«Семья»

Валерий Гуминский

Найденыш 8

Часть первая. Дела семейные (Март 2015 года)

Княжество Далмация

Прохудившееся старое одеяло с трудом сохраняло остатки тепла. Очнувшись от зыбкого сна — или, вернее сказать, полудремы — молодой мужчина натянул его до самого подбородка и скрючился до состояния эмбриона, как будто только это положение могло спасти от холода. Но все было тщетно. Досыпать сразу расхотелось.

В темноте кошары, возведенной из дикого камня, тяжело вздыхали овцы, пахло навозом и кислой овчиной. Рядом с Романом тревожно дернулся во сне и простонал Божко, совсем еще подросток, помогавший ему справляться с пусть и небольшой, но довольно беспокойной отарой овец; их гнали через перевал в Яблоничи — высокогорное село, где каждые полгода проходила крестьянская ярмарка.

Роман знал, что Божко приставлен к нему не только для помощи. Он присматривал за русским парнем по заданию господина Станко — хозяина овечьей отары — и втайне докладывал обо всем, что говорит раб, какие у него мысли в голове, не собирается ли он убежать.

Полтора года назад этот самый господин Станко купил Романа у турок-контрабандистов на побережье в захолустном рыбачьем поселке, давно облюбованном всевозможными проходимцами для подпольных сделок. Раз стихийно возникший рынок теперь стал постоянным. Княжьи люди, что правда, безжалостно гоняют покупателей и продавцов, нередко топя суда с контрабандным товаром.

Именно из Марусичей господин Станко привез на свое большое подворье молодого русоволосого парня в неимоверно грязных и рваных обносках, приставил его к разнообразной тяжелой работе, несмотря на нехватку у Романа трех пальцев на левой руке. Сначала парень упорно отказывался выполнять приказы хозяина, за что был неоднократно бит прислугой и долго отходил от побоев. Богатому владельцу подворья иногда казалось, что русский специально нарывается, чтобы отдыхать и ничего не делать, пока заживают ребра и ссадины на руках и лице.

Однажды Станко после очередного «урока» присел перед плюющимся кровью Романом и на неплохом русском, но с характерным балканским акцентом сказал:

— Глупец ты, русак. Сдохнешь из-за своих принципов, которые никто здесь не понимает. А будешь слушаться и работать, как я хочу, сможешь подняться. Сделаю помощником в каком-нибудь деле, а то и домой отпущу. Хочешь в Россию?