«Бабаджи непостижимый»

Бабаджи непостижимый

"Ваше Сердце ― это мой храм.

 Содержите мой храм в чистоте",

"Нэти, нэти" ― ни то, ни это. Эти санскритские слова отражают невыразимое ― Первичное, Абсолют, Трансцендентальное, Божественное, Бога. Как часто я говорила, что никогда не смогу написать о Бабаджи. Он ― за пределами слов, за пределами самого бурного воображения. Самая богатая фантазия тускнеет рядом с Ним. В действительности, я не знаю, кто Он. Никто не может Его постичь. Нет слов, которыми можно было бы полностью описать Его. По самой своей природе слова ограничены. Он же бесконечен в любом аспекте. Тем не менее я чувствую внутреннюю потребность поделиться своими впечатлениями о Нем с теми, кто открыт Богу. Ищущим Бога, ищущим реальности, мира, освобождения, Истины в ее высшей форме я хочу рассказать о Его пребывании в физической форме, о Его послании Истины, Простоты и Любви и постоянном вспоминании имени Бога. Учение это сильнее атомных бомб и в то же время просто и близко внутренней сущности каждого; оно ― основа всех религий.

Впервые я узнала о Бабаджи, прочитав книгу Парамахансы Иогананды "Автобиография йогина". Бабаджи, бессмертный гуру, Йогин ― Христос Индии, Шива, Махаватар[1], "поддерживающий свою физическую форму из века в век", "божество во плоти" ― так описывает Его Йогананда. Порой доступный людскому взору, но чаще остающийся незаметным, Бабаджи трудится во имя освобождения и спасения всего человечества. Едва ли найдется тот, кто, читая о Нем, Его красоте, Его силе, Его неумирающей любви и защите своих преданных, не почувствовал бы желание позвать Его. Это желание становится еще сильнее при чтении следующих строк Йогананды: "Когда бы любой человек ни произнес с почтением имя Бабаджи, этот преданный немедленно привлекает к себе Его духовное благословение".

Я помню, что тогда у меня возникло сильное желание встретить этого бессмертного Учителя учителей, чье юное тело, красивое и сильное, не несет на себе отметок времени и излучает воспринимаемый глазами свет. Тогда мне и в голову не могло прийти, что я когда-нибудь встречу этого несравненного гуру, который появляется время от времени и превращается в свет по своей воле, чье "не подверженное распаду тело не нуждается в пище", увидеть которого или узнать можно лишь тогда, когда Он сам того желает.

С тех пор мой ищущий ум был всецело поглощен образом Бабаджи. Я никогда не сомневалась в правдивости написанного Иоганандой, но встреча с этим божественным существом казалась невозможной, и только это позволяло несколько унять огонь желания в моем сердце и снова скрыть в подсознании мысль о том, что Он существует.

Я верю, что страстное желание встречи с Ним и память о Его величии всегда жили в моем подсознании, не позволяя мне найти мир и удовлетворение в чем-либо еще. Я верю, что это так. Я не могу сказать, что я знаю. Ибо многое о Бабаджи можно воспринять как Истину лишь сердцем. Умом это не познать. Это ― за пределами ума.

Через несколько лет после чтения "Автобиографии" я узнала, что Бабаджи вновь появился в физической форме и живет в Индии, в Кумаонских предгорьях Гималаев. Тотчас же я решила поехать к Нему. Я оставила юридическую школу, в которой преподавала, и четыре месяца спустя, оказалась на борту самолета, улетающего в Индию; мой ум парил в мыслях и историях об этом чистом свете, который воплотился в человеческое тело для спасения человечества. В дороге я открыла небольшой "Духовный дневник" Йогананды, который только что купила. Какими прекрасными для того дня оказались слова:

"Так как Бог нуждается в тебе, я здесь с тобой, зову тебя прийти Домой, где живет мой Возлюбленный, где Кришна, Христос и Бабаджи... и другие святые. "Приди, ― говорит Господь, ― Они все радуются во Мне. Никакая мирская радость не может сравниться с божественной радостью моей обители. Есть только одна Реальность. Это ― Он. Забудь все остальное".

Я помню первую прогулку вверх по руслу реки к ашраму Бабаджи: многократные (10 или 12 раз) переходы через святую реку Гаутаму Гангу, белизну камней, воду, искрящуюся в солнечных лучах. Я почувствовала, что наконец-то пришла домой. Ничто никогда не казалось мне таким близким и родным, как это. Как будто те места, которые я когда-либо любила, были отражением этого, частью этого целого. Через неопределенный промежуток времени (впоследствии оказалось, протяженностью около полутора часов) я увидела ашрам ― на одной стороне были расположены храмы под ярким голубым небом, живописно возвышающиеся на фоне золотистой горы Кайлаш, легендарного прибежища Господа Шивы. На другой стороне ― крошечные розовые и белые строения и бело-купольный храм возвышались над длинной белой лестницей. Все это было похоже на сказочную страну. Потом я услышала, как кто-то сказал: "Баба идет". Помню только свою голову у Его ног. Все в моей жизни отсчитывается теперь от этого момента. Для меня существует только "до" и "после" встречи с Бабаджи. Ничто больше не имеет значения.

