«Собака на службе в войсках конвойной стражи»

Константин Викторович Бриммер

Собака на службе в войсках конвойной стражи

Издание Центрального Управления Конвойной Стражи

Москва — 1929 год.

СССР. Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Составил К. Бриммер

Под редакцией К. И. Калнина

Предисловие

Применение собак для военной службы у нас в Красной армии решено давно, и собаки применяются не только для работы в мирной обстановке, но также будут широко применяться в боевой обстановке, для чего теперь проводится большая работа по организации и подготовке.

Применение собак для нашей специальной конвойно-караульной службы поднимается в этом году впервые, и в настоящее время мы уже подошли вплотную, чтобы перейти к практической работе.

Мысль применить собаку при охране мест заключения и при конвоировании как один из способов рационализации и удешевления нашей специальной службы у меня возникла сейчас же при вступлении моем в войска конвойной стражи. К настоящему времени мы уже имеем кое-какую материальную базу для того, чтобы работу начать, правда, хотя она еще недостаточно велика, но во всяком случае мы можем развернуть ее настолько, насколько это целесообразно и выгодно в наших условиях.

Теоретически этот вопрос достаточно обоснован и целым рядом совещаний начсостава одобрен и только остается перейти к практической работе.

Руководства и учебники, которые имеются на нашем рынке, довольно полно охватывают вопрос не только применения собак в работе гражданского порядка, как, напр., по охране складов, розыскные собаки и т. д, но и в военной работе при всех случаях боевой обстановки, как то: в разведке, в охранении, в санитарной службе, службе связи, подноске патронов и т. п. Руководств же или указаний, как воспитывать, дрессировать и применять собак при окарауливании мест заключения и при конвоировании заключенных во всех случаях, а именно: по железной дороге, по водным и пешим трактам и т. д, — этот вопрос почти нигде не освещен. Как дальше мы увидим, вопрос применения собак в нашей специальной службе гораздо труднее и сложнее, чем при применении собак в общих случаях гражданского порядка или чисто военной работы, там вопрос главным образом в технике выполнения собакой тех или иных заданий. У нас трудность заключается в том, чтобы собаку заставить противодействовать человеку, в особенности мы это видим при конвоировании, когда собака бывает предоставлена часто сама себе.

Вот эти два специальных вопроса окарауливания и конвоирования в издаваемой книжке освещены достаточно подробно и при дрессировке не будет того кустарничества, которое мы наблюдаем до сих пор.

Теперь работа начата во многих частях и выпускаемая нами брошюра даст возможность уточнить работу специальной дрессировки, и мне кажется, что мы в дальнейшем не будем иметь разнобоя.

В будущем возможно придется не ограничиться этой брошюрой, а издать устав или инструкцию, которая явится официальным пособием для работы с собакой и будет уже более подробно и детально охватывать все вопросы дрессировки, воспитания и применения собак в войсках конвойной стражи. Пока же можно вполне ограничиться указаниями, данными в этой книжке.

Особое внимание надо обратить на подбор инструкторского состава и вожатых конвоиров. Надо для этой работы выбирать обязательно из числа желающих и любящих животных, интересующихся этим делом. Также необходимо обратить внимание, чтобы не было среди красноармейцев, желающих уклониться от несения строевой службы, так как служба представляет из себя большие трудности. Некоторые будут стремиться быть назначенными для работы с собаками, думая, что это их освободит от строевой и специальной работы.

В заключение должен сказать, что сложного в этой работе ничего нет, и каждый командир и красноармеец, интересующийся этим делом, вполне сможет его усвоить, только надо иметь достаточное желание и терпение и главным образом настойчивость.

У нас привыкли, как правило, чтобы все вновь возникаемые вопросы, напр. по рационализации, влекли за собой обязательно специальные отпуски средств, а чтобы над вопросами рационализации не только подумать, а и провести их в жизнь, не ожидая особых отпусков — этого нет.

Так и в отношении собак, почему бы, напр., в отдельных батальонах и ротах для караульной службы не приобрести обыкновенных собак, даже щенками и не начать, пользуясь этой брошюрой, дрессировать на наиболее простой, несложный прием — охраны, который можно провести с большим успехом, получив для дальнейшего необходимые навыки и опыт. Средства в каждой части найдутся, их надо немного, взять, напр., хотя бы кормежку, разве мало остается остатков пищи и иногда они остаются не использованными.

Рекомендуя настоящую брошюру, призываю всех к дальнейшей работе по рационализации нашей службы всеми путями и всеми способами.

