«В сумрачном шкафу»

Анатолий Герасименко

В сумрачном шкафу

— Я здесь по ошибке, — сказал Франко.

— Сначала все так говорят, — махнул рукой скелет в галстуке. Галстук, лиловый, сильно вылинявший, свободно свисал с шейных позвонков скелета. — Но потом остаются.

— А я не останусь! — возмутился Франко. — Я ещё молодой, полжизни впереди. Что же мне — полжизни в шкафу сидеть?

— Ну, тогда иди, — ехидно предложил второй скелет. На его черепе красовалась шляпа, украшенная пёрышком. И шляпа, и пёрышко видали лучшие годы. — Дверь открой и выйди. Слабо?

Франко прислушался. Из-за двери шкафа были слышны голоса. Женский, чистый и звучный, принадлежал Беатриче, приятельнице Франко. Второй голос был низким и хриплым. Мужским.

— Я ведь даже не её любовник, — пробормотал Франко. — Мне вообще бояться нечего.

— О да, — дробно засмеялся скелет в шляпе, — совершенно нечего. Давай, выскочи из шкафа и скажи этому Луиджи, что Беатриче пригласила тебя попить кофе и установить как его… ну…

— «Фотошоп», — буркнул Франко. — На ноутбук.

— А ты, — веселился второй скелет, — ты, олух Царя небесного, битый час возился, устанавливал, потом выпил чашку кофе и собрался, лопух, домой! Кто поверит?

— Я бы поверил, — пожал костлявыми плечами скелет в галстуке.

— Да ты бы и не в такое поверил, Джузеппе, — парировал скелет в шляпе. — Ты ж поэт, пустая твоя черепушка.

— У тебя, Вито, можно подумать, не пустая, — обиделся Джузеппе.

— Ладно, — примирительно сказал Вито, — не будем ссориться. Лучше послушаем, как там дела.

Дела шли не лучшим образом. Женский голос поднялся до крика, мужской отвечал грубым рычанием. Слов было не разобрать: ругались на кухне. Что-то грохнуло и рассыпалось.

— О, началось, — заметил Вито. — Посуду бьют.