Я разбросан по разным стихам,
Там мой мир, там я прежде скитался,
На осколки шальные распался,
Зря доверился радужным снам.
Мне так грустно дрожащей рукой
Перелистывать жизни страницы,
А они — безразличные птицы,
Улетают своей чередой.
Эта горькая правда одна,
Как метель все стучит в мою душу,
Я стихам своим больше не нужен,
Я разбросан по ним навсегда.
* * *
Всего лишь быстрый взгляд назад,
Одно звенящее мгновенье,
Незавершенное творенье,
Как ряд мучительных утрат.
Но веришь ты в свою строку,
Которой нет на свете краше,
И снова, будто яд из чаши,
Ты пьешь смертельную тоску.
* * *
Я опять прикасаюсь к стихам,
Я хочу, чтоб все было, как прежде,
Чтоб листвы золотой маскарад
Скрыл в осенних мечтах мою грусть.
Я скитаюсь по сумрачным дням,
Я живу безнадежной надеждой.
Я ищу свой усталый закат,
Сны, в которые я не вернусь.
Мне легко позабыть обо всем,
И отдать свою душу туману,
И приникнув к холодной земле
Слушать поступь жестоких веков.
И печальным, постылым дождем
Остудить свою горькую рану.
И нести, умирая во мгле,
В сердце блеск изумрудных миров.
* * *
Гордо и грустно проходят века,
Все как всегда в тишине:
Правит тобою ночная тоска,
Тень, что мелькает в окне.
Ты никогда не сумеешь найти
Тихий и светлый удел.
Кто-то провел тебе черным пути,
Красным отметив предел.
* * *
Я замер, я еле дышу,
Я спрятался в чаще сомнений,
Прервав череду озарений
Теперь никуда не спешу.
Я тихо смотрю из окна
На дни, проходящие мимо.
И с горькой усмешкою мима
Играю осколками сна.
Я больше тебе не служу:
Забыл я, о чем мне мечталось.
Меня охватила усталость…
Я замер, я еле дышу.
* * *
Сквозь дожди и огни пробиваются сны,
И холодные тени случайной загадкой
Увлекают тебя, так мучительно-сладко
Бьется сердце в узоре ночной тишины.
Как забывчивы дни, как неверны пути,
И мотив, что рожден увяданьем осенним.
Так узнай у ветров, что же станет спасеньем,
И печальной душе умирать запрети.
* * *
Я прячусь в сумраке осеннем,
Я жду, когда дожди придут.
Я верю- в снах мое спасенье
От быстротечности минут.
Я верю: в снах хранится тайна
Прошедших и грядущих лет.
И боль, и радость неслучайно
Сплетают вновь узор-сонет.
И лишь в одном мое несчастье:
В том, что когда-то навсегда
Меж сном и явью в одночасье
Легла незримая черта.
* * *
Выискивая ночи напролет
Самих себя в тоске необычайной,
Мы старые развенчиваем тайны
И смотрим долго в черный небосвод.
И даже, если будет все не так
И даже, если ветер злой судьбою
Ворвется, и лишит опять покоя,
Мы сохраним мечты заветный стяг.
* * *
Я смотрю, смотрю, как прежде,
На простор ночных огней,
Даль печальна и безбрежна,
Столько тайн сокрыто в ней.
Все так зыбко и обманно,
Ведь всегда в потоке дней,
Мир загадочный и странный
Полон множества путей.
* * *
Сниму с души проклятья пустоты,
Отброшу прочь пустые разговоры,
Украшу сон серебряным узором —
Заветным откровением звезды.
Забуду про обиды прошлых дней,
Взгляну на все с печальною любовью
И строчку допишу своею кровью,
И стану светом тысячи свечей.
* * *
Столпотворение, утром так жутко
Снова людской Вавилон,
Кажется, это лишь чертова шутка
Катится камнем времен.
Падают годы ударами плети,
Болью тревожа сердца —
Никто из нас, ни за что на свете
Не уйдет от Воли Кольца.
* * *
Память вновь листает прошлого страницы,
Пред тобою чьи-то тени вновь встают,
И тебе ночами город странный снится,
Место встреч дорог, тот светлый дом, где ждут.
Ты смеешься, ничего не понимая,
Ты зовешь кого-то через столько лет,
А приходят лишь тоска, да боль тупая,
Призраки всех тех, кого уж нет.
* * *
А может быть, еще одно мгновенье
Мне можно с жизнью в прятки поиграть,
Чтоб после разом горечь откровенья
В свою мечту отчаянно принять.
Молюсь и жду опять в потемках чуда,
Последних песен затихает бег.
И снова, словно гость из ниоткуда,
В мое окно стучится белый снег.
Я на стекле пишу слова сомненья,
Я все хочу немедленно понять.
И, может быть, потом еще мгновенье
Мне нужно будет с жизнью поиграть.
* * *
Я буду говорить: "Как близок срок",
А между строк шептать, что путь далек.
Я заколдую время навсегда.
Мне светит несчастливая звезда.
Я странен стал, мои друзья-ветра.
Я нелюдим — мне не нужна игра.
Людская суета противна мне.
Я предан сну, я растворен во сне.
Обида сгинет, но придет тоска —
Холодного отчаянья река.
Я сердцем к этой участи привык.
Я светлых эльфов позабыл язык.
Я снова здесь, я вечно одинок.
Я принял все — теперь мой путь жесток.
Я брошен в омут боли сквозь года —
Мне светит несчастливая звезда.
* * *
Катится время черной волною,
Тайнами вещих вещей.
И заполняет тетради тоскою,
Грустью бессонных ночей.
Я наклоняюсь над этою бездной,
Ища в ней оставленный знак.
И страшно и в тот же миг интересно
Делать следующий шаг.
* * *
Для прежних героев новые маски
Ты пробуешь снова создать.
Но блеклы твои безнадежные краски,
И ты отправляешься спать.
И снится тебе город светлый и ясный,
Где властвует только мечта,
Где нет места лжи, строка не напрасна,
Где песня добра и чиста.
И ты просыпаешься утром от боли,
И молча смотришь в окно:
Ты хочешь уйти от навязанной роли.
Но знаешь, что не дано.
Комментарии к книге «Неотправленные письма», Александр Дахненко
Всего 0 комментариев