«Кто помогал Гитлеру. Из воспоминаний советского посла»

А между тем названная легенда является классическим образцом буржуазной фальсификации истории, рассчитанным на короткую память и малое знакомство широких кругов с подлинными фактами международных отношений. Фальсификация была тут двоякая. Во-первых, грубо извращались самые события весны и лета 1939 года. Во-вторых, они брались изолированно, в отрыве от прошлого, из которого они выросли, а ведь такое изображение событий лишает возможности правильно их понять и оценить. И для того чтобы легче «продать», как говорят американцы, эту фальсификацию широкой публике, ее авторы обычно избегали подробного описания истории тройных переговоров, а предпочитали говорить о них «вообще», кратко, суммарно, без деталей, исходя при этом якобы из «общеизвестного», не требующего доказательств положения, что в крахе переговоров виноват Советский Союз.

На следующих страницах я расскажу подлинную правду о том, что действительно происходило в отношениях СССР с Англией, Францией и Германией весной и летом 1939 года. У меня есть особые преимущества для выполнения такой задачи. С одной стороны, как советский посол в Лондоне в те дни я был свидетелем и участником тройных переговоров 1939 года между СССР, Англией и Францией, с другой — как историк в послевоенный период я имел возможность изучить всю ту литературу (документы, мемуары, монографии и т. д.) о кануне второй мировой войны, которая была опубликована после ее окончания.

Однако для того чтобы правда, которую я расскажу, была настоящей правдой, я должен начать свое изложение не с 1939 года, а со значительно более ранней даты. Эта дата, естественно, определяется той гранью, которая является водоразделом в эпохе между двумя войнами, — приходом гитлеризма к власти в Германии.

Такая дата начала рассказа очень удобна и лично для меня. Своему повествованию я решил придать форму воспоминаний, ибо такая форма легче донесет до читателя атмосферу и события тех уже сравнительно отдаленных лет. Я же прибыл в Лондон в качестве посла СССР осенью 1932 года, то есть всего за три месяца до нацистского переворота в Берлине.

Таким образом, как общеполитический, так и личный моменты делают особенно удобным начать мое повествование с первых впечатлений, полученных мной сразу же по приезде в Англию.