«Привратник»

Аллегра Геллер

Привратник

– Видишь его сумку? Думаю, он программист, летит на симпозиум в Стамбул…

Прибавляю звук – тяжелый бит перекрывает голос самозваного детектива.

Не люблю вглядываться в чужие жизни. Я из тех, кто влюблен в аэропорты, потому что они дают право на одиночество. Здесь только призраки людей, через мгновение исчезающие из пространства и памяти, и призраки городов вдалеке за толстым стеклом.

Аэропорт – это задержка дыхания перед вдохом.

Я окажусь в гостинице города назначения ближе к шести утра – времени хватит только на то, чтобы принять душ и позавтракать. Потом будут непредсказуемо долгие переговоры, но, благодаря неделе работы моей команды, у меня есть пара тузов в рукаве.

Итак, четыре часа до рейса и международный аэропорт Хамад в моем полном распоряжении.

Отворачиваюсь от стекла, за которым дышит синяя темнота. Мне бы пригодился кофе. Закидываю сумку на плечо, оглядываюсь в поисках тайных символов – и с легкостью нахожу размеченный путь к «Старбаксу». Кофе у них неплохой, но не понимаю, зачем в «Старбаксе» спрашивают мое имя – особенно сейчас, когда кроме меня посетителей нет. Называю чужое – мое все равно слишком сложно выговорить иностранцу.

Бариста с темными кудрями будто с обложки глянцевого журнала. Он облокачивается на стойку и ждет, когда я возьму стаканчик из его рук. Парню явно скучно, он дружелюбно улыбается и готов потрепаться. Улыбаюсь в ответ, но наушники не снимаю – бариста считывает намек, пожимает плечами и возвращается к своему телефону. С кофе и парой круассанов в сумке выхожу из кафе к стеклам, за которыми – летное поле.

Из-под пластиковой крышки сочится запах пережженных зерен. Я жду – кофе еще слишком горячий, чтобы пить. За окном систематизированная суета: маленькая желтая машинка тащит десятку загруженных чемоданами тележек, человечки в оранжевых жилетах начинают укладывать багаж в радушно открытый люк. Доха не видна в темноте – но я знаю, она следит за мной сквозь стекло. Мы до сих пор не встречались с ней, хотя я была в Хамаде около десяти раз. Я хорошо знаю аэропорт, но судить о городе по нему – все равно что о человеке по страховке.

Открываю крышку – запах становится интенсивнее – и делаю глоток через край. Кофе водянистый, но горячий и крепкий. То, что нужно для сегодняшней ночи.

Аллегра Геллер

Привратник

– Видишь его сумку? Думаю, он программист, летит на симпозиум в Стамбул…

Прибавляю звук – тяжелый бит перекрывает голос самозваного детектива.

Не люблю вглядываться в чужие жизни. Я из тех, кто влюблен в аэропорты, потому что они дают право на одиночество. Здесь только призраки людей, через мгновение исчезающие из пространства и памяти, и призраки городов вдалеке за толстым стеклом.

Аэропорт – это задержка дыхания перед вдохом.

Я окажусь в гостинице города назначения ближе к шести утра – времени хватит только на то, чтобы принять душ и позавтракать. Потом будут непредсказуемо долгие переговоры, но, благодаря неделе работы моей команды, у меня есть пара тузов в рукаве.

Итак, четыре часа до рейса и международный аэропорт Хамад в моем полном распоряжении.

Отворачиваюсь от стекла, за которым дышит синяя темнота. Мне бы пригодился кофе. Закидываю сумку на плечо, оглядываюсь в поисках тайных символов – и с легкостью нахожу размеченный путь к «Старбаксу». Кофе у них неплохой, но не понимаю, зачем в «Старбаксе» спрашивают мое имя – особенно сейчас, когда кроме меня посетителей нет. Называю чужое – мое все равно слишком сложно выговорить иностранцу.

Бариста с темными кудрями будто с обложки глянцевого журнала. Он облокачивается на стойку и ждет, когда я возьму стаканчик из его рук. Парню явно скучно, он дружелюбно улыбается и готов потрепаться. Улыбаюсь в ответ, но наушники не снимаю – бариста считывает намек, пожимает плечами и возвращается к своему телефону. С кофе и парой круассанов в сумке выхожу из кафе к стеклам, за которыми – летное поле.

Из-под пластиковой крышки сочится запах пережженных зерен. Я жду – кофе еще слишком горячий, чтобы пить. За окном систематизированная суета: маленькая желтая машинка тащит десятку загруженных чемоданами тележек, человечки в оранжевых жилетах начинают укладывать багаж в радушно открытый люк. Доха не видна в темноте – но я знаю, она следит за мной сквозь стекло. Мы до сих пор не встречались с ней, хотя я была в Хамаде около десяти раз. Я хорошо знаю аэропорт, но судить о городе по нему – все равно что о человеке по страховке.

Открываю крышку – запах становится интенсивнее – и делаю глоток через край. Кофе водянистый, но горячий и крепкий. То, что нужно для сегодняшней ночи.