«Ходжа против Мао Цзэдуна. В защиту марксизма-ленинизма-маоцзэдунъидей»

1. Развитие отношений между Коммунистической партией Китая и Партией труда Албании

Общая борьба против современного ревизионизма

Мао Цзэдун скончался 9 сентября 1976 года. В том же году, в ноябре 1976‑го, Энве́р Хо́джа объявил в отчёте Центрального комитета 7‑му съезду партии:

«Исторические победы, достигнутые китайским народом в его славной революции и строительстве социализма, основание нового народного Китая и высокий престиж, которым он пользуется в мире, непосредственно связаны с именем, идеями и руководством великого революционера, товарища Мао Цзэдуна. Дело этого выдающегося марксиста-ленинца являет собой вклад в обогащение революционной теории и практики пролетариата. Албанские коммунисты и албанский народ будут всегда с уважением вспоминать товарища Мао Цзэдуна, который был великим другом нашей партии и нашего народа.

Преданное ревизионистами дело диктатуры пролетариата и социалистического строительства продвинули вперёд Албания и Китай, которые остались верными марксизму-ленинизму, решительно отстояли его и объявили жестокую идеологическую борьбу хрущёвскому ревизионизму и его последователям. Коммунизм не угас, как на это рассчитывали буржуазия и чему раньше времени обрадовались оппортунисты и ликвидаторы» [3].

Менее чем двумя годами позже Ходжа сам пошёл в ногу с ликвидаторами. В своей книге «Империализм и революция», которая, согласно АПТ, была впервые опубликована на албанском языке в апреле 1978‑го, он поносит товарища Мао Цзэдуна как «китайского Хрущёва», а маоцзэдунъидеи — как «антимарксистскую теорию». Согласно ему, Китай всегда следовал «не путём социализма, а путём создания великого буржуазного, социал-империалистического государства» [4]. Чтобы подорвать высокую оценку Мао Цзэдуна в Албании и мировом коммунистическом движении, Э. Ходжа клевещет на принципиальную борьбу, которую вела против современного ревизионизма Коммунистическая партия Китая под руководством Мао Цзэдуна. Согласно ему, «её борьба против советского ревизионизма не диктовалась правильными, принципиальными марксистско-ленинскими позициями» [5] и была полна колебаний.

Чтобы получить лучшее понимание лживости этих утверждений, необходимо вспомнить некоторые факты. Борьба против современного ревизионизма началась с ⅩⅩ съезда Коммунистической партии Советского Союза в феврале 1956‑го. Этот съезд был исходным пунктом фундаментальной перемены социалистического общества в Советском Союзе. Под руководством Хрущёва решающая часть выродившихся мелкобуржуазных бюрократов в партийном, государственном и хозяйственном аппарате завладела политической властью, чтобы заменить диктатуру пролетариата антинародной диктатурой буржуазии нового типа. С этой целью Хрущёв поносил товарища Сталина, который скончался в 1953‑м, в своём пресловутом тайном обращении к ⅩⅩ съезду. Под предлогом борьбы против «культа личности» он назвал его «преступником с манией величия» [6].

«Полное и огульное отрицание Хрущёвым И. В. Сталина на ⅩⅩ съезде КПСС есть, по существу, отрицание диктатуры пролетариата, отрицание основных положений марксизма-ленинизма, которые защитил и развил И. В. Сталин. Именно в своём отчётном докладе на этом съезде Хрущёв начал отходить от марксизма-ленинизма по целому ряду принципиальных вопросов» [7].

ⅩⅩ съезд ревизовал марксизм-ленинизм в принципиальных вопросах, таких как война и мир или путь к социализму. Очень скоро китайское партийное руководство и, в частности, Мао Цзэдун начали критиковать эти фундаментально ложные позиции. Уже в апреле 1956‑го Коммунистическая партия Китая опубликовала статью «Об историческом опыте диктатуры пролетариата», а в декабре 1956‑го — статью «Ещё раз об историческом опыте диктатуры пролетариата» с критикой ложных тезисов ⅩⅩ съезда. Эти статьи анализировали жизнь Сталина, подтверждали общее значение пути Октябрьской революции и подытоживали исторические уроки диктатуры пролетариата.

После ⅩⅩ съезда в международном коммунистическом движении развилась борьба двух линий между марксизмом-ленинизмом и современным ревизионизмом, которая в конце концов привела к расколу и распаду социалистического лагеря. В 1957 году на Московской конференции делегатов коммунистических и рабочих партий это были прежде всего Компартия Китая и АПТ, кто вёл принципиальную и успешную борьбу против ложной позиции хрущёвской группы. В апреле 1960‑го Компартия Китая опубликовала статью «Да здравствует ленинизм», энергично утвердив основные принципы марксистско-ленинской теории относительно империализма, войны и мира, пролетарской революции и диктатуры пролетариата. На конференциях в Бухаресте и Москве в 1960 году противоречия ещё более обострились.