Собака на службе войск конвойной стражи

(Воспитание, дрессировка и использование)

Дрессировка собак раньше носила чисто кустарный способ, не имея не только научных строгих и точных оснований, но даже обоснованных положений.

Дрессируя собаку, дрессировщик не отдавал себе отчета, почему для данного приема дрессировки нужно сделать то, а не другое, вся дрессировка была основана на практических подходах, которые с тем или другим успехом применялись «исстари» старыми «спецами». При чем эти старые «спецы», стараясь «монополизировать» свое дрессировальное искусство, делали из него строгий секрет, окружая свои доморощенные приемы какой-то загадочной таинственностью и не открывая своей тайны «посторонним», передавали их по наследству из рода в род.

Даже в тех немногих трудах, которые имелись в этой области, рядом с указанием, как нужно делать тот или иной прием, не говорилось, почему его нужно делать именно так; поэтому эти указания и советы авторов являлись какими-то случайными и бездоказательными и не имели за собой необходимой убедительности.

Молодой дрессировщик учился механически применять рекомендованные приемы и очень часто они были обречены на полную неудачу. Неудачу эту относили или к бестолковости собаки или к дрессировщику и бранили или собаку или ее неудачного дрессировщика.

Главная основная ошибка всех старых дрессировщиков состояла в том, что они очеловечивали собаку, полагая, что собака способна понимать не только интонацию голоса, но и слова, и беседовали с ней как с человеком. Собака, конечно, не понимала длинных речей своего дрессировщика, а дрессировщик выходил из себя от непонятливости собаки и еще больше сбивал ее.

В настоящее время благодаря новейшим изысканиям академика И. Павлова в области психической жизни животных вышли из путаницы примитивных приемов и кустарничества, став на твердую почву научных обоснованных принципов. Эти новые изыскания дают нам возможность понимать животное и в данном случае заставить собаку понимать нас. Академик Павлов своими исследованиями открыл нам ясно и четко ту таинственную до сих пор психическую жизнь животных, вот почему для каждого занимающегося дрессировкой собак необходимо хотя бы в общих основных принципах познакомиться с учением академика Павлова. Вся т. н. психическая жизнь животных сосредоточена в их головном и спинном мозгу. Деятельность этих органов выражается в рефлексах, т.-е. в различного рода психических явлениях. Рефлексы эти Павлов делит на безусловные и условные. Безусловные рефлексы те, которые животные получают с самого рождения, наследственные: например, голод, жажда, дыхание, слюнотечение, чувство самосохранения и др.; всеми этими безусловными рефлексами ведает спинной мозг. Рефлексы условные те, которые животные приобретают путем жизненного опыта, общения с окружающей средой, с человеком, сосредоточены в головном мозгу, в больших полушариях этого мозга, в его отдельных многих центрах, которые состоят из собраний анализаторов: глазного, ушного, кожного, носового ротового. Эти анализаторы-приборы имеют свои задачи различать известную сложность внешнего мира на отдельные элементы.

Например, ушной анализатор состоит из 25.000 струнноподобных волокон, которые дают созвучия на тонах разной высоты. Анализатор этот, грубо восприняв что-нибудь, может путем постепенного длительного действия условного раздражителя усилить его впечатление и закрепить. Например, у собаки образовался условный рефлекс на какую-нибудь ноту. Воспроизведем этот звук и дадим одновременно собаке есть; у собаки появится слюноотделение под впечатлением еды. Если опыт этот мы повторим несколько раз, то слюноотделение может появиться приданном звуке без пищи. Если мы дадим ту же ноту, но другой октавы, то у собаки тоже появится слюноотделение, но если мы повторим опыт так, что будем при первом звуке давать пищу, а при втором не давать, то собака усвоит своим условным рефлексом эту разницу и слюноотделение при втором звуке отделяться не будет.

Это условные рефлексы первого, порядка, т.-е. получающиеся от действия непосредственного возбудителя. Если же условный рефлекс получается не от непосредственного основного возбудителя, а при помощи посредствующего, то это будет условный рефлекс второго порядка. Например, при звуке «до» условный рефлекс собаки усвоен отделением слюны. Если мы этот звук соединим с каким-нибудь другим действием и повторим это несколько раз, то в конце собака своим условным рефлексом будет также реагировать отделением слюны и на второй возбудитель.

Поясним это примером. У собаки появилось слюноотделение при одном виде мяса, но если мы долгое время будем только показывать мясо, не давая его, то слюноотделения совсем не будет, и нужно дать мяса, чтобы вновь этот условный рефлекс появился.