«Шакарим»

Ерлан Сыдыков

ШАКАРИМ

Литературная обработка текста доцента кафедры русской филологии ЕНУ им. Л. Н. Гумилева, кандидата филологических наук Г. А. Шариповой

В книге использованы фотографии фонда Научно-исследовательского центра «Шакаримтану» при Семипалатинском государственном университете имени Шакарима

© Сыдыков Е. Б., 2012

© Издательство АО «Молодая гвардия»,

художественное оформление, 2012

Светлой памяти моего отца Батташа Сыдыкулы — члена первой комиссии, вопреки запрету официальных органов собравшей в начале 1960-х годов воспоминания и свидетельства современников Шакарима Кудайбердиева

ПРЕДИСЛОВИЕ

Мир изменился. Мы живем сегодня в городах, не выезжая без особой надобности за их пределы. Степь за окраиной представляется чуждой субстанцией, не приспособленной для жизни. Трудно представить, что всего сто лет тому назад казахи в массе своей жили на этих бескрайних просторах, безбрежность которых сродни космическим.

Казахская степь скрывает непостижимую загадку. Обезлюженная ширь ее, казалось бы, не оставляет надежд на великие культурные достояния. Но вот в середине XIX века в самом сердце Степи родился Шакарим Кудайбердиев (1858–1931). Будущий поэт, переводчик, музыкант, историк, философ, который в самом личностном отношении к окружающей действительности искушал вопросами человека и общество и прежде всего себя, чтобы укоренить, как он писал, философию «хорошей жизни человека», подразумевающей «науку совести».

В молодости он занимал престижную должность волостного правителя. Позже с головой ушел в сферу семейно-родового хозяйства. Сочинял серьезные стихи и музыку. Слыл моралистом и праведником, хорошим мастеровым и охотником.

Но потом произошел перелом.

В 1904 году скончался дядя Шакарима Абай, его наставник, великий поэт земли казахской и мыслитель. Исполняя наказ Абая, Шакарим совершил длительное паломничество в историко-культурные центры Востока — Стамбул и Мекку, имел счастье общения с людьми, посвятившими себя книжной премудрости и служению науке.

Созданные после зарубежной поездки этико-философские трактаты Шакарима поразительны по глубине мысли и эрудиции, а историческая книга «Родословная тюрков, киргизов, казахов и ханских династий» не имеет аналогов и востребована в настоящее время учеными и неучеными читателями.

Атмосфера ожидания общественно-политических перемен и жизнеустроительные идеалы Истины и Красоты отличают вскоре изданный сборник его стихов. Он уже не мог быть просто поэтом скорби, что было вообще характерно для казахской литературы рубежа XIX–XX веков. Шакариму стало тесно в современной ему степной среде с ее перипетиями обывательского бахвальства и безалаберщины. Испытывая глубокую неудовлетворенность собой, в пятьдесят четыре года Шакарим ушел подальше от людей и от власти, сеющей, по его представлениям, одни беды. Поселился в отдаленной зимовке, посреди безлюдной степи, чтобы стремиться к совершенству и творить.

Согласно детерминистским концепциям, история человечества движется массами. Отдельная судьба ничтожна, а самопожертвование бесплодно. Модус вивенди и история жизни Шакарима опровергают эту теорию.

Он решил изменить мир, изменив всего лишь себя. Задумал сделать мир совершеннее — стал совершенным сам. Внутренняя сила самодисциплины, уводя от косной местечковой среды, вела к Универсуму. У Шакарима, глубоко верующего человека, был идеал, который укреплял дух. У него был Всевышний. И он пытался воспроизвести, по крайней мере в себе, то, что было заложено Творцом, создавшим человека по образу и подобию Своему. Стоическое стремление к развоплощению духа, рассуждения и рефлексия о пагубных вожделениях человека и человечества — таков старец Шакарим, автор записок «Жизнь Забытого», определивший свою концепцию существования человека в этом мире, его роли и отношения к вечности.

Уже на склоне лет он написал стихотворение «Мелодии Коркыта», уловив сродство своей души с переживаниями вещего старца и провидца будущего по имени Коркыт. Лирико-философский образ его был навеян Шакариму мифологией тюркоязычных народов о бессмертном божестве, создавшем струнный музыкальный инструмент кобыз и покровительствовавшем певцам и шаманам.

Творчество Шакарима являло загадку для современников, было предано забвению потомками, стало открытием и откровением для читателей XXI века. Почему мы сегодня с интересом читаем Шакарима? Не только потому, что у него трагически сложилась судьба. Не потому, что он поучает. А потому, что от него веет настоящим — настоящей мыслью, настоящими чувствами, настоящим человеколюбием, воплощенными им в свою этическую концепцию жизни.

