«Полевик»

Пока я ополаскивал руки и голову ледяной водой из рукомойника, тетка быстро разобрала рюкзак. Бабушка прижимала к груди каждый кулек со словами «ох, да мне ж это нельзя, чего тащил?». Колбасу, консервы, сладости и коньяк быстро раскидали по шкафам и тумбочкам. На столе задымилась своя картошка, появились свежие овощи и твердый кусок соленого сала с мясными прожилками. Городские продукты не тронули, оставили до нужных времен. Кроме коньяка, конечно.

Бабушка много смеялась и отталкивала высохшей рукой горлышко бутылки, едва пара капель падала на дно ее маленькой рюмочки. Я не настаивал, но тетя Марина сказала, что ей уже можно. Бабушка выглядела счастливой.

— Бабуш, я тут на днях вспоминал… Помнишь, ты нам с ребятами историю одну рассказывала. Про лешего?

— Нет. Что еще за леший? — удивилась она.

— Ну, который в лесу жил. Или в поле, не помню. Жуткая сказка была. Мы потом на печке до утра от него прятались.

— Зачем же на печке?

— Да не в этом суть. Историю расскажи. Я вспоминал на днях, так ничего в голову и не пришло. Ты говорила, он у тебя коней увел.

— А! — Бабушка взмахнула руками. — Полевик! Это ж не леший. Полевик увел, да. Он такой.

— Вот про него и расскажи.

— Он в поле живет. Поэтому — полевик. А в лесу — лесовик.

— Понятно. Так что с ним случилось-то, с полевиком?

— А в доме… — Бабушка должна была договорить свою мысль. — В доме домовик живет.

Я сбавил напор. История уже началась, а я, как и положено городскому жителю, не услышал тонкую мелодию деревенской присказки.

Бабушка в молодости работала на конюшне. Это единственное, что я помнил из той байки. Я умолк и обратился в слух.

— С домовиком надо дружить. — Бабушка уловила мое смирение и тихо улыбнулась. — Если в доме порядок, то домовик доволен. Он и сам начинает помогать, добро в дом притягивает, хозяйство держит. А если бардак — не прибрано, ругаются, — то рассердится. Мешать будет, безобразничать. Вещи прятать, ключи или инструменты. Только хуже жизнь станет.