«Весенняя охота на боровую дичь»

Глеб Горышин

Весенняя охота на боровую дичь

Году, быть может, в 52-м я шел по Литейному проспекту и вдруг — остановился как вкопанный: в глаза бросилась афиша на доске городского лектория: «Кандидат химических наук, лауреат Сталинской премии А. А. Ливеровский. Лекция на тему: «Весенняя охота на боровую дичь». Я был тогда студентом двадцати двух лет, только что вернулся... с охоты на боровую дичь...

Не могу удержаться от удовольствия вспомнить, как было дело. Приехал в Лодейное Поле при ружье и патронах с дробью-двойкой (написать «с ружьем» не позволяю себе: неблагозвучно). Местные ушлые мужики сказали мне, что глухари поют за деревней Имоченица (от Лодейного Поля километров тридцать). Поют и ближе, но самые мошники там. Мне тогда нужны были самые...

Вышел на рассвете, по дороге машины тогда не ходили, над дорогой перелетали несметные вереницы птиц: гуси, лебеди, журавли, утки, кулики. В каждой луже крякал селезень. В еловых логах свистели рябчики. Мое сердце переполнялось немыслимой радостью: видеть, слышать, дышать полнотою жизни Природы. К вечеру дошел до нужного мне места.

В деревне сидел на завалинке дед. Я задал ему мой главный вопрос: «Где поют глухари?» Он ответил без обиняков, как если бы я спросил у него, где сельский магазин. «Пойдешь за деревню колеей, в войну езжено, пройдешь версты три, по правой руке будет ляга, бери на левую руку. Отойдешь метров сто, тут тебе ток...»

Ноги у меня (в сапогах с заколенниками) изрядно прибавили в весе; солнце садилось. Так я пришел, как дед наказал, или не так, силы кончились. Я развел костер у края болота. Ночью с болота доносилось как будто чье-то хожденье, чавканье; мороз продирал по коже. Один раз не удержался, выстрелил в воздух, для острастки. В три часа взял ружье наизготовку, медленно двинулся незнамо куда, пуще всего остерегаясь нашуметь. Через какое-то время услышал одного глухаря и другого. Идти под песню к двум глухарям несподручно: глухари не поют в унисон; одного скрадываешь, другого спугнешь. Я замер в раздумье... Тут послышался чавкающий звук: кто-то шел по болоту туда же, куда и я. Скрадыванье глухаря на току не терпит чьего-либо соучастия, как страстное свидание с любимой. Поджидал идущего следом с нарастающей злобой.

Стало развидняться. Я увидел волка, чавкающего по болоту несколько поодаль от меня, носом в кочки. Волк не глядел на меня.