«Избранник»

Наталья Точильникова

Избранник

— Радуйся, о Лиэн Мэй, ибо ты избран вместилищем духа!

Трое воинов низко поклонились, двое шагнули ко мне.

— Нет! Пощадите! Я только сдал экзамен!

Руки заломили назад и скрутили веревкой. Выдернули из-за пояса меч. Дверь отъехала в сторону, и перед моим носом вырос дородный человек в малиновой шапочке и малиновой мантии ученого. Глаза внимательны и хитры, подбородок украшен маленькой бородкой. Пухлые руки. Мантия расшита белыми журавлями.

Человек опустился на колени и трижды коснулся лбом пола.

— Меня зовут Сым Тай-ши, о шэньди. Божественный император Гуа-ди[1] страны Вэ назначил меня Распорядителем Смерти. Я буду сопровождать тебя в Небесный Павильон.

«Шэньди»![2] Титул приговоренного. Да, что! Меня предупреждали. «Император при смерти, Мэй. Отложи экзамен». «Бросьте! Я же в списке. Разве можно пренебрегать такой милостью?»

Сходил к гадателю. Он долго смотрел на меня из-под нависших бровей. «Лучше бы отложить…» «А, если не откладывать?» «Ну, ладно, тяни». Я наугад вытянул из коробки длинную полоску бумаги с надписью: «Смерть и жизнь — это неизбежная судьба». Поднял взгляд на гадателя. Он отвел глаза. «Ты понял».

Я сдал экзамен. Маленькая каморка. Только стол, скамья, бумага, тушечница да кисточка для письма. Духота, и, извините, вонь к исходу третьих суток. Да шаги и окрики надсмотрщика, прохаживающегося между рядами каморок таких же несчастных. Экзамен сдавали человек триста одновременно. А за передачу шпаргалки можно и в тюрьму угодить.

Но я его сдал. Мое стихотворение из шестидесяти слов было признано лучшим. Как я радовался тогда, болван! Уже видел себя чиновником высокого ранга, а то и губернатором провинции, как отец. Как бы ни так!

Не прошло и суток, как меня выпустили из вонючей камеры экзаменующегося, и ко мне заявились эти. Императорская охрана!

Меня вывели из дома и усадили в паланкин. Связали ноги. Не очень туго (как можно причинять боль шэньди!), но достаточно. Руки связали спереди и наглухо задернули красные шелковые занавески.

Паланкин мягко покачивался. Полуденное солнце било сквозь занавески, все окрашивая в цвета заката и осени. И крови. «Так по рекам осенним красные листья плывут…» Шелк слегка колебался от ветра и оживали вышитые драконы, извиваясь и изрыгая пламя.