«13 Карен и фея-совершенство»

Но ведь так не бывает, верно?

1

Новая жизнь в Сереброке

(и Денис)

– Никак не могу отделаться от этой песни! – простонала Вега. – А ведь я уже несколько месяцев не видела Фрэн!

– Да, песня очень приставучая. Я сегодня утром её пела, – отозвалась Гретель Грин, наливая непонятную серебристую жидкость в крошечный чайничек.

Чайник держала изящная ручка в кружевной перчатке.

– А это… рука настоящей ведьмы? – спросила Вега и поморщилась: рука внезапно повернулась к ней.

В Сереброке было много странного. Вега только и делала, что удивлялась. Например, почему тут, здороваясь, машут ногой, а не рукой? Почему Винглека – хозяйка кинотеатра – ни с кем не разговаривает, кроме статуи летучей мыши у входа? И что за серебристую жидкость тут пьют по утрам? А что уж говорить о маминых изобретениях! Её маму явно все обожали и в то же время побаивались. Да, она – настоящий гений, может решить любую проблему, но может случайно и бед натворить.

– Ты что, Вега! Это же одно из моих изобретений! – воскликнула мама, с ловкостью танцовщицы кружась по сверкающей чёрной кухне. – Я достала его с чердака специально для тебя! Это не рука, а всего лишь заколдованная перчатка. Её зовут Де́нис.

– Да-да, Денис.

Перчатка Денис схватила чайник, пролетела над столом и налила небольшую лужицу на полу возле Веги. Девочка скептически посмотрела на маму, а та задумчиво потёрла подбородок:

– У неё плоховатый глазомер…

Вега щёлкнула пальцами, и лужица затекла обратно в чайник.

– У тебя получается всё лучше и лучше! – радостно похвалила её Гретель.

Тут в комнату вплыло платье. Вега вздрогнула:

– А ЭТО ЕЩЁ ЧТО?

– Ещё одно моё изобретение, – с гордостью объявила Гретель.

– Дай-ка угадаю… Его зовут Гертруда?

– Нет, это тоже Денис.

– Видишь ли, я создала целый наряд, и каждую вещь зовут Денис.

Над головой послышалось глухое топанье.

– Туфли Денис сегодня чересчур раздухарились – пришлось запереть их на чердаке. А колготки Денис сбежали…

Платье Денис запорхало по комнате. Всё в кружевах и ленточках, выглядело оно устрашающе. Внезапно платье прильнуло к Веге.

– Это оно так обнимается, – объяснила Гретель.