«Сахар на дне»

Маргарита Булавинцева

Сахар на дне

Сегодня у Наташки был день рожденья. По этой причине и стоял на кухонном столе огромный торт-безе, как веснушками, усыпанный сверху шоколадной крошкой. Только гостей почему-то не было… Что ж… Вздохнув, Наталья отрезала большой кусок торта и положила его на блюдце. Ой, а что это так подозрительно громко звякнуло? Из отрезанного куска вдруг выкатилось непонятно как туда попавшее колечко! Да-да, золотое колечко, такое прям ладненькое, блестящее… Наташа повертела его перед глазами – надо же, и размерчик, кажется, её. Она тут же надела его на безымянный палец. Но – Боже, что это?! Кольцо вдруг стало медленно сжиматься, так что палец посинел, а острая боль заставила девушку… проснуться.

«Блин, надо же такой фигне присниться!» – с досадой подумала молодая женщина, потирая затёкшую от неудобного положения ладонь, и протянула руку за стоящим на прикроватной тумбочке будильником. И в ту же секунду вспомнила, что с сегодняшнего дня она в отпуске, а поэтому может спать, сколько угодно, и никакие будильники ей не нужны! А вслед за этим она так же вспомнила, что завтра утром она уезжает по путёвке на заводскую турбазу! И целых двенадцать дней – солнце, воздух и вода! Только бы с погодой повезло!

Вообще-то ехать она должна была вдвоём с подругой, которая и работала на этом заводе. А так как у той имелись определённые связи в профкоме, то ей и удалось достать путёвку на турбазу для своей подруги, не заводской Натальи. И вот теперь Наталья Петровна, воспитательница муниципального детского сада, как белый человек, получит возможность за символическую плату поправить своё здоровье на лоне природы в относительно цивилизованных условиях.

Времени на сборы у Наташи было очень мало, главное, нужно было купить новый купальник, обязательно сплошной. И, конечно же, новую панамку. Так что валяться в постели слишком долго было нельзя. Короче, день пролетел в различных хлопотах, приятных и не очень. А вечером позвонила та самая подруга, Лариса, которая и организовала путёвки, и «обрадовала» Наталью, заявив, что приедет на турбазу на день позже. Видите ли, ей предложили билет на концерт Валерия Леонтьева, который состоится в день заезда на турбазу. Ничего страшного, Наташа не маленькая, одну ночь переночует и без подруги.

Заезд на заводскую турбазу «Энергетик» прошёл, как говорится, в штатном режиме. Наташе очень понравился домик, в котором им с Лариской предстояло жить почти две недели – двухэтажный, кирпичный, с просторными лоджиями, стоящий в глубине турбазы и недалеко от речки. Их комната была на втором этаже, и подниматься на этаж нужно было по винтовой металлической лестнице – фантастика! И ещё что немаловажно – уличный туалет находился на приличном расстоянии от домика, так что определённые ароматы до их домика практически не долетали.

Наташа, как только очутилась в своей комнате, сразу же надела купальник, схватила подстилку и прямиком двинула на речку. Раскладывать вещи и наводить порядок и уют можно будет и вечером. А сейчас вперёд – на свидание с природой!

О, что за чудная речушка, поросшая по берегам рогозом и плавающими там и сям жёлтыми кувшинками! А какой милый и уютный пляж, с песчаным бережком, с разноцветными грибками-навесами и скамеечками! Наталью умиляло и восхищало практически всё, что она видела вокруг. Эйфория первых дней отпуска!

Отдыхающих на берегу было ещё очень мало, и это было здорово! Наташа очень стеснялась так вот прилюдно раздеться до купальника, ей всё казалось, что несовершенства её фигуры вызовут у окружающих усмешку. Комплексы толстушки! Хотя она на самом деле была обладательницей вполне стандартной женской фигуры. Но Клаудия Шиффер, Синди Кроуфорд – что же вы наделали с самооценками тысяч и тысяч простых русских девушек!

Короче, оглянувшись по сторонам, Наташка скинула ситцевый халатик и поспешила улечься на пёстрый коврик, который она расстелила на травке-муравке, и, так сказать, слиться с окружающей местностью. Но тут же, ойкнув, вскочила – что-то твёрдое и, как показалось ей, острое попало ей под спину. Ну, так и есть, откинув подстилку, Наташа достала лежащую в густой траве палку, которую она сразу и не заметила. Или не палку? Кусок какой-то металлической арматуры. Предмет был очень похож на детскую игрушку калейдоскоп, только почему-то не привычно яркий и разноцветный, а «тускло блеснувший воронёной сталью». Повертев в руках странную находку, девушка пожала плечами и отшвырнула её в сторону. А затем решила всё – таки сначала окунуться, прежде чем принимать солнечные ванны.

О, что это было за блаженство! Речная вода середины июля жаркого лета так нежно, так ласково омывающая уставшее городское тело, забитое шлаками и стрессами! Если и есть рай на Земле, то он находится именно тут! Наташка, как морской котик, барахталась на мелководье, не в силах покинуть этот восхитительный уголок Вселенной минут сорок….

