«Пасынки восьмой заповеди»

Для чтения книги купите её на ЛитРес

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY

Ребенок сунул в рот сжатый кулак, поперхнулся и закашлялся. Потом полежал и сунул кулак снова.

Фра Лоренцо силился приподняться. Он ничего не мог поделать с маленьким, беспомощным и бесстрашным комком, не умеющим бояться, – и липкий страх объял питающегося страхом!…

Когда он понял это – руки его еще несколько раз дернулись и остановились. В широко раскрытых глазах монаха застыл ужас – теперь вечный.

Ребенок согрелся.

Он молчал. Молчал и улыбался.

Ему было хорошо.

А луна в этот вечер,

Как на горе, ослепла,

И купил я у Смерти

Краску бури и пепла.

И поставил я в сердце

С невеселою шуткой

Балаган без актеров

На ярмарке жуткой.

…С шелестом осыпался песок в часах Вечности, и песчинки дней складывались в барханы лет, все ближе подступавшие к невесомым башням Города. Отсидел положенное на троне бешеный эмир Ад-Даула, уступив вожделенное место следующему за ним; выпил весь положенный ему розовый щербет мудрейший кади, выслушавший в свое время сбивчивый доклад сумасшедшего лекаря и благосклонно махнувший рукой; и люди Великого Отсутствия давно забыли одного из своих шейхов. Род уходит и род приходит, кружит на бегу ветер и вновь возвращается на круги свои, все суета – и никто рассказать не умеет. Никто не умеет – и Якоб Генуэзо так никогда и не рассказал жене о свершившемся. А по ночам он перелистывал страницы Книги Небытия, возвращаясь на вечные круги свои – свои и чужие – и просыпался от собственного крика. Жена вытирала его мокрый лоб, шептала всякую ласковую чепуху, он бормотал в ответ что-то невнятное и закрывал глаза.

Эрих Генуэзо спал спокойно, и в конце концов Якоб перестал бояться за сына. Мальчик становился подростком, затем – юношей, у парня оказались золотые руки, и немощные с утра толпились у ворот их дома. Город беспрепятственно пропускал его куда угодно, и пыльные улицы покорно ложились под ноги мальчика, потом – подростка, потом – юноши…

А потом он уехал в горы. Мать долго не соглашалась отпускать сына, но Якоб неожиданно встал на сторону Эриха и даже проводил его до Ворот Заката. И долго еще смотрел вслед удаляющемуся каравану. Эрих обещал скоро вернуться, но Якоб знал, что вряд ли это произойдет. Знал – и все. Чувствовал. С тех пор он вообще многое чувствовал.