«Господин судья»

Двое остальных Тейлор и Якоб владели западными землями. Им война не выгодна. Пока я размышляла машина добралась до дворца. Здесь всегда спокойно. Прислуга только тщательно проверенная. Кроме дворецкого ещё несколько горничных, кухарка и пара слуг во дворе. Большая часть дворца стоит закрытой. В моём положении иного выхода нет. Заводить обширные знакомства и устраивать праздники я не могу и не хочу.

Дворецкий поклонился мне и сказал:

— Вам письмо.

Я быстро пробежала по строчкам. Как я и думала, совет герцогов собирал Арман, как самый старший из нас.

— Распоряжения будут?

— Приготовьте отвар. В заседание опять притащили артефакт подчинения.

Клаус улыбнулся уголком губ. Он знает о моей непереносимости этой гадости. Первый раз меня буквально вывернуло, когда эта радость появилась рядом.

— Ко мне придёт гость. Пустишь в кабинет.

— Обед на столе.

Большая столовая давно закрыта. Я перебралась в маленькую, отделанную ореховым деревом. Она уютная и тихая. Горничные суетились, расставляя блюда, а у меня есть время, чтобы привести себя в порядок и отдохнуть от суеты. Я скинула надоевший сюртук и узкие туфли. Как же я уставала от необходимости соответствовать положению. Хотелось бросить всё и убежать на речку, болтать ногами в воде и смотреть на птиц. Я жутко уставала от обилия бумаг, жалоб и пустой болтовни, необходимости держать лицо и общаться с элитой нашего мира. Слуги знали, что дома, когда нет гостей и посетителей со мной можно общаться спокойно и почти на равных. До определённой степени. Вбитый этикет и необходимости себя муштровать давали о себе знать, я привыкла и к мужскому имени и обращению. Панибратство стало меня бесить.

Камердинер открыл двери и поклонился.

— Что произошло у нас?

— Пока всё отлично. Александр разбил вазу в гостиной.

Александр официально мой воспитанник, а по факту сын, которого мне пришлось родить, чтобы иметь возможность кому-то оставить титул и состояние. Мальчик был очень активным и живым. Ваза не первая и, наверняка, не последняя.

— Гувернёр сказал, что он определённо одарённый мальчик. Только не умеет сидеть на одном месте.

— Ему всего четыре года. В таком возрасте сложно долго сидеть на одном месте.

Камердинер подал мне домашнюю одежду.

— Решили бы вы свою проблему. Маги это сделают за месяц. Станете мужчиной. Никто больше не скажет ничего дурного. Да и вы бояться перестанете, а то чего доброго женить вас надумают.

Я вздохнула.

— Ты же знаешь, что с моей непереносимостью это подобно смерти.

— Знаю, но не кончилось бы это плохо. Тут рядом стал какой-то мужик крутиться. Он пытался завести роман с одной из наших горничных и попасть в дом.

Камердинер вздохнул. Мы оба знаем, что непереносимость к определённой магии в этом случае станет фатальным. При перемене пола с возможностью иметь детей используют ментальную магию, а я от неё сойду с ума от головной боли.

В столовой уже был Александр. Мальчик сидел за столом и махал ногой. Я хмурюсь. Мне не хочется обижать мальчика, но он всего лишь воспитанник и должен соблюдать определённые правила. Александр должен встать и подойти ко мне. Он сообразил, что нарушает правила и быстро исправляет ошибку.

— Вы… — начинает гувернёр, но натыкается на мой сердитый взгляд.

— Это и ваша ошибка, — одёргиваю я его. — Если вы не можете научить ребёнка этикету, то не стоите этих денег.

Гувернёр вздыхает.

— Не переживайте, — сказала я примирительно. — Он ещё мал. Вы многого добились от него за этот год.

Я сажусь за стол, следом гувернёр и Александр. Он старательно следит за мной и строгим учителем, копируя наши действия.

— Как прошёл ваш день, Александр?

— Хорошо, Ваша Светлость.

— Я предлагаю научить его верховой езде, — сказал Сальдор.

В этом мире давно лошадей выжили машины на магии, но аристократы по-прежнему держат конюшни с лошадьми. На балы не принято ездить в машине, только в фаэтоне. У меня большая конюшня за городом и конезавод, который приносит солидный доход. Александр обожал лошадей.

— Я не против, — сказала я.

Мальчик улыбнулся, а я продолжила:

— Если вы будете слушать гувернёра и не станете шалить.

— Буду слушать, — сказал мальчик.

Он смотрел на меня большими светло-карими глазами. Его отцом был наследник престола принц Максимилиан. Я вспомнила, как разыграла этот спектакль, и едва не рассмеялась. Перед принцем я предстала в виде красотки из Курии. У них есть такая глупость, как удаление груди. Там считается, что плоская фигура — это верх красоты. Перед рождением сына я уехала в своё герцогство под предлогом пошатнувшегося здоровья и необходимости его поправить.

