«По заветам Лукича»

– Но это же очень дорогая вещь, – перевела взгляд с майора на Акакия Ханбатыева.

– Да, – подтвердил Акакий, – Очень дорогая. Сто миллионов. Нижняя граница, конечно, – и он, посмотрев преданными глазами на Ханбатыеву, добавил, – Но мне она досталась по наследству от моей прошлой бабушки.

– Теперь я даже не знаю, какой тюремный срок назначить обвиняемому. В моей практике еще не было таких гигантских хищений. Даже на космодроме «Заветы Лукича», – задумчиво вытянула губки Ханбатыева.

– Вы забыли выслушать выступление защиты, – раздался вдруг чей-то, дребезжащий голос. И из-за спины Ханбатыевой, таща за собой козу Зорьку, вышел дед, сидевший недавно с Сидором в обезьяннике.

– Ты снова здесь, – раздраженно произнес майор, и топнул ногой.

– Да. Я представляю интересы обвиняемой стороны, – ответил дедушка, привязывая козу к ножки столика дежурного.

– Пусть представляет, – криво улыбнувшись, согласилась Ханбатыева.

–Хочу донести до сведения высокого суда, – учтиво раскланялся дедушка, – Что настоящая античная статуя Амур целующий Психею, находится в Капитолийском музее в Риме. Есть несколько подобных копий, выполненных известными скульпторами. Ближайшая к нам, например, установлена в Ораниенбауме, у китайского домика, построенного на деньги известного казнокрада князя Меншикова, – тут дедушка, остановился, и достав из-под рубашки увесистую папку, потряс ей в воздухе, – Здесь собраны все исторические документы, касающиеся этой статуи.

– Ну, и что это все значит, – ничего не понимая, спросила Ханбатыева.

– А, то и значит, – гордо поднял голову старик, – Что якобы похищенная в Березовском Эдеме у современного казнокрада Акакия Акакиевича, статуя Амура целующего Психею, является дешевой гипсовой подделкой, покрытой водозащитным раствором, выполненной местным мастером надгробий, гражданином Фуфайкиным. Который, кстати, является также автором памятника Ленину перед зданием администрации, за повреждение которого, мой кум получил когда-то пятнадцать суток, – дед, запустив руку в карман, вытащил оттуда пожелтевшую бумагу, – Вот, пожалуйста, у меня даже есть наряд-заказ, любезно предоставленный мне гражданином Фуфайкиным. Из которого следует, что гражданин Акакий Акакиевич, заплатил ему, то есть Фуфайкину, семь тысяч рублей за изготовление гипсовой статуи Амур целующий Психею.

И тут в наступившей тишине, только громко, с вызовом проблеяла коза Зорька.

– Спасибо за напоминание, – поклонился козе дед, – Таким образом мой подзащитный готов возместить материальный ущерб в размере семи тысяч рублей. У вас есть такие деньги, – дед повернулся к Сидору.

– Да, – закивал тот, – Как раз именно семь тысяч мне Мишка передал за профнастил.

– А мы в свою очередь подает ответный иск на истца, за преднамеренный подлог и обман судебных органов.

– Ваш иск не принимается, – высокомерно бросила Ханбатыева, – Пойдем, отсюда Акакий. – и она развернувшись быстро пошла к выходу, откровенно виляя бедрами.

– Иду, иду, – ответил Акакий и побежал следом за судьей.

– А мне что делать, – спросил Сидор, оглядываясь по сторонам, но вокруг никого не было. Он похлопал себя по щекам и… открыл глаза. Это была все та же полутемная камера предварительного заключения с мутным окошком под потолком, а он все так же лежал на узких нарах.

Тут вдруг раздался металлический звук, дверь распахнулась, и в камеру вошел дежурный полицейский.

– Проснулся, – он посветил фонариком на лежащего Сидора, – Давай оправляйся и на выход.

–Что делать, – не понял Сидор.

–Умойся, пописай, – ответил полицейский и посветил в угол, где к стене был прикручен рукомойник с пипочкой, под которым стояло, старое оцинкованное ведро.

– Ага, – вставая, ответил Сидор, – А который час?

– Восемь утра.

– Это, что же я всю ночь проспал, – удивился Сидор.

– Давай, быстрее у нас смена через час заканчивается, – поторопил его полицейский.

Сидор побрызгал на лицо водой из умывальника и произнес:

«Я готов».

Они поднялись наверх и через общую комнату мимо пустого обезьянника, прошли в кабинет дежурного офицера.

– Ну, что скажешь в свое оправдание, – с некоторым любопытством посмотрел на него лысоватый майор Витек.

– Эта статуя не настоящая.

– Что значит не настоящая, – с удивлением поднял брови майор.

– Она сделана из гипса, скульптором Фуфайкиным. И цена ей семь тысяч рублей.

– Кто такой Фуфайкин, – опешил майор.

–Надгробных дел мастер. Автор памятника Ленину у здания администрации.

– Эй, сержант, – майор посмотрел в сторону приведшего Сидора полицейского, – Чем он там, в камере надышался? Или может, выпил?

– Нет там ничего кроме параши и воды в умывальнике, – пробурчал в ответ сержант.

– Я требую проведение экспертизы, – закончил Сидор.