Удивительный человек был Шакарим. Он был кладезью добродетельных качеств, которыми желательно бы обладать каждому из нас.

Какое из этих качеств в нем блистало ярче всего? Вот что писал его сын Ахат: «Не было человека честнее Шакарима. Он не знал в жизни скверных слов. Ни один человек не уходил от него с обидой. Я сам видел, как он отучал красть воров, взяв их на поруки».

Как цельная и интеллектуально одаренная личность Ша-карим был само воплощение нравственного закона. Его наследие и философия жизни — тому свидетельство. О Шакариме, после того как были реабилитированы его имя и творчество, написано много статей и книг на казахском языке. Но целостной биографии поэта, тем более на русском языке, нет.

Хотя, казалось бы, трудности миновали: стали доступны главные биографические источники — художественные, исторические, философские и автобиографические произведения самого Шакарима. Ряд данных содержит воспоминания его родных. О среде, в которой жил и творил Шакарим, можно получить представление по жизнеописаниям Абая.

Все это становится ориентиром, когда думаешь о родовых истоках и вершинах этого замечательного человека, о его индивидуальном лике в казахской жизни, в казахской литературе, истории и философии.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЧИНГИСТАУ

ИСТОКИ И ВЕРШИНЫ

Рожденный красотой степи

Шакарим Кудайбердиев родился 11 июля (по старому стилю) 1858 года в Чингистау, в местности Кенбулак близ речки Байкошкар. Ныне это территория Абайского района Восточно-Казахстанской области Республики Казахстан. Населенных пунктов в Байкошкаре в наше время нет, районный центр Караул находится в пятидесяти километрах на северо-восток. Байкошкар — это сердце Чингистау, одного из самых интересных мест в казахской степи.

На географической карте Чингистау — не слишком выдающийся по размерам горный массив в восточной части Казахского мелкосопочника, протянувшийся на двести пятьдесят километров с севера на юг. Ни туристических маршрутов, ни современной автострады здесь нет. Возможно, это и к лучшему. Холмы Чингистау восхитительны реликтовой своей чистотой, которую так и не смогла одолеть разрушительная сила цивилизации. Кажется, здесь обитель самого Времени. Чингистау — это заповедник истории, оплот древности, средоточие национального мироощущения казахов. Здесь степь кажется огромной, как океан. Отсюда разлетаются во все стороны облака. Здесь сходятся небо и земля, порождая колдовские игры света и тени. Именно здесь, в Чингистау, необъятная степь ощущается как зримая картина первотворения.

Чтобы сегодня попасть сюда, нужно сначала добраться до Караула, это сто девяносто пять километров по трассе на юго-запад от Семея (современное название Семипалатинска).

Перед въездом в центр Абайского района справа расположена невысокая, но приметная гора Караул-тобе. Ею пользовались в древности как смотровой вершиной. Караул по своему положению в самом деле — форпост Чингистау. Он словно охраняет подходы к священным горам, не позволяя пришельцам безнаказанно нарушать покой древних реликварий. В пяти километрах за Караулом, у подножия Чингистау, раскинулся небольшой поселок Би-ата, названный в честь прадеда Шакарима Кенгирбая — легендарного главы рода Тобыкты. В поселке Би-ата есть школа имени Шакарима с трогательным музеем. За Би-ата начинается Чингистау. В его глубины ведут несколько путей, обозначенных редко хоженными колеями. Можно уйти на юг, обогнув массивную гору Карашокы, у подножия которой десятилетиями гнездились аулы предков Шакарима и позже ставили свое зимовье его родители. А можно уйти на запад, чтобы пересечь массив Чингистау и выйти на раздольные долины местности Шакпак.

Дорога на Байкошкар петляет по холмам, пересекает хребты и долины, огибая заболоченные поймы неприметных с виду речушек. Местность под этим названием объединяет несколько равнин, разделенных невысокими хребтами. Где-то среди них прячется и сама речка Байкошкар. За последним холмом — долина Кенбулак, колыбель будущего поэта.

Это уютная равнина шириной не более пяти километров. Ограниченная холмами, она сегодня пустынна. Нет следов прежних аулов — их стерли дожди, ветры, время. И найти то место, где стояла юрта, в которой появился на свет Шакарим, кажется непосильной задачей. Хотя воображение может легко подсказать уму: вон там, у дальних склонов, паслись табуны лошадей и отары овец, а в низине стоял на жайляу аул Кудай-берды, отца Шакарима. И в одной из юрт в прохладную июльскую ночь появился на свет младенец, которого счастливые родители нарекли высокородным именем…