Я снова куда-то спешу,
На странные звуки отзывчив.
Я резкие вещи пишу,
Совсем становлюсь неулыбчив.
Все больше жесток, одинок,
Зато до конца откровенен.
Меж вечных, стремительных строк
Застыну безумен, мгновенен.
Я медленно падаю в ночь,
Коротким аккордом гитары.
И чтоб хоть немного помочь
Творю ледяные кошмары.
О годы бесцельные бьюсь
Словами отчаянных споров.
И собственной тени боюсь
В пространстве пустых коридоров…
* * *
Жизнь не стоит даже фантика,
Ровным счетом ничего.
Здравствуй, черная романтика,
Роковое торжество!
Вижу в мире искалеченном
Смертоносные слова.
И стараюсь незамеченным
Быть, и видимым едва.
Это праздник неизбежности,
И пульсация беды.
Это блеск зловещей нежности,
Ледяной лихой звезды.
И душа моя туманная
Наливается свинцом.
И кривит усмешка странная
Зазеркальное лицо.
Все опять обезобразится,
Станет наперекосяк.
Льется в разум несуразица,
Превращая мир в пустяк.
Все меняется стремительно,
Только время — мишура…
И глядят сквозь жизнь презрительно
Парадоксов мастера.
* * *
Алхимия звука, алхимия слова —
И жуткое варево песни готово.
Осенний аккорд: темнота да багрянец,
Да звезд холодеющих медленный танец.
Кругом одиночество-нежность романса,
Нависшее марево вечного транса.
Забито пространство мистическим бредом:
"Забвение рядом, возмездие следом…"
* * *
Более чем странные вещи,
Более чем жуткие тайны —
Это непонятное хлещет,
В душу проливаясь случайно.
Словно целый мир нарисован
Кем-то невозможно далеким.
Тем, кто одиночеством скован,
Превращаясь в звезды и строки.
И уходят тихо поэты,
Их слова становятся вьюгой,
Словно все на свете предметы
Быстро переходят друг в друга.
Это знак великой печали
И напоминанье о Лете…
Это свет, что мы излучали,
В ночь уносит солнечный ветер.
* * *
В непроходимых топях дури,
Себя теряя понемногу,
Ты ищешь твердую дорогу,
А все вокруг живет в сумбуре.
А все кругом живет в кошмаре,
Питаясь пустотой и ядом.
Гляди на мир потухшим взглядом,
Ведь в мире много глупой твари.
Вот иллюзорная свобода
И безнадежное величье.
Меж тьмой и светом пограничье —
Как сумрак из любого года.
Но что-то ноет, что-то ранит,
Души нечеткий отпечаток?
Нет, пара-тройка опечаток,
Все то, чего легко не станет.
* * *
В черные мысли опять погружен
Несуществующий — Я.
В каждой строке мной беспечно сожжен
Нерв моего бытия.
Каждое слово куда-то рывок,
Но никуда не попасть.
Можно не делать ненужный бросок,
Можно банально пропасть.
Пропасть ведь рядом…за каждым углом
Тонны и тьмы, и тоски
Время сдано в переплавку, на слом,
Боль заливая в виски.
Я досмотрю этот сон до конца,
Я ни на миг не прервусь.
Я застываю как капля свинца
Или в забвение рвусь,
Вижу раздробленный скукою день,
Тягостный бред бытия.
Все превращаю в холодную тень,
Несуществующий — Я.
* * *
Взглядом вершатся лихие дела
Дождь неизбежности лезет за ворот.
Улицы те же — вот проклятый город,
Жутко хохочет веселая мгла.
Цирк приезжает в осенний туман,
И освещает пространство огнями,
И расстилает меж скучными днями
Вновь феерической лжи океан.
Только размыты любовь и мечта —
Сырость бросается вечно под ноги,
Взмокли, набухли тревогой дороги,
И заскользила в душе пустота.
Дней продолжая вращать жернова,
Мечется, гибнет мучительно кто-то…
Это времен одичавших тенета,
И запредельных небес синева.
* * *
Видно время исчезать.
Время прекратить свой ропот —
То, что громко не сказать,
Ветер превращает в шепот.
Сплав из лунного свинца,
И из солнечного злата —
Маска странного лица,
За безумие расплата.
На себя ты не похож,
Ты записан в силуэты.
Фокус жизни — злая ложь,
Радуга на грани Леты.
Не уйти от пустоты,
Голову вжимая в плечи…
К черту сказки и мечты,
Их мелодия калечит.
* * *
Время — выдумщик жестокий,
Все придумывает боли:
То ли вздохи, то ли строки,
Как обиды иль пароли.
Блеск простора — тьма для взора,
Стынет красота немая.
А душа среди раздора
Ничего не понимая
Ищет смысла или счастья,
А находится лишь злоба.
Вот и смотришь с безучастьем,
Напряженно смотришь в оба.
* * *
Время стучит из развалин,
Боль разливая в груди…
Это концовка? Едва ли,
Большее ждет впереди.
Ненависть в сердце клокочет,
И одиночество злит.
Пламя темнеющей ночи
Очи твои опалит.
Жизнь навсегда искалечив,
Душу твою разломив,
Льются безумные речи,
Жуть в глубине затаив.
* * *
Глаз потусторонних блеск.
Лет заиндевевших треск.
Ходит кругом угомон.
Ходит абсолютный сон.
И созвучий никнет спесь.
Здесь конец дороги, здесь
Окружил со всех сторон
Душу абсолютный сон.
Запугай и обмани,
Годы, месяцы и дни.
Старой магией имен
Верой в абсолютный сон.
Не важны: судьба и боль,
И навязанная роль…
Бьется с сердцем в унисон
Абсолютный, тихий сон
Прячь в карманы миражи,
Фокус жуткий покажи,
Погружая ход времен
В абсолютный, в темный сон…
* * *
Глотаешь снег и лунный свет,
А смерть глядит из-за плеча.
Ты — бред убийственных планет,
Бредешь чего-то бормоча.
И ночь холодная права,
Что жизнь не значит ничего.
Судьба, душа, твои слова —
Лишь ветра злого шутовство.
Теряя между днями связь,
Дробя событий снежный ком,
Ты множишь призраков, смеясь,
Блестя студеным огоньком.
Но как не вглядывайся в тьму,
Как пристально ты не смотри,
Летят (неясно почему)
За декабрями — декабри.
Да, мчатся годы все быстрей,
Примешивая в кровь беду…
И трудно у календарей
Всю жизнь идти на поводу.
Комментарии к книге «Трансцендентные угрозы», Александр Дахненко
Всего 0 комментариев