«Мастер»

Евгений Юллем

Мастер

Дорогие мои читатели!

Для упрощения восприятия все меры времени и физических величин приведены к земным, дабы не утруждать вас пересчетами каих-нибудь «фыфыргов» или «лаэлей» в метрическую или английскую систему мер. Также умышленно не указываются или искажаются детали и пропорции там, где, как говорится, «не пробуйте это повторить самостоятельно». Все персонажи являются вымышленными, и любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно, как и происшедшие события.

В остальном — приятного чтения!

Ваш Евгений Юллем

(черновик)

…Опилки латуни летели из-под шарошки гравера, скапливаясь на доске самодельного верстака. Ну все, нужная форма была получена, осталось только взять фетровые диски и отполировать с пастой ГОИ.

Сергей отложил деталь будущей модели Стирлинга и выключил гравер. Фу-ух, наконец-то можно снять маску и очки — все-таки «консервы» штука неудобная, при длительной работе пот начинает глаза заливать. Но без защиты никуда, новые глаза и бронхи на рынке не купишь, тем более и то и другое уже давно и основательно подсажены. Осталось только найти подходящую деталь для изготовления маховика, а значит опять придется идти в пункт приема цветмета к Ашоту, «прэдприниматэлю», как он любит говорить.

Ну ладно, пора уже выйти из дома за несколько дней, да и в магазин за едой зайти надо, холодильник уже пустой.

Сергей неторопливо оделся, сложил в матерчатую грязную сумку тканевые перчатки, большую отвертку, пассатижи устрашающего вида с пятнами ржавчины, ножовку и тряпку — основные инструменты для разбора негабаритного металлолома. Если что, остальное типа болгарки есть у Ашота, это упрощает дело.

Пункт приема металла располагался в одном из ангаров на задах почившего в бозе, не пережившего лихие девяностые, Научного Городка. Пройдя через проходную когда-то крупного НИИ с пожилым охранником, читавшего газету и покосившегося на него из-под очков и выйдя на задний двор, Сергей, матерясь про себя, старательно выдирал подошвы ботинок из чавкавшей грязи на дороге, тщательно разбитой в хлам большегрузами.

С Ашотом он познакомился года полтора назад, когда решил наконец-то заняться моделизмом. Нравились машины и механизмы, очень нравились. Давно хотел что-нибудь такое мастерить, но возможность появилась только с выходом на пенсию в сорок с небольшим и после развода со склочной истеричкой, сосавшей из него деньги и ездившей на нем все время. Наконец-то появилось время, которое напрочь убивалось компьютером, ставшим когда-то и профессией и хобби — все-таки высококвалифицированные программисты получали неплохо, даже при обилии малограмотной блатной школоты. И даже в местных условиях развалившегося промышленного города-гиганта, от десятка крупных заводов которого остались только разрушенные корпуса цехов и офисные и торговые центры в облупленных зданиях советской постройки бывших конструкторских бюро и НИИ. Прям Детройт какой-то, блин… Ведь тоже был крупнейший промышленный гигант, а теперь только купи-продай и работы нет.

Тогда, поискав в округе склады, где можно было взять необходимый для творчества металлолом, он случайно забрел в этот грязный ангар и застал спорящих между собой пожилого благообразного на вид армянина и синеватого мужичонку с обшарпанным пластиковым кейсом сорокалетней давности, с таким Сергей еще в школу в средних классах ходил.

— Две тысячи, и все. Нужно проверить линию на обрыв, дойти до кросса, поменять розетку…

Сергей про себя усмехнулся. Развод на бабки у мужичонки видимо входил в профессиональные качества наряду с алкоголизмом. Главное, побольше непонятных терминов, чтобы клиент повелся…

— Э, бога побойся! Пятьсот дам…

— За пятьсот сам делай, — мужичонка захлопнул кейс и гордо удалился. Обернувшись, добавил — Ну мой телефон у тебя есть, передумаешь — позвонишь!

Армянин тихо выругался. Сергей непроизвольно хихикнул, услышав знакомые слова — был у него друг, любивший ругаться на разных языках, и охотно пояснявший их значения.

— Чего хотел? — услышав смешок, армянин повернулся.

— Давайте посмотрю, что у вас с телефоном.

— И сколько? — прищурился хозяин.

— Посмотреть — бесплатно. Отвертка есть?

Ну точно, розетка, висевшая на соплях и тонкая телефонная «лапша», с одним надломившимся проводом, кошмар связиста. Так, зачистить, согнуть, привинтить.

— Трубку снимите!

— Работает! Молодец! Сколько я тебе должен?

— Да нисколько. Розетку только к стене нормально прикрутите, а то опять провода отвалятся. Кстати, у вас цветной металлолом есть?

— Зачем тебе? — опять с вернувшимся подозрением спросил хозяин.

— Да так, самоделку сделать хочу, нужны бронза или медь для деталей. Купить хочу.

