«Последний из Могикан»

Д. Фенимор Купер

ПОСЛЕДНИЙ ИЗ МОГИКАН

Может быть, на всем огромном протяжении границы, которая отняла владения французов от территории английских колоний Северной Америки, не найдется более красноречивых памятников жестоких и свирепых войн 1755—1763 годов, нежели в области, лежащей при истоках Гудзона и около соседних с ними озер.

Эта местность представляла такие удобства для передвижения войск, что ими нельзя было пренебрегать. Продолговатая водная пелена Шамплена тянулась от Канады -и глубоко вдавалась в колонию Нью-Йорк; вследствие этого озеро Шамплен служило самым удобным путем сообщения, по которому французы могли проплыть до половины расстояния, отделявшего их от неприятеля.

Близ южного края озера Шамплен с ним сливаются хрустально ясные воды озера Горикан — «Святого озера».

Святое озеро извивается между бесчисленными островками, и его теснят невысокие прибрежные горы. Изгибами оно тянется далеко к югу, где упирается в возвышенное плоскогорье. С этого пункта начинался многомильный волок, который приводил путешественника к берегу Гудзона; тут плавание по реке становилось удобным, так как течение свободно от порогов.

Выполняя свои воинственные планы, французы пытались проникнуть в самые отдаленные и недоступные ущелья Аллеганских гор и обратили внимание на естественные преимущества только что описанной нами области. Действительно, она скоро превратилась в кровавую арену многочисленных сражений, которыми враждующие стороны надеялись решить вопрос относительно обладания колониями.

Здесь, в самых важных местах, возвышавшихся над окрестными путями, вырастали крепости; ими овладевала то одна, то другая враждующая сторона; их то срывали, то снова отстраивали, в зависимости от того, кто одерживал победу.

В то время как мирные земледельцы старались держаться подальше от опасных горных ущелий, скрываясь в старинных поселениях, многочисленные военные силы углублялись в девственные леса. Возвращались оттуда немногие, изнуренные лишениями и тяготами, упавшие духом от неудач.

И все же люди вносили жизнь в темные леса этого злосчастного края. На прогалинах и полянах звучала военная музыка; эхо гор повторяло то стоны раненых, то веселые крики храброй и беззаботной молодежи, спешившей предаться отдыху.

Д. Фенимор Купер

ПОСЛЕДНИЙ ИЗ МОГИКАН

Может быть, на всем огромном протяжении границы, которая отняла владения французов от территории английских колоний Северной Америки, не найдется более красноречивых памятников жестоких и свирепых войн 1755—1763 годов, нежели в области, лежащей при истоках Гудзона и около соседних с ними озер.

Эта местность представляла такие удобства для передвижения войск, что ими нельзя было пренебрегать. Продолговатая водная пелена Шамплена тянулась от Канады -и глубоко вдавалась в колонию Нью-Йорк; вследствие этого озеро Шамплен служило самым удобным путем сообщения, по которому французы могли проплыть до половины расстояния, отделявшего их от неприятеля.

Близ южного края озера Шамплен с ним сливаются хрустально ясные воды озера Горикан — «Святого озера».

Святое озеро извивается между бесчисленными островками, и его теснят невысокие прибрежные горы. Изгибами оно тянется далеко к югу, где упирается в возвышенное плоскогорье. С этого пункта начинался многомильный волок, который приводил путешественника к берегу Гудзона; тут плавание по реке становилось удобным, так как течение свободно от порогов.

Выполняя свои воинственные планы, французы пытались проникнуть в самые отдаленные и недоступные ущелья Аллеганских гор и обратили внимание на естественные преимущества только что описанной нами области. Действительно, она скоро превратилась в кровавую арену многочисленных сражений, которыми враждующие стороны надеялись решить вопрос относительно обладания колониями.

Здесь, в самых важных местах, возвышавшихся над окрестными путями, вырастали крепости; ими овладевала то одна, то другая враждующая сторона; их то срывали, то снова отстраивали, в зависимости от того, кто одерживал победу.

В то время как мирные земледельцы старались держаться подальше от опасных горных ущелий, скрываясь в старинных поселениях, многочисленные военные силы углублялись в девственные леса. Возвращались оттуда немногие, изнуренные лишениями и тяготами, упавшие духом от неудач.

И все же люди вносили жизнь в темные леса этого злосчастного края. На прогалинах и полянах звучала военная музыка; эхо гор повторяло то стоны раненых, то веселые крики храброй и беззаботной молодежи, спешившей предаться отдыху.