«Геро и Леандр»

Ее и мать свою малютка бог,

И часто головою утомленной

Ребячливо склонялся к ней на лоно,

И засыпал, впадая в забытье,

Под ровное дыхание ее.

Так хороша была собою Геро,

Служительница юная Венеры,

Что вся природа плакала о ней,

Когда она ушла в страну теней,

И мир, утратив лучший перл творенья,

Мрачнее вдвое стал от огорченья.

Взрастил Леандра город Абидос.

Там ни о ком не лили столько слез,

С тех пор как он погиб в проливе пенном

И был воспет Мусеем несравненным.

Так пышно кудри юноши вились,

Что их, будь колхом он и остригись,

А не руна, как солнце, золотого

Искали б греки у Ээта злого.

К нему в объятья, если бы смогла,

С небесной сферы Цинтия б сошла.

Как жезл Цирцеи, был он станом строен

И кравчим громовержца стать достоин.

Нежна, как мясо козочки лесной,

Превосходила шея белизной

Плечо Пелопа, но еще нежнее

Казалась кожа на груди под нею,

А формы членов и спины его

Могло измыслить только божество,

Но так как воспевать любовь земную

(А петь богов и вовсе не дерзну я)

Боится муза робкая моя,

Не опишу очей Леандра я.

Багрянцем уст навряд ли бы сравнился

С ним тот, кто тенью собственной пленился

И, чтоб ее изведать поцелуй,

Нырнув в поток, погиб в объятьях струй.

Увидь Леандра Ипполит бесстрастный,

И тот влюбился б в лик его прекрасный.

Смягчался, на него бросая взор,

Жестокосердый житель диких гор.