«Лихой гимназист»

Снег бодро хрустел под ботинками, изо рта с каждым выдохом вырывалось облачко густого пара. Алексей торопился в общежитие. День сегодня выдался морозным; февраль, словно собрав последние силы, пытался остановить неминуемое наступление весны, но март уже был не за горами.

Алексей свернул с освещённой улицы, нырнул в подворотню и оказался в лабиринте дворов, где лишь одинокие лампы над дверьми подъездов разгоняли вечерний мрак, да тусклые пятна окон желтели во тьме хаотичной мозаикой.

Был девятый час, Алексей опаздывал. Парадный вход общежития закрывался в восемь, всех пришедших позже сторож отмечал на бумаге, и списки отдавал инспектору. За первое опоздание полагался выговор, следующие карались строже. Однако кроме парадного входа, имелся ещё и чёрный — через подсобку. Прислуга обычно так рано дверь не запирала, и сведущие гимназисты без проблем проникали внутрь, минуя сторожа. Истопник поворчит, бывало, но никому докладывать не станет — это не его обязанности. А дальше главное не попасться дежурному надзирателю, который мог бродить по коридору. Алексей тоже знал о таком способе попасть в общежитие и теперь торопливо шагал по утоптанной дорожке к чёрному входу, надеясь, что тот ещё открыт.

Сунув руки в карманы шинели, Алексей сжимал подмышкой увесистый том в потёртом коричневом переплёте. Это была очень старая книга — одно из первых изданий последней версии «Руководства…», вышедшей около полувека назад. Книгу эту одолжил двоюродный дядя, Тимофей Маркович, дабы Алексей развивал свой талант. И Алексей развивал его, выискивая в плотном учебном графике свободные минуты, чтобы постигать искусство владения магией тёмной стихии. Сегодня, в этот морозный воскресный день, он даже поехал за город, дабы в уединении попрактиковаться в заклинаниях. Данное обстоятельство и стало причиной досадной задержки.

Вот только все старания казались напрасными: у Алексея мало что получилось, прогресса не было. Последние несколько поколений в семействе Державиных рождались довольно слабые заклинатели, и Алексей не стал исключением. Мысль эта печалила его, он хотел быть сильнее, но магия не поддавалась его воле — даже те техники, которыми испокон веков владел род Державиных.

Алексей прошёл мимо арки с глухими железными воротами, ведущими во двор гимназии, и обогнул двухэтажную пристройку. Впереди замаячил тусклый фонарь чёрного входа.