• Читалка
  • приложение для iOs
Download on the App Store

Научная фантастика

Фантастика



Миры Филипа Фармера. Том 05. Мир одного дня: Бунтарь, Распад

Филип Хосе Фармер


883

Включенные в пятый том собрания сочинений Ф. X Фармера романы «Мир одного дня: бунтарь» и «Мир одного дня: распад» завершают одноименную трилогию, повествующую о борьбе прирожденного бунтаря Джеффа Кэрда против бесчеловечного режима тотальной слежки.

Миры Филипа Фармера. Том 04. Больше чем огонь. Мир одного дня

Филип Хосе Фармер


794

Романом «Больше чем огонь» завершается сериал «Многоярусный мир». В решающей схватке сталкиваются землянин Кикаха и властитель Рыжий Орк, и от исхода этой схватки зависит судьба вселенной. Роман «Мир одного дня» открывает одноименную трилогию, ставшую вершиной...

Два молодых человека

Станислав Лем


1039

Неожиданная для Лема бессюжетная зарисовка, лирическая и проникновенная. Два человека находятся в противоположных полюсах, одинаково для них притягательных: на Земле и в космосе. Когда-нибудь они, возможно, встретятся…

Конец света в восемь часов (американская сказка)

Станислав Лем


870

Американский профессор физики с благородной целью прекратить все войны создает идеальное оружие — вещество способное при нагревании разделять материю на вещество и антивещество, при взаимодействии которых материя превращается в энергию, что в свою очередь приведет...

Кумби. Странник и время

Геннадий Самойлович Гор


773

В научно-фантастическом жанре писатель начал работать недавно. В 1961 году в журнале «Звезда» была опубликована фантастическая повесть «Докучливый собеседник», а в 1962 году — повесть «Странник и Время». В данный сборник вошли научно-фантастические повести: «Кумби» и...

Скиталец Ларвеф. Повести

Геннадий Самойлович Гор


810

В данный сборник входят две фантастические повести Геннадия Гора: «Скиталец Ларвеф» и «Электронный Мельмот».

Чайник

Геннадий Самойлович Гор


615

Петру Ивановичу так много хотелось сказать жене, но она не замечала его, словно шкаф, или стол. Петру Ивановичу стало жаль себя, словно он умер, хотя он просто находился на подоконнике пассивным предметом.