За это время народ заметно подтянулся на пляж, стала слышна музыка из радиоприёмника, детский смех и даже лай какой-то маленькой собачки. Собрав всю свою волю в кулак, Наташка выбралась на берег и поковыляла к своей подстилке, преобразившись сразу из игривой рыбки в какое-то неуклюжее существо. Попутно с неудовольствием отметив расположившееся неподалёку большое семейство с двумя мальчишками детсадовского возраста. Ей, пять лет работавшей воспитательницей, на отдыхе хотелось бы другого окружения. Но нужно было всё-таки обсохнуть, прежде чем возвращаться на турбазу, поэтому, вздохнув, Наталья улеглась животом вниз на свой коврик. Голову она прикрыла роскошной новой панамкой, всю в жизнерадостных подсолнухах. Хорошо-то как…. Даже глаза зажмурила от удовольствия.

А приоткрыв их на мгновение, случайно вдруг заметила, что из отброшенной под небольшой кустик трубочки-калейдоскопа струится лучик света, подобный тому, какой бывает из диапроектора во время показа диафильмов. В садике Наталья Петровна часто во время досуга развлекала детишек показом таких фильмов. Интересно-интересно, что бы это могло быть?

Забыв о своём стеснении, не замечая ничьих любопытных взглядов, она встала, наклонилась и полезла под прибрежный кустик за поблёскивающей трубочкой. И впрямь из отверстия на одном конце выходил не яркий, но, тем не менее, хорошо заметный свет. Наташа осторожно приблизила эту странную трубку к лицу и заглянула одним глазом в окуляр. Ей показалось, что она смотрит какой-то фильм о природе, заглядывая… в замочную скважину. Взгляду предстала вполне пасторальная картина: луг, река, лес на заднем плане… и паренёк в серой холщёвой рубахе, ведущий двух лошадей на водопой. Причём шёл он прямиком на Наталью. Она даже инстинктивно отступила в сторону, глупость, конечно. Наташа опустила трубку, проморгалась и опять прильнула к окуляру.

– А что тётя там увидела? – перед ней стоял один из мальчишек-братьев из расположившейся неподалёку компании.

–Да ничего, беги к маме,– Наташа бросила эту странную игрушку в пляжную сумку, быстро накинула на себя халатик и поспешила на турбазу. Пожалуй, солнца ей на первый раз достаточно.

«А недешёвая, похоже, эта игрушка, – подумала про находку девушка. – Может, на радиоузел её отнести, пусть сообщат о ней, глядишь, и хозяин отыщется». А так как до обеда ещё оставалось время, Наталья решила прогуляться по турбазе, обследовать территорию, выяснить, где что находится.

KIM печально смотрел на то, как его сосед по жилотсеку и, по счастливому стечению обстоятельств – друг – в который раз просматривает его органайзер. Визуализатора в нём не было. TES уныло покачал головой: «Несомненно, ты умудрился выронить его на берегу реки, в которой нас приспичило искупаться.» Вслух не было произнесено ни звука, общение шло на уровне телепатических посылов. Производить мыслительные импульсы было намного проще, быстрее, и требовало затраты гораздо меньших усилий. Разговаривали вслух только с детьми до трёх лет, потом и тех подключали к телепатору. Так что общение можно было осуществлять с любым человеком, невзирая на его местонахождение, мысленно назвав его идентификатор, ну, то есть, имя и номер. Например, KIM – 5065014. Что значило, что хотели общаться с неким Каймом, рождённым 5 июня 5014 года. Или вот, к примеру, Кайм хотел поинтересоваться, что нового у его приятеля Тиса. Тогда он просто мысленно произносил его имя и дату его рождения. В шестом тысячелетии всё было намного проще и … сложнее одновременно.

Кайм и Тис, друзья-студенты факультета исторической реконструкции, были очень расстроены и озабочены проблемой утери выданного им визуализатора, устройства, с помощью которого осуществлялся мониторинг местности того временного периода, который предстояло исследовать. Прежде всего, необходимо было соблюдать технику безопасности и не подвергать свою жизнь ненужному риску. Поэтому настроив аппарат должным образом, можно было прозондировать, какова ситуация в том месте того временного периода, куда предстояла командировка. И, естественно, позволялось выбрать наиболее благоприятные условия, то есть с минимумом катаклизмов.

И как все молодые люди, Кайм и Тис старались по возможности совмещать полезное с приятным. Вот и в тот раз, уточнив, каким образом велись во втором тысячелетии сельхозработы, какая использовалась техника, сделав все необходимые анализы почвы, воздуха и воды, ребята захотели искупаться в речке, протекавшей по очень живописному лугу. Захотелось, видишь ли, почувствовать себя дикарями! Тем более что на берегу не было никаких аборигенов, да и погода была расчудесная! Как ни крути, а климат во втором тысячелетии был намного лучше…. Вот и чуть не пропустили сигнал отправки, второпях и обронили этот визуализатор. Теперь вот кумекай, докладывать о потере куратору или самим как-нибудь изловчиться и выцепить его обратно.