Была развязана грязная кампания против КПК, и лидеры КПСС распространили идеологические разногласия на государственные отношения между двумя странами. На Бухарестской конференции АПТ энергично выступила против внезапной попытки осудить КПК. В октябре 1961‑го ⅩⅩⅡ съезд КПСС принял новую программу, которая была совершенно ревизионистской. К тому же, руководство КПСС начало открытую атаку на АПТ и даже добивалось свержения Э. Ходжа и Мехмета Шеху.

Несмотря на сильное давление и всемирную кампанию клеветы со стороны современных ревизионистов, Компартия Китая защитила революционные принципы в ряде дополнительных статей. Идейно-политическая борьба с ЦК КПСС достигла высшей точки в «Предложении о генеральной линии международного коммунистического движения», которое выдающимся образом применило и развило марксизм-ленинизм.

Как же это вдруг Ходжа теперь  «доказывает» предположительную нехватку принципиальности и колебания у КПК? В «Империализме и революции» он утверждает:

«В свете этих событий наша партия стала ещё глубже вникать в причины колебаний, наблюдавшихся в позициях китайского руководства по отношению к хрущёвскому ревизионизму, как это было в 1962 году, когда оно ратовало за примирение и объединение с советскими ревизионистами якобы во имя общего фронта против американского империализма, или в 1964 году, когда Чжоу Энь-лай, в продолжении своих усилий к примирению с советскими, съездил в Москву приветствовать приход к власти группы Брежнева. Эти колебания не были случайными, они свидетельствовали о непринципиальности и об отсутствии революционной последовательности» [8].

В своём так называемом «дневнике», «Размышлениях о Китае», он ссылается в основном на Лю Шаоци. Но Лю был предателем, который заигрывал с Хрущёвым и был осуждён за это. В то же время Ходжа в своём «дневнике» должен признать:

«Тем не менее мы не замечали какого-либо конкретного шага в этом направлении со стороны китайских товарищей» [9].

И, комментируя поездку Чжоу Эньлая в Москву, он пишет:

«Советские затребовали от Чжоу Энь-лая прекращения полемики, а он ничего не обещал» [10].

В этом контексте важно процитировать сообщение ЦК КПК к Ⅴ съезду АПТ в 1966 году. Это пример принципиальной позиции Центрального комитета и Мао Цзэдуна:

«Руководящая клика КПСС — верный последователь Хрущёва. Она воплощает в практику хрущёвский ревизионизм без Хрущёва и следует линии сотрудничества с американским империализмом, чтобы поддержать правление империализма и колониализма в капиталистическом мире и реставрировать капитализм в социалистическом мире…

В борьбе между марксизмом-ленинизмом и современным ревизионизмом не может быть промежуточной дороги. Следует проводить чёткую разделительную линию между марксистами-ленинцами и современными ревизионистами, возглавляемыми руководящей кликой КПСС, и разоблачать их подлинный облик предателей; с ними не может быть никаких „общих действий“.

Кто бы ни поверил в так называемые „общие действия“, он неминуемо присоединится к антикитайскому хору империалистов, современных ревизионистов и реакционеров разных стран, скатится в трясину противостояния социалистическому Китаю» [11].

Как хочет Ходжа объяснить противоречие между своими заявлениями на Ⅴ съезде АПТ и его многочисленными записями в так называемом дневнике, «Размышлениях о Китае», сделанными в то же самое время? Вот запись от 15 сентября 1964 г.:

«В ходе всей борьбы Коммунистической партии Китая против современных ревизионистов и в основном против хрущёвцев, наблюдались некоторые „странные“ колебания в её тактике. Эта тактика, по-моему, не может не иметь своего источника в явном отсутствии принципиальной ясности относительно борьбы, которую необходимо вести против современных ревизионистов» [12].

А вот другой пример:

«Китайские товарищи колеблются, боятся… В этой ситуации Китай идёт по центристскому пути, пребывает в нерешительности» [13].

Ходжа заявлял прямо противоположное на Ⅴ съезде в 1966‑м:

«Перед лицом величайшей измены хрущёвских ревизионистов поднялись со всей силой славная Коммунистическая партия Китая, Албанская партия труда (продолжительные аплодисменты и овации), другие марксистско-ленинские партии и все настоящие коммунисты-революционеры, которые сказали „стой!“ ревизионизму и повели против него ожесточённую, принципиальную и бескомпромиссную борьбу. (Аплодисменты)» [14].

А как тем более хочет он объяснить противоречие с речью товарища Хюсни Капо на праздновании 80‑летия Мао Цзэдуна?