После ужина я зашла в кабинет, где меня уже ждал приметный мужик, за голову которого духовники Алудиании отвалят солидный куш. Он сидел в кресле, положив ноги на стол. Я скинула его грязные сапожищи.

— Ты не в духе? — спросил он.

Мне оставалось только надеяться, что этот ублюдок не знает, что я женщина.

— Барон притащил артефакт подчинения в суд. Как ты думаешь, в духе я или нет?

Он только пожал плечами.

— Мне этого не понять. Я не маг и не обладаю чувствительностью к разной ерунде.

Я едва не рассмеялась.

— Что ты хотел?

— Мне нужна информация, кто в мире мутит воду.

Собеседник, напоминавший ассасина моего прежнего мира, усмехнулся и скинул капюшон. Он долго смотрел на меня, пытаясь хоть что-то увидеть на моём лице.

— А с чего ты взял, что кто-то мутит воду? Может, людям самим хочется воевать?

— Может, но я не верю в совпадения. За десятилетие намечается вторая война, от которой нет никому пользы. Мы потеряем возможность добывать ценности в горах, Курия — деньги. Маги у нас сильнее, но от войны никому нет выгоды.

— Может, духовники.

— Если вам нравится болтать ерунду, то не держу.

— Не кипятись, герцог. Всё указывает на духовников, но только ниточки ведут к вам. Это кто-то наверху у вас задумал интригу. Что-то подсказывает мне, что до войны не доведут. Император слаб и стар, а его наследник слишком амбициозен.

— Ты думаешь, что это Максимилиан?

Мой собеседник усмехнулся.

— Не знаю, но ему единственному выгодны последние события. После войны с духовниками Сания сюда не сунется. В Солмонто нет денег на операцию. Они только поскандалят, если принцу придёт в голову подмять под себя горы, а если Курии дадут по шее, то они молча проглотят изгнание из Благодатных гор.

— А если нет?

— Тогда виноватым в этом будет старый император. Наследник при всех раскладах остаётся в выгоде.

— Я тебя понял, но без доказательств — это пустые разговоры.

— Кто такими доказательствами раскидывается. Но вот тебе информация. Рядом с наследницей Курии появилась виконтесса Анна.

— Я тебя понял. Если что-то найдётся, приноси.

Я вытащил деньги и отдал осведомителю. Работать бесплатно он не станет. Когда этот умник ушёл через окно, я заметила, что он унёс бутылку вина. Никогда просто так не уйдёт, обязательно что-нибудь стащит. Прошлый раз спёр писалку, сейчас вино. Я села в кресло и задумалась. Прежний герцог курил, но я не рисковала своим здоровьем. Хоть тут и полно магии, но не понятно, сколько я тут проживу. Арману в этом году будет шестьсот лет. Я в такие подарки судьбы не верю.

Я задумалась. Виконтесса Анна. Всё указывало на Максимилиана. Эта дама была старой подругой наследника и отвратительной особой. Она активно пользовалась влиянием на него и уходила от наказания за свои проделки. Сколько раз я говорила императору, чтобы он повлиял на наследника и убрал из столицы эту шлюху. Она в самом деле пропала пару лет назад, но вот я даже представить себе не могла, что она окажется замешанной в политических интригах. Но она мне всегда казалась хваткой, но недалёкой. Если только в глупость она не играла.

Я встала с кресла и посмотрела на темнеющее небо. Приход к власти Максимилиана ничего хорошего мне не принесёт. Наследник никогда не скрывал, что хочет подмять под себя всю власть и иметь возможность приказывать в империи всем и герцогам в первую очередь. Это никого не обрадует, но вот какое положение они займут в совете, я не знаю. Мне война не нужна. Моё герцогство расположено как раз рядом с границей. Это мои люди занимаются вывозом ценностей из Благодатных гор. Если в Нетрелбали будут стоять войска, то это уже будет не торговля. Да и не хотелось мне, чтобы в городе, который я считала своим, стояли гвардейцы императора. Лишнее внимание мне ни к чему.

Я долго думала, но там ни к чему и не пришла. Всё упиралось в то, что скажут завтра остальные герцоги. Если хотя бы половина их поддержит Максимилиана, если это он пытается таким изощрённым способом взойти на трон, то мне останется только согласиться с остальными. Устраивать тут Фронду и быть принцем Конде мне не хотелось.

Днём меня ждал совет герцогов, а перед этим нужно было посетить правителя. Официально с отчётом. Вот только уехать сразу я не смогла. Кто-то испортил мои машины. Пришлось вызывать ремонт, потом разбираться с местным аналогом полиции — городской гвардией. Это затянулось на долгие два часа. Меня нашёл герцог Якоб. Он приехал ко мне на своей машине.

— Что у вас случилось? — спросил он.

Я вздохнула.

— Мне кто-то испортил все машины. Я должен был поехать к императору с докладом и не могу двинуться с места уже два часа.

Якоб посмотрел на раскуроченный транспорт и усмехнулся.