А она, хоть и оставалась мёртвой, чувствовала все его ласки… и отвечала на его взгляды, пусть и не была в силах приоткрыть отяжелевшие веки. И улыбалась ему, не шевеля губами.
И любила его, пусть и не билось её сердце, а кровь уж не текла в жилах…
Бессильная и неподвижная, не в состоянии спуститься со своего каменного ложа, она осторожно взяла его за руки и увела за собой в удивительную страну, овеянную дрёмой, но не спящую… В серебряные от лунного света сады, в аллеи, где поёт тишина и молчанье…
К глубинам забвения, по которому прокатывались не прозрачные волны, а только отражённая чистота лазури…
К небу, со всеми его восходами и закатами, — к небу, во сто крат большему и во сто крат более живописному, чем земное небо…
Туда, где все те, кто «вернулись домой», не покидая своих тесных домишек под слоем земли, собираются вместе и тихо празднуют…
Они сидят на прозрачном берегу или блуждают среди цветов, которые исчезли с лица земли и зацвели уже там памятью своих прежних форм — под сводами радуг, в дуновениях тайн, в мечтах, что не сбылись на земле и исчезли, но будут исполнены по ту сторону…
И он отправился за ней — за своим счастьем, тихим и единственным, — в неизвестный мир, во сто раз более просторный, чем сама Земля, поскольку мёртвых много больше, чем живых, — в мир вечной зари и лун, и тёмных прохладных рощ, и лебединых прибежищ…
Вот там-то он и познал великую любовь, — не ту, какой живые любят друг друга, не ту, какой живые любят мёртвых и наоборот, — но ту, вечную и единую, не ведающую смерти любовь, — которая всё пронзает и всё охватывает, которая скрепляет: и прошлое и будущее, для которой нет никакой разницы, и которую не в силах остудить ни время, ни пространство, — любовь, с которой всё началось и всё закончится.
Перевод — Мирослав Малиновский
Комментарии к книге «Триумф Смерти», Богуслав Адамович
Всего 0 комментариев