результате Победы на Востоке в 1945 г. резко изменили обстановку в Китае, заняли особое место в многовековой истории отношений двух соседних народов — России и Китая. К сожалению, сейчас стали меньше говорить о влиянии международных факторов на послевоенное развитие тех или иных стран, и Китая в частности.

Более 50 лет назад в моей судьбе произошёл перелом: я снял военную форму, в которой воевал и которую носил во время войны 1941—1945 гг., и перешёл на дипломатическую службу, попав в МИД СССР на китайское направление.

Трёхлетний период был связан с Маньчжурией (Северо-Восток Китая), о чём я рассказал в своей книге (псевдоним — О. Борисов) «Советский Союз и Маньчжурская революционная база»[1], а также в других работах.

События того времени подробно изложены в трудах М. И. Сладковского — первого директора и одного из основателей в 1966 г. Института Дальнего Востока. В частности, богатый материал по поводу длительной работы в Китае, в том числе в Маньчжурии в 1945—1948 гг., содержится в его книге «Знакомство с Китаем и китайцами»[2]. Во время работы в Харбине я вместе с ним участвовал во многих беседах с руководителями Северо-Восточного бюро ЦК КПК и местной администрации — Линь Бяо, Гао Ганом, Чэнь Юнем и другими.