— Самоделку, говоришь? Ну пойдем, выберешь.

Так хозяин пункта приема металла, звали которого Ашот, познакомился с полезным и приятным человеком Сергеем, который мог и телефоны чинить и компьютеры налаживать. Знакомство было обоюдовыгодным.

Где вы купите тонкую листовую латунь? Или медные трубки малого сечения? В интернет-магазине? Можно, конечно. А во сколько вам это обойдется? То-то и оно. И причем попробуйте найти это в розницу, а не партиями от десятка килограмм и с завода. Здесь же все это богатство можно было купить по двойной цене металлолома.

— Привет, Ашот!

— Здравствуй, дорогой! Давно не был!

— Да всего неделю назад заходил.

— Опять дома сидишь, глаза-руки портишь, да? Зачем тебе это, ты еще молодой, ходи-гуляй, барышню себе ищи!

— Да ну их, Ашот, — отмахнулся Сергей, — Я еще с прошлого раза не отошел.

— Семья нужна, дети нужны. Пока еще молодой-здоровый!

— Эх, Ашот, не трави душу. Как-нибудь потом…

— Э, нет! Потом может быстро стать поздно. Всегда думаешь, что успеешь, а потом раз — и все, уже старый.

Угу. Сразу вспоминается очередная мудрость из «Тундры» — не оставляй посадку на конец полосы, а любовь — на старость. Все, поздняк метаться.

— Ладно. Подумаю. Что у тебя новенького?

— Есть немного. Бомжи медь-латунь привезли, я тебе в отдельную кучу свалил. Посмотри, может пойдет.

— Вот спасибо.

Взяв лампу-переноску Сергей начал копаться в груде металлолома, сваленной вдоль стены. Так, спутанная проволока, какие-то покореженные бесформенные куски — не, не надо. Вот довольно длинные куски медных троллейбусных проводов — где только взяли такой раритет, их уже лет тридцать как заменили на алюминиевые, берем однозначно. Что тут еще интересного?

На полу лежал потемневший, покрытый зеленью брусок, размером с блок питания большого ноута. Интересно. Брусок по виду медный, но подозрительно легкий. Ладно, и его берем.

— Ну что, много сегодня нашел?

Сергей поставил сумку на весы.

— Ну килограмм на десять есть.

Расплатившись, Сергей вышел из ангара. Ласковое весеннее солнце играло на облупленных стенах бывшего института, блестело в лужах грязной воды, красило ржавчину арматуры ступеней в веселый коричневый цвет. Тяжело вздохнув, Сергей поплелся домой.

Пора, наконец, разобраться в этом хламе. Проверив сумку дозиметром (а черт его знает, лица с пониженной социальной ответственностью тащили, бывает, и промышленные источники радиации) Сергей извлек столь заинтересовавший его брусок. Сейчас, наконец, посмотрим. Первым делом отмыть щеткой со средством для мытья посуды, затем в раствор лимонной кислоты — ее полно, запасы он сделал как ингридиента раствора для травления плат, очень уж хорошо получалось. Ну а в чистом виде великолепно подходило для очистки многих металлов.

Ну вот, через десять минут брусок заиграл розоватой краснотой меди, обнажая все неровности и помятости. Сергей потер подушечкой большого пальца брусок…

— Ой! — Как будто искра статики проскочила с бруска, больно ужалив в палец.

Еще более странно. Это явно не статика, что за ерунда? Ого, что это?

По поверхности бруска пробежало мерцание, появились два вращающихся ярко-голубых круга, испрещенных какими-то руническими символами, один внутри другого. В воздухе запахло озоном. Раздался звук лопнувшей басовой струны, и…

Сергей больно приземлился на пятую точку, так и сжимая брусок в руках. Что за фигня???

Он сидел в центре большого зала на каменном полу. Сергей огляделся. Довольно большое помещение, где-то десять на десять. С потолка льется мягкий белый свет. Каменные стены заставлены стеллажами с книгами, непонятными предметами и вещами, шкафами, посередине стоит стол — его детская мечта, огромный, старинный, очевидно дубовый. И старый протертый кожаный диван. Две двери в торцах комнаты, одна напротив другой. Сергей встал, шипя и потирая отбитый копчик.

Интерьер интересный, осталось оценить, куда и как он попал. Точнее, «как» уже понятно, перенес его очевидно этот вот «брусок», или что он там из себя представляет на самом деле, а вот куда…

Первая, самая большая и массивная, с виду деревянная дверь была заперта. Сергей, взявшись за ручку, попробовал надавить на нее плечом. Нет, не выходит. Вторая — большая двустворчатая, скорее даже не дверь, а почти ворота, не заперта.

Сергей осторожно открыл ее, и остолбенел — такое он видел только на фото в интернете, с Гранд-Каньона. Большие красные горы громоздились везде, безжалостное солнце палило вокруг. Он что, попал в Америку? Не было печали. Ладно, разберемся и с этим.