«Бог Хаоса»

— Тихо… Неспешно… Уверенно в себе… Твою мать! — громко выругался я.

Маленький вулканический остров посреди Тихого Океана окутало фиолетовым пламенем, которое начало плавить камни и скальную породу. А я всего-то хотел поднять себя в воздух и немного полетать.

— Дубль три тысячи семьсот двадцать признать неудачным… — протянул я, после чего в верхнем правом углу зрения счётчик переключился с 3720 на 3721. Ничего, я обязательно добьюсь от клятой системы выполнения того, чего хочу сам!

Совсем недавно я ныл о том, что я кручусь как белка в колесе, пытаясь сохранить себе жизнь, попутно набирая огромное количество недругов. Один гадил специально, другим — совершенно случайно, даже не понимая сразу, что мои действия могут привести к каким-то плохим последствиям. Достаточно было один раз отразить нападение последователей Ллос на небольшой игровой город, как эта тварь прилипла ко мне и вечно гадила, пытаясь то наказать, то прикончить.

А ведь так спокойно было то время, пока я был мертв. Ну, я так думаю, ибо ничего не помню. Я уничтожил последний алтарь Ллос, после чего меня начали будить два сильнейших существа в известной мне вселенной. Которые, кстати, с легкостью могли бы не только уничтожить и Зевса, и паучиху, но даже не пытались это делать, оправдываясь тем, что сам Хаос не давал им совершать подобные действия.

Сколько там меня не было после моей смерти? Месяца три или четыре, если не ошибаюсь. Не просто так мое появление перед лицом Зератула оказалось настолько шокирующим. Я уже думал, что стану первым свидетелем сердечного приступа у игрока с уровнем выше пятисотого.

Но, нет, он справился с накатившими эмоциями, после чего безумно обрадовался. Носился туда-сюда, как сумасшедший, и забрасывал меня предложениями о возвращении должности главы клана и Княжества. Причем не только словесно, но и вполне реально — я задолбался смахивать и отказываться от всех этих системных оповещений, что мне приходили из-за его действий.

Дурачка нашел, думает? Очень сложно покинуть такие мозговыносящие должности грамотнее, чем это сделал я — тупо помер. А он захотел, чтобы я сразу же вернулся к тому, от чего меня сама Смерть избавила!