«Хроники тридцатилетней войны»

— Современная наука установила, — начал стебаться Алекс, — что так называемые капризы (мужчин или женщин, неважно) обусловлены тем, что в человеке уживаются две или даже более личности. И я с учеными согласен, потому что ощущаю в себе другого мужчину, во многом от меня отличающегося. Мы с ним все время боремся, и перевес оказывается то у меня, то у него. Сегодня доминирую я и потому наше тело склонилось в сторону Беатриче. Но тип, который во мне сидит, воспылал чувствами к Вам, Лаура, и потому у Вас есть шанс оказаться в постели с принцем. Пока же давайте расстанемся до утра, которое мудренее вечера.

Глава сорок восьмая. Заключительная

За завтраком обе девы поглядывали на принца с затаенным любопытством, а он сидел с совершенно непроницаемым выражением лица. А после него объявил:

— Итак, Беатриче и Лаура, мое войско отправляется сегодня в поход к Турину. Предлагаю вам остаться в этом гостеприимном здании и жить в свое удовольствие под опекой моих слуг.

— Ни за что! — воскликнули враз обе синьориты и уставились с изумлением друг на друга. Далее стала говорить Лаура, а Беатриче ей лишь поддакивала.

— Мы можем чувствовать себя в безопасности лишь рядом с Вами, принц. А здесь будем изводить себя мыслями о Вашей гибели или ранении. К тому же нет гарантии, что сюда не явится кто-то влиятельный из Милана, чтобы упечь нас обратно в монастырь.

— Уговорили, — кивнул Кристиан. — Надеюсь, собирать вам с собой нечего?

— Нечего, потому что почти ничего еще не купили, — возразила снова Лаура. — Но мы управимся быстро, дайте нам только денег, Ваше сиятельство.

— Ладно, идите. Все равно обоз выйдет из города не раньше обеда.

И вот проверенное в боях войско Богемии вновь движется под руководством фельмаршала Кристиана фон Анхальта по дорогам Италии — не ведая, что в Австрии некий граф Вальдштейн начал собирать большое войско наемников для ударов по Баварии и Богемии. Тридцатилетняя война в Европе вновь начинает разгораться.

Примечания

Во избежание обвинений в плагиате сообщаю, что за основу текста пьесы взят перевод Т.Л. Щепкиной-Куперник (1959 г). Все изменения, вставки и купюры мои.