Расул Гамзатов
Колокол Хиросимы
1
«Камень, срывающийся со скалы,
Где ляжешь ты через мгновенье?»
«В подножье горы, где, цвéта золы,
Другие лежат каменья».
«Куда, моя песня, летишь чуть свет
В багровом предутреннем дыме?»
«К подножью холма Незабытых Бед!»
«Где же такой?»
«В Хиросиме!»
«Песня моя, в чужеземную даль,
Может, летишь ты без нужды?»
«Нет, не чужда мне чужая печаль,
Муки чужие не чужды!»
«Песня,
на свете так много утрат,
И мертвые невоскресимы.
Что будешь ты делать?»
«Бить стану набат
В колокол Хиросимы!»
Пусть на столбе он гудит что есть сил,
Прикованный цепью опорной,
Об аде,
который не выдуман был,
А явью был рукотворной.
Бью в колокол этот каждой строкой,
О том поведать желая,
Как вдруг испарившеюся рекой
Обернулась река живая.
Плакальщиц мира родная сестра,
Где в камень впечатались тени,
Встала обуглившаяся гора
Пред городом на колени.
Молю услыхать колокольный зов
Пламенем заживо стертых.
Жаль, что господь не доверил мне слов,
Что воскрешают из мертвых.
Я заклинаю:
набатно гуди
Сквозь версты, и лета, и зимы
У человечества в каждой груди,
Колокол Хиросимы!
И Тихий заставь грохотать океан,
И, все озаботив режимы,
Решительно властвуй над памятью стран,
Колокол Хиросимы!
Восстаньте, исчезнувшие в огне.
Пусть кровь заклокочет в аортах.
Колокол бьет, и кажется мне —
Вы восстаете из мертвых.
Мнете траву на зеленых лугах,
Не тени, а смертные люди.
Вновь пламя разводите в очагах
И поклоняетесь Будде.
Висят, как игрушечные, сады.
У садовников лет в запасе
Не меньше, чем палочек для еды,
Зовутся которые «хаси».
Не ломом железным — гулкой строкой
Бью в колокол воспоминаний.
Воскреснув на улице городской,
Влюбленные ждут свиданий.
Стучат очарованные сердца,
Как прежде,
как прежде,
как прежде.
И прозревают глаза у слепца,
Отчаявшегося в надежде.
Вижу: восстал из могильных пластов,
Исполненный многообразья,
Сонм человеческий всех возрастов,
Исчезнувший в одночасье.
Люди,
обличье у них не одно, —
И лик торжествует над маской.
Смотрит на девушку в кимоно
Парень с набедренною повязкой.
С губ его сходит молчанья печать
И — вырывается слово.
Стрелки часов заходили опять
Велением вещего зова.
Стою в кругу воскрешенного люда,
Вверху — облака-пилигримы.
«Люди, скажите, кто вы?
Откуда?»
«Мы люди из Хиросимы!»
Плачу, но слезы не застят мне глаз,
Сердце — открытая рана.
«Кто вы?»
И вдруг мне послышался глас:
«Мы люди из Дагестана!»
Страны, задумайтесь!
Не для легенд
Бьет колокол где-то близко.
«Кто вы?»
«Мы люди из графства Кент!»
«Кто вы?»
«Мы люди из Сан-Франциско!»
Насторожитесь! Колокол бьет.
И видеть повсюду должны мы
Журавлика, выпущенного в полет
Девочкою Хиросимы.
Бумажный журавлик, в небе плыви!
Взрыв атомный не убывает.
Смерть — белогвардейка:
она в крови
Шарики красные убивает.
Слабенькой ручкой отправленный в путь,
Журавлик,
ведь люди спасимы!
Сегодня моим Вергилием будь,
Девочка из Хиросимы.
2
Комментарии к книге «Колокол Хиросимы», Расул Гамзатович Гамзатов
Всего 0 комментариев