Прошло более двух лет с того дня, когда мои глаза впервые узрели Его красоту, когда мои уши впервые наполнились нежной мелодией Его голоса, Его смеха, когда я впервые почувствовала невообразимый аромат Его присутствия. Ни с чем не сравнима радость любви к Нему, радость погружения ума в мысли о Нем. Кажется невозможным насытиться и не очароваться всем, что связано с Ним, как и трудно представить что-либо другое, способное вызвать подобные чувства.

Надо ли рассказывать о Его красоте? Как и многое другое, связанное с Ним, это трудно описать словами. Нэти, нэти ― ни то, ни это. Он так обманчив ― как свет, как облако. Как можно ухватить свет? Как можно поймать облако? Кроме того, Он изменяется, иногда каждое мгновение. Что это за красота? Пристально вглядываешься, но ум не в состоянии постичь бесконечность, которая является Его природой. Он носит свою физическую форму подобно мантии, скрывающей Его Свет. Он не связан телом и изменяет его по Своей воле. Это ясно видно на фотографиях, которые делались с тех пор, как Он появился в 1970 г. Различия огромны.

Индийский святой десятого века Девара Дасимайя, посвящая свою поэму Раманатхе (одно из имен Шивы), так описывает изменчивость и неопределенность облика Бабаджи:

(из "Сказаний о Шиве")

Хотя Бабаджи носит мужское тело, он проявляется и в аспекте Божественной Матери. Нельзя сказать, мужчина это или женщина. В нем соединились оба аспекта. Творец всего содержит все внутри себя. Отец, Мать, Божественное существо ― эти слова подразумевают качества, которые неизмеримо выше человеческих. Часто во время ритуалов, посвященных Бабаджи, его голову и плечи покрывали шалью. Порой Он сидел неподвижно, и Его украшали цветами. В эти минуты Он выглядел совсем как богиня. Мужской аспект целиком затмевала Его необычайная, удивительная красота, подобная тщательно отшлифованному мрамору.

Махантаджи, главный служитель храма Ханумана, одного из основных в Дели, рассказывал много удивительных историй о Бабаджи, показывающих, что Он не ограничен пространством и временем. Однажды Махантаджи путешествовал с Бабаджи, направляясь из Вриндавана, города Кришны, в Мадубан. Через некоторое время Бабаджи была предложена пища, и Он благословил ее. Он сказал, что те, кто прибыл с Ним, должны поесть в первую очередь, а потом будут накормлены и жители деревни. Вместо того, чтобы послушаться, крестьяне первыми ринулись на свободные места. Когда все уселись, то на небе, до этого безоблачном, появилась туча. Не прошло и минуты, как мощный ливень обрушился на деревню и окрестности. Бабаджи бегал туда и сюда во время дождя, а Махантаджи следовал за ним. Ма-хантаджи заметил, что дождь не падает на Бабаджи. Когда Бабаджи вновь занял Свое место, Махантаджи, промокший с ног до головы, сел рядом с Ним. На Бабаджи не было ни одной капли.

Йогананда писал, что духовное состояние Бабаджи находится за пределами человеческого понимания. "Затуманенный взор человека не может проникнуть к этой трансцендентальной звезде". Быть может, одним из наиболее конкретных свидетельств Его Божественности являются отпечатки Его стоп. На подошвах Его ног время от времени появлялись некоторые символы, известные в индийской духовной традиции как космические знаки. Они были замечены многими людьми в разное время и даже были сфотографированы. Знаки были следующие:

Санскритский слог Ом, который считается звуком творения, представляющим сущностную природу Вселенной; Шеш Наг (пятикапюшонная змея), символизирующая пять чувств, пять элементов творения, а также место, где, как говорят, отдыхал Бог перед сотворением мира; раковина, символизирующая элемент звука и используемая во время службы; трезубец, эмблема верховной власти, символ Шивы; голова буйвола, всегда сопровождающего господа Шиву и перевозящего Его; свастика, символ мира и успеха; павлин; цветок лотоса, живущий в воде, но никогда не смачиваемый ею, символ божественности; дануш, или лук; чакра, или колесо; полумесяц, указывающий на совершенный контроль ума; все знаки Зодиака; змея, символизирующая мудрость и вечность, а также бесстрашие и бессмертие; солнце; восьмиугольник; большой нож; орел; планетарная система с солнцем и луной в центре; булава.

Известно, что аватары Рама и Кришна также имели подобные знаки на подошвах своих ног. Впервые эти символы были замечены на отпечатках стоп Бабаджи за пять лет до его появления в Хайдакхане. Он появился по случаю установления храма Амбы в Банас Каде Гуджарат 25 мая 1965 г., и некоторые символы (флаг, восьмиугольный знак и т. д.) были замечены на земле, где Он стоял. Таким образом, исполнилось предсказание, что когда Шива в следующий раз явится в человеческом облике, то у Него будет шрам на правой голени и на левом плече ( как у Бабаджи), а также символы Шивы и Зодиака на подошвах Его ног.