«Суицидомания»

О, если б ты, моя тугая плоть,

Могла растаять, сгинуть, испариться!

О, если бы предвечный не занес

В грехи самоубийство! Боже! Боже!

 Вильям Шекспир "Гамлет"

 (Перевод Б. Пастернака)

Я к виселице новенькой в саду

С утра иду, не трепеща нимало;

Вывязываю петлю на ходу,

Как денди вяжет галстук свой для бала;

Соседи (на заборе) ждут сигнала,

Чтоб закричать "ура!". Но на беду,

Меня смешная прихоть обуяла:

Сегодня не повешусь - подожду.

 Гилберт К. Честертон "Баллада самоубийцы"

 (Перевод М. Бородицкой)

1

Закрываю глаза я и вижу

Метастазы кошмарного сна:

Как он медленно вылез на крышу

Сквозь провал слухового окна;

Как схватился руками нелепо

За изъеденный ржей парапет;

Как на фоне лазурного неба

Выделялся его силуэт;

Как, застыв на одно лишь мгновенье

Перед бездной семи этажей,

Он рванул без крупицы сомненья

Вниз на встречу со смертью своей.

…И летел без единого звука,

Словно было то в фильме немом,

Чтобы лечь, страшно вывернув руки,

На асфальте кровавым пятном.

Тошнота, подкатившая к горлу

Неожиданной быстрой волной,

Влажным комом дыхание сперла

От виденья картиной такой.

И потом уж из оцепененья,

Что меня охватило на миг,

Пробудил рвущий душу смятеньем

Чей-то резкий, пронзительный крик.

2

Люди сводят по всякому счеты

С жизнью, коль им она поперек:

Кто-то пьет до кровавой блевоты;

Кто-то пулю пускает в висок;

Кто-то в петлю суется в сортире;

Кто-то прыгает в реку с моста;

Кто-то, чинно свершив харакири,

Мышцы рвет своего живота;

Кто-то бритвенным лезвием длинным

Рассекает свой острый кадык;

Кто-то, гадким облившись бензином,

Сам себя превращает в шашлык;

Кто-то морит себя хлорофосом;

Кто-то пьет, как вино, атропин;

Кто-то валится сам под колеса

Проезжающих автомашин;

Кто-то газ на плите открывает

И ложится спокойно в постель;

Кто-то зимней порою ныряет

В полыньи ледяную купель;

Кто-то…

          Впрочем, то гиблое дело

Перечесть настоящий завал

Разных способов, коими смело

Человек сам себя убивал.

Человек - не собака, не пума,

И фантазией не обделен,

Как убить себя, сможет придумать

Без сомнения всякого он.

3

У него было много депрессий,

Эта не была первой отнюдь.

В школе, в пору студенческих сессий…

Его просто могло перемкнуть

Где-нибудь на работе, в дороге,

В шумном городе, возле реки,

Был бы повод для глупой тревоги,

Для душевных терзаний, тоски.

Правда, мысль развязать суицидом

Все проблемы житья своего

В нестерпимо навязчивом виде

Посещала не часто его.

Лишь однажды, когда он расстался

С ненаглядной девчонкой своей,

То таблеток до рвот наглотался.

Но желудок его был сильней

И все выдержал, только расстройство

Охватило больной организм,

Вмиг все жизненные неустройства

Оттеснил жуткий метеоризм.

Ни один терапевт не сумел бы

Этот дивный эффект предсказать,

Но все так: вряд ли кто захотел бы,

Если пучит, себя убивать.

Жизнь, конечно, - глухая пучина,

Что нас всех засосала в ничто.

Но герой мой на время отринул

Мысль о смерти, тем более, что

Все знакомые вторили дружно:

"Плюнь на девку! Ну что с нее взять?.."

Но ему это было не нужно,

Он ее не хотел забывать.

Боль от горькой потери ютилась

Где-то там у него в глубине -

Для депрессии новой копилась

Пища свежая в старой цене.

4

Если повод есть у человека

Чтоб из жизни ненужной уйти,

Он весомым быть должен, быть некой

Страшной болью, все жгущей в груди.

О весомости повода судит

Каждый в меру понятий своих.

Кто-то даже терзаться не будет,

Потеряя семью и родных.

Кто-то вдрызг проиграется в карты,

Миллионы на ветер пустив,

Усмехнется и с прежним азартом

Вновь начнет наполнять свой актив.

Но случается часто иное:

От одной лишь оценки плохой

Будет школьник так сильно расстроен,

Что решится покончить собой;

Или девочка скальпелем вены

Рассечет, приближая конец,

Потому что погиб "обалденный",

Ненаглядный, любимый певец;

Кто-то жизнью безмерно помятый;

Кто-то много и всем задолжал;

Кто-то же от задержки зарплаты

Или пенсии недоедал;

Кто-то в сексе насильем обижен;

Кто-то секса, напротив, лишен;

Кто-то был оскорблен и унижен;

Кто-то в лжи глупой был уличен;

Кто-то из любопытства простого

Захотел непременно узнать,

Что же после скитанья земного

Всех умерших должно ожидать.

В общем, если кого одолеет

Мысль скорее из жизни уйти,

Он придумает или сумеет

Повод для суицида найти.

5

Кто другой, побывавши на грани

Между жизнью и смертью, искал

Утешенье бы в полном стакане

Или травку б покуривать стал.

Но герой мой был этого выше,

Он освоил наркотик иной -

Философию смерти, и вышел

Из депрессии очередной

В увлечении скорбным вопросом

О граничном венце бытия.

Он читал все о смерти: и прозу

И поэзию… Галиматья

Сотен авторов, тысячи книжек,

Миллионов журнальных статей

Вовлекла его в душную жижу

Из бредовых и глупых идей.

Жизнь теперь ни во что он не ставил,

Смерть вознес как божественный акт.

Все сознанье на то он направил,

Чтоб осмыслить сей "истинный" факт.

Он уверился в этом настолько,

Что всерьез утверждал всем друзьям:

"Я спокойно умру, если только