«Химическое оружие»

И.НЕЧАЕВ

ХИМИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

О ТОМ, ЧТО РВЕТ И МЕЧЕТ

Приключение Христиана, сына красильщика

Большая белая молния, яркая как солнце, упала из тучи и ударила в колокольню.

Ужас охватил маленького Христиана.

Земля заколебалась у него под ногами, тяжелый упругий каменный грохот обрушился с неба и оглушил его.

Христиан вцепился руками в чугунный столб навеса и зажмурил глаза. «Сейчас убьет!» решил он.

Но гром, замирая, удалялся, стало тихо, и все прочно стояло на своем месте, и он сам был цел и не-вредим. Он осторожно приоткрыл один глаз, потом другой. Любопытство уже жгло его. В десяти шагах от него ударила молния — и он все видел! Скорей, скорей туда…

По площади, мокрой от дождя, со всех сторон бежали люди. Христиан выскочил из-под навеса и бросился к церкви.

У входа он кого-то толкнул, кого-то ловко обогнул и первым юркнул в раскрытую дверь.

Туман висел в церкви. От высоких сводов до узорчатых каменных плит пола ее наполнял странный голубоватый дым. И пахло чем-то острым и едким.

Христиан слышал позади себя шумное дыхание, топот ног. Церковь быстро наполнялась народом. Но никто не смел произнести ни слова. Этот запах!.. Боже мой! В церкви…

Христиан огляделся. Люди были бледны и испуганы, у женщин на глазах стояли слезы.

— Сера… — произнес наконец чей-то смущённый голос. — Боже, помилуй нас, — здесь пахнет серой!..

Набожные жители Метцингена взволнованно зашептались. Серный дух — дух преисподней, его изрыгают черти; кто этого не знает! Неужели сам Дьявол, повелитель ада, проник из тучи в божий храм?!

Самые трусливые уже пятились к выходу, на вольный воздух, подальше от проклятого места. Но Христиан не спешил уходить. В отцовской красильне он давно изучил все острые ароматы мира. И теперь, задрав нос кверху, он нюхал голубой дым — и сомневался, сера ли это.

Домой Христиан вернулся с сильнейшей головной болью. И на всю жизнь запомнил, как пахнет молния.

Двадцать восемь лет спустя

Двадцать восемь лет спустя в один из февральских дней 1839 года профессор Христиан-Фридрих Шенбейн шел по гулкому коридору Базельского университета, направляясь в свою лабораторию.