«Судьба»

Роман Куликов, Ежи Тумановский

Связанные зоной 2. Судьба

Пульсирующий свет от пляшущих язычков костра не мог побороть зловещую темноту. Лишь отодвигал её рывком на пару метров, чтобы в следующее мгновение, обессилев, снова съёжиться под холодным натиском мрака и продолжать упорно копить силы для нового рывка. Посреди Зоны, в глухом полумёртвом лесу, беспомощность всесильного огня перед темнотой испугала бы любого.

Барс же не боялся.

Он давно разучился это делать. Как не боялся и смерти, пройдя через неё столько раз, сколько не довелось ни одному человеку. А боль и вовсе стала его постоянной спутницей, может, даже верной подругой. Поэтому ни зловещая темнота, ни вздыхающие где-то под землёй аномалии, ни мутант любых размеров не смогли бы пробудить в нём страх. Точнее, он думал, что не смогли бы.

Имелось в Зоне единственное существо, сумевшее испугать его по-настоящему. Но оно осталось где-то позади, в хорошо замаскированном сталкерском убежище, и вряд ли сумело бы найти Барса в этой глуши.

По другую сторону костра на голой земле неподвижно лежал подросток. Глаза закрыты, ноги и руки перемотаны бурыми от засохшей крови бинтами прямо поверх одежды. Измождённое лицо с заострившимися чертами походило на посмертную маску.

Время от времени Барс смотрел на пацана, проверял, приподнимается ли у того на груди отворот брезентовой куртки. И всякий раз едва заметное робкое движение красноречиво говорило ему о том, что дыхание имелось, и подросток ещё жив.

Как вернуть пацана в сознание, Барс не представлял. Он лишь надеялся, что тот глубоко спит, а не впал в кому. Ведь это означало бы, что весь тщательно продуманный план мог внезапно пойти псу под хвост. Пенять, правда, не на кого: сам не учёл, что Сашка всего лишь подросток, и в Зоне о нём необходимо заботиться. Оставил без присмотра – получай результат.

Тяжело вздохнув, Барс взял толстую сухую ветку, пошевелил ею угли костра и толкнул ногой в огонь заготовленный хворост. Пламя рванулось вверх, и тьма на всякий случай немного отступила подальше.

Барс вдруг что-то почувствовал. Едва уловимое изменение в движении воздуха, незнакомый запах коснулся ноздрей, сместилась привычная картинка на периферии поля зрения. Он замер. Поднял голову и уставился на чернеющие кроны нависающих деревьев. Обострённое вживлёнными артефактами зрение позволяло видеть то, что не всякий прибор помог бы рассмотреть. Не далее чем в трёх десятках шагов от костра, на дереве неподвижно сидело какое-то существо.

И снова будто неведомые силы старались его напугать. Не получилось давящей тьмой, пробовали чем-то иным. Возможно, раньше, когда Барс был обычным человеком, им это удалось бы. Не помогли бы ни его умение стрелять и драться, ни многолетние скитания по тюрьмам и спецзонам. Любому человеку свойственно бояться того, что выходит за границы его повседневного опыта. Только вот сейчас даже сам Барс не назвал бы себя «любым человеком».

– У меня есть автомат, – не громко, но чётко проговорил он, – и я могу пристрелить тебя прямо отсюда. Так что, если понимаешь слова, тебе лучше спуститься.

На какое-то время воцарилась тишина, и, казалось, даже костёр перестал потрескивать углями. Потом что-то колыхнулось в темноте, и в десятке шагов от огня с дерева на землю спрыгнул человек.

Среднего телосложения, среднего же роста, одетый в свободную буро-зелёную куртку с капюшоном и штаны с завязками в районе щиколоток. Он мог бы показаться самым обычным сталкером, непонятно зачем забравшимся на дерево. Но Барс оценил, с какой лёгкостью незнакомец перебирался с ветки на ветку и как непринуждённо сиганул с трёхметровой высоты.

Барс вытащил из мешка, лежащего на земле, большой нож и открыто положил себе на колени.

Незнакомец, правда, на этот жест никак не отреагировал. Как ни в чём не бывало он подошёл к костру, присел на корточки, протянул к огню ладони: словно замёрз, пока прятался на дереве, и теперь хотел просто согреться. Коротко глянул на Сашку и только после этого посмотрел на Барса.

