«Хамелеон и Бабочка»

Грачева Татьяна

Хамелеон и бабочка

1.1. Открытка "Кофейня"

Бабочка перелетела с подоконника на край тарелки. Сложив крылья, притворилась частью рисунка на стене и успешно вписалась в лазурный орнамент гжельской росписи на плиточке. Максим наблюдал за ультрамариновой гостьей уже несколько минут, намеренно замедлился и старался не шуметь, чтобы её не спугнуть. Такую расцветку ему ещё не приходилось встречать: ярко-голубая, с тёмной каймой на трепещущих крылышках.

Украсив карамельным соусом хрустящую корочку вишнёвого штруделя, Максим добавил пару листиков мяты на шарик пломбира и отошёл на шаг, чтобы полюбоваться кулинарной композицией. Видимо, бабочка, разбуженная апрельским солнцем, прилетела на запахи кондитерской. На эти ароматы замечательно приманивались не только насекомые, но и посетители заведения «Рогалик и булочка».

Даже сейчас зал кондитерской не пустовал, хотя время обеда прошло, и оголодавшие работники ближайших организаций и магазинов уже успели усмирить аппетит.

Бабочка почувствовала дуновение ветра из распахнутого окна и, вздрогнув, перелетела с тарелки на яркую открытку. Взгляд Максима переместился вслед за ней. Открытка была почтовой, обладала всеми признаками путешествующего послания: по всему периметру её украшали характерные потёртости, верхний правый угол занимала простенькая марка. Только вместо адреса отправителя значился адрес того места, где Максиму следовало оказаться ровно через сорок две минуты. Ещё утром он изучил изображение на лицевой стороне. Кофейню, изображённую на фото, он хорошо знал, несколько раз пил там кофе и даже пробовал их выпечку, мысленно поставил их повару три с плюсом и взял на заметку оформление окон. Через день и в его кондитерской появились уютные гирлянды с крупными стеклянными лампочками.

Ни поздравления, ни другого романтичного послания на открытке не наблюдалось. Кривые строчки, уходили вниз и намекали на заниженную самооценку отправителя. Может, он сильно торопился, а возможно писал на весу. Почерк был неразборчивый, острые верхушки букв ощетинились, словно расчёска, кололись и выглядели кусачими. Максим хмыкнул: он быстро привык распознавать эти каракули, а когда-то они казались посланием от истинного врача с многолетним опытом шифрования рецептов.

Грачева Татьяна

Хамелеон и бабочка

1.1. Открытка "Кофейня"

Бабочка перелетела с подоконника на край тарелки. Сложив крылья, притворилась частью рисунка на стене и успешно вписалась в лазурный орнамент гжельской росписи на плиточке. Максим наблюдал за ультрамариновой гостьей уже несколько минут, намеренно замедлился и старался не шуметь, чтобы её не спугнуть. Такую расцветку ему ещё не приходилось встречать: ярко-голубая, с тёмной каймой на трепещущих крылышках.

Украсив карамельным соусом хрустящую корочку вишнёвого штруделя, Максим добавил пару листиков мяты на шарик пломбира и отошёл на шаг, чтобы полюбоваться кулинарной композицией. Видимо, бабочка, разбуженная апрельским солнцем, прилетела на запахи кондитерской. На эти ароматы замечательно приманивались не только насекомые, но и посетители заведения «Рогалик и булочка».

Даже сейчас зал кондитерской не пустовал, хотя время обеда прошло, и оголодавшие работники ближайших организаций и магазинов уже успели усмирить аппетит.

Бабочка почувствовала дуновение ветра из распахнутого окна и, вздрогнув, перелетела с тарелки на яркую открытку. Взгляд Максима переместился вслед за ней. Открытка была почтовой, обладала всеми признаками путешествующего послания: по всему периметру её украшали характерные потёртости, верхний правый угол занимала простенькая марка. Только вместо адреса отправителя значился адрес того места, где Максиму следовало оказаться ровно через сорок две минуты. Ещё утром он изучил изображение на лицевой стороне. Кофейню, изображённую на фото, он хорошо знал, несколько раз пил там кофе и даже пробовал их выпечку, мысленно поставил их повару три с плюсом и взял на заметку оформление окон. Через день и в его кондитерской появились уютные гирлянды с крупными стеклянными лампочками.

Ни поздравления, ни другого романтичного послания на открытке не наблюдалось. Кривые строчки, уходили вниз и намекали на заниженную самооценку отправителя. Может, он сильно торопился, а возможно писал на весу. Почерк был неразборчивый, острые верхушки букв ощетинились, словно расчёска, кололись и выглядели кусачими. Максим хмыкнул: он быстро привык распознавать эти каракули, а когда-то они казались посланием от истинного врача с многолетним опытом шифрования рецептов.