«Кандидат»

Екатерина Петрунинцева

Кандидат

КАРТИНА МАСЛОМ

– У нас хорошая учительница! -защищала мать нового преподавателя, ни на секунду не признав правду сына.

Мише 35ть, он читает своё письмо Президенту и вспоминает, как двадцать лет назад просил её о помощи:

«Дорого Владимер Владимерович Путин училка же неимеет права тратить моё время послеуроков! А за то что она ето делает её нужно лишить зарплаты и поставить штраф на 1.000.000.000.000.000.000.000.000 тысяч и на месяц лишить зарплаты и если можно уволить».

Что сделала та, которой он пока ещё доверял? Разместила письмо в stories еще работающего тогда Instagram. Отметив аккаунт Кремля, иронично предположила ответ:

«Учись, Миша, тебе явно надо».

Живым вариантом стало предложение составить письмо по всей форме и без ошибок – «иначе жалобу не примут»:

– Тогда обойдётся без жалобы, раз переписывать надо, – ответил Миша. Уже в свои юные десять он понял, что даже такой близкий человек как мама – «лишь бы по форме да без ошибок».

«Я один в этом мире», – прозвучал первый звоночек в таком протестующем и одновременно таком хрупком сердце.

Естественно, передали о жалобе той самой учительнице:

– Что, каждый раз так на меня писать будешь? – с ядовитой ухмылкой спросила та «Идеальная», думая, что только на открытом уроке она может предстать во всеуслышанье и всеувиденье.

Тогда Миша промолчал в ответ, зная, что «звёздный час» обязательно наступит:

«В век высоких технологий? Серьёзно?» – мальчик совсем не собирался сдаваться. Да, это не стало бы носить жестокий характер – не смотря на родительскую токсичность, ребёнок всё-таки рос гуманным. Но то, что какая-то там, всего лишь знакомая учительница, забрала у него последнего близкого человека, не могло остаться без ответа.

И вот в класс вошла Новенькая. Ангелина:

– Извините, мне непонятно, Вы не могли бы повторить? – случился первый вопрос в этот же день. Мишино сердце ликовало – с ощущением самого злостного злодея он прислушался, затаив дыхание.

– Мы по программе не успеем, если будем так топтаться на месте. Понаедут в середине года, а мне потом отчитывайся, – любезность Идеальной утрачена в веках.

Екатерина Петрунинцева

Кандидат

КАРТИНА МАСЛОМ

– У нас хорошая учительница! -защищала мать нового преподавателя, ни на секунду не признав правду сына.

Мише 35ть, он читает своё письмо Президенту и вспоминает, как двадцать лет назад просил её о помощи:

«Дорого Владимер Владимерович Путин училка же неимеет права тратить моё время послеуроков! А за то что она ето делает её нужно лишить зарплаты и поставить штраф на 1.000.000.000.000.000.000.000.000 тысяч и на месяц лишить зарплаты и если можно уволить».

Что сделала та, которой он пока ещё доверял? Разместила письмо в stories еще работающего тогда Instagram. Отметив аккаунт Кремля, иронично предположила ответ:

«Учись, Миша, тебе явно надо».

Живым вариантом стало предложение составить письмо по всей форме и без ошибок – «иначе жалобу не примут»:

– Тогда обойдётся без жалобы, раз переписывать надо, – ответил Миша. Уже в свои юные десять он понял, что даже такой близкий человек как мама – «лишь бы по форме да без ошибок».

«Я один в этом мире», – прозвучал первый звоночек в таком протестующем и одновременно таком хрупком сердце.

Естественно, передали о жалобе той самой учительнице:

– Что, каждый раз так на меня писать будешь? – с ядовитой ухмылкой спросила та «Идеальная», думая, что только на открытом уроке она может предстать во всеуслышанье и всеувиденье.

Тогда Миша промолчал в ответ, зная, что «звёздный час» обязательно наступит:

«В век высоких технологий? Серьёзно?» – мальчик совсем не собирался сдаваться. Да, это не стало бы носить жестокий характер – не смотря на родительскую токсичность, ребёнок всё-таки рос гуманным. Но то, что какая-то там, всего лишь знакомая учительница, забрала у него последнего близкого человека, не могло остаться без ответа.

И вот в класс вошла Новенькая. Ангелина:

– Извините, мне непонятно, Вы не могли бы повторить? – случился первый вопрос в этот же день. Мишино сердце ликовало – с ощущением самого злостного злодея он прислушался, затаив дыхание.

– Мы по программе не успеем, если будем так топтаться на месте. Понаедут в середине года, а мне потом отчитывайся, – любезность Идеальной утрачена в веках.