–Какой экспертизы, – усмехнулся майор.

– Официальной. Для установления подлинности статуи.

–Так, она была уже проведена, – и майор, нагнувшись, извлек из стола листок с нечеткой черно-белой фотографией Амура в обнимку с Психеей и подписью на иностранном языке, внизу. – Вот. Сегодня утром факс пришел, – и майор похлопал рукой по фотографии. – Эта статуя была похищена лет двадцать назад из Римского музея античных скульптур, во время ремонта. И с тех пор находится в международном розыске по линии Интерпола.

– И с чего вы решили, что эта самая статуя, – недоверчиво посмотрел на него Сидор.

– У той похищенной статуи, среди особых примет, у бабы на ягодице, был характерный скол от осколка снаряда взорвавшегося во время войны. Здесь,– и майор пальцем ткнул в фотографию. – И у той, которую ты вез в мотоцикле, точна такая выбоина.

– Я никогда не был в Риме, – с вызовом произнес Сидор.

– Теперь, наверное, побываешь. Пригласят тебя, как нашедшему дорогой экспонат, – с серьезным видом ответил майор.

– Подождите, она же принадлежала, Акакий Акакиевичу, – запинаясь, выдавил Сидор.

– Это уже другая история. Как она к нему попала. Но это мы обязательно выясним, когда найдем этого, твоего Акакия Акакиевича. А пока местоположение его не известно. Может, ты знаешь?

– Я не знаю, – испуганно ответил Сидор.

– Ну, и ладно. Найдем. Ни таких находили, – помахал рукой майор,– А вот за статую объявляю тебе благодарность, от руководства нашего районного отделения полиции, – и майор, встав из-за стола, протянул Сидору руку.

– Спасибо, – растерянно пожал ему руку Сидор. – И что мне дальше делать?

– Можешь идти. Свободен, – улыбнулся майор, – Кстати, там тебя уже ждут на улице.

– Друзья и женщина какая-то красивая.

– До свиданья, – улыбнулся в ответ Сидор и, развернувшись, пошел к выходу.

Выйдя на крыльцо из здания полиции, он увидел внизу на площадке, Мишкин мотоцикл, а чуть в стороне роскошный белый кабриолет, с закрытым верхом, возле которого стоял Мишка с Кузьмичом и в белом, коротеньком, облегающем платье, Алиска, его напарница-снегурочка, с которой он выступал на Новогодней елке в Кремле.

– Привет, герой, – помахала ему ручкой Алиска, – А мы тебя ждем.

– А ты как здесь оказалась, – спустившись, подошел к ним Сидор.

– Вот, приехала тебя выручать. Но моей помощи и не понадобилось. Зря я своего замминистра беспокоила, – весело чмокнув в щечку, ответила Алиска.

– А откуда ты узнала?

– Вон, Кузьмич позвонил, – кивнула в сторону Кузьмича Алиска.

– Ты, свой телефон оставил на даче. Ну, и я как узнал, что ты в полиции. Стал просматривать твои номера и вышел на Алису Сергеевну, – прокомментировал Кузьмич, пожимая Сидору руку.

– А со мной не хочешь поздороваться, – прищурившись, спросил Мишка.

– Чего с тобой здороваться. Сбежал, оставил меня одного, – недобро взглянул на него Сидор.

– Ну, и чего, мне ментам сдаваться надо было, – миролюбиво спросил Мишка.

– Не знаю. Я бы друга не бросил.

– А я и не бросил, – возразил Мишка, – сразу к Кузьмичу поехал. Стали думать, как тебе помочь.

– Это, точно. Это Мишка меня надоумил, с телефоном, – подтвердил Кузьмич.

– Ладно, проехали, – и Сидор, улыбнувшись, протянул руку Мишке – Какие планы?

– Возвращаемся в Кваскву. Я тебе работу нашла. Массовика-затейника при доме пионеров, – закурив длинную, тонкую сигарету и выпуская вкусный дымок, сообщила Алиска. – И квартиру там недалеко сняла. Однушку.

–Здорово, – обрадовался Сидор.

– Только надо обязательно тебе сегодня показаться, ихней директрисе. Так, что едем прямо сейчас, – постучала ноготком часам на руке Алиске.

– Как скажешь, – согласился Сидор.

– Может, ко мне заедем, на дачу, – предложил Кузьмич, – Картошечки молоденькой отварю. И огурчики малосольные уже дошли.

– А я на рыбалку хотел вас забрать, – расстроено произнес Мишка, – С утра на озере уже сеточку поставил.

– Нет, ребята в следующий раз, – ответила Алиска, садясь в машину, – Через неделю, другую может, освободимся.

– Это понятно, дела есть дела, – вздохнул Кузьмич, – Не будем, тогда задерживать их Миш.

В это время на площадь, ведя на веревке козу Зорьку, вышел вчерашний дед в треухе.

– Ну, что освободился уже, – подойдя к ним, спросил он.

– Так точно, – улыбнулся Сидор.

–Я же тебя сразу сказал, у нас нормальные менты, – покивал головой дед, – С ними всегда договориться можно.

В это время Алиска завела мотор и, опустив стекло, скомандовала, – Все, поехали.