Взгляд незнакомца, серьёзный и немного лукавый одновременно, Барсу сразу понравился. Было в этом взгляде что-то, заставляющее немедленно проникнуться к собеседнику расположением. И хотя за свою жизнь Барс неоднократно убеждался, что лучшее впечатление с первого взгляда производят расчётливые негодяи и мошенники, а необычное появление незнакомца выглядело весьма впечатляющим и даже угрожающим, вместо того, чтобы насторожиться, он лишь усмехнулся. Вытащил из мешка консервы, одним круговым движением ножа вскрыл банку и с лёгким сарказмом предложил:

– Тушёнки… сэр?

Незнакомец рассмеялся, блеснув белыми зубами, не чинясь принял банку, извлёк из-за пазухи складной нож, в котором имелась выдвижная вилка, и принялся ловко выбирать мясо, сбрасывая куски жира в костёр.

Огонь затрещал и зачадил дымом. Остро завоняло горелым.

Барс продолжал рассматривать незнакомца, отмечая быстрые взгляды, которые тот время от времени кидал по сторонам, точные движения, ухоженную кожу на лице и руках, аккуратную стрижку и ровный загар. Так мог выглядеть банкир, директор крупной компании или представитель шоу-бизнеса, но никак не сталкер. И для глухого угла, в котором Барс решил спрятаться, пока Сашка не придёт в себя, для заваленного буреломом леса посреди Зоны, куда и не каждый сталкер сможет добраться, появление такого человека выглядело просто насмешкой над здравым смыслом.

Незнакомец доел тушёнку, бросил банку в костёр, облизал вилку, сложил её и сунул обратно за пазуху. Снял с пояса флягу и выразительно потряс ею, чтобы стало ясно: не вода там булькает, ох, не вода. Барс спокойно вытащил две кружки, и вскоре в каждой уже плескалось грамм по пятьдесят.

– Феникс, – сказал незнакомец, стукая своей кружкой о кружку Барса.

Они выпили и разделили кусок чёрствого хлеба.

– Хорошо, – сказал Феникс, закусывая и с наслаждением жмурясь. – Вот чего мне так долго не хватало.

– Усугубим? – деловито протянул ему кружку Барс.

И они усугубили, даже не пытаясь развивать беседу. Не сговариваясь, оттягивали до последнего неизбежное выяснение обстоятельств встречи.

– Сын? – спросил Феникс, усаживаясь на землю и кивая в сторону Сашки.

– Попутчик, – ответил Барс. – Попал в аномалию, едва вытащить успел.

– Серьёзно пострадал?

– Без понятия. Я не врач.

Спиртное разливалось внутри горячей волной. Барс уже настолько отвык от таких ощущений, что даже забеспокоился: не отравил ли его новый знакомый? Впрочем, расслабленная поза Феникса говорила – тот и сам уже немного захмелел.

Потом оба молчали, внимательно разглядывая друг друга через огонь.

– Как ты это делаешь? – спросил Барс, показывая головой и глазами наверх. – Нормальный человек так не cможет.

– Нормальный человек испугался бы, увидев в таком месте кого-то вроде меня, – хмыкнул Феникс.

– Мутант? – с пониманием спросил Барс.

– Улучшенный вид. Тебя о том же спрашивать не буду: и так всё видно, – сказал Феникс, многозначительно глядя на выпирающий из тела Барса край артефакта.

– Да я и не скрываю.

– Но это не «цепь судьбы», – голос Феникса дрогнул, выдавая нешуточный интерес.

Барс напрягся и от полувопросительного утверждения, и от того, как изменился собеседник, на мгновение потерявший весёлый блеск в глазах.

– Знаешь, я не люблю всех этих недосказанностей, – проговорил он, неотрывно глядя на Феникса, – поэтому давай сразу перейдём к делу. Нет, это не «цепь судьбы». А почему тебя интересует «цепь судьбы»?

Новый знакомый помолчал, лицо его вновь приняло расслабленное и лукавое выражение.

– Просто любопытно, – сказал он, наконец. – Знаю только об одном артефакте, способном внедряться в тело. А теперь, как вижу, он не единственный.

– Видел «цепь судьбы»?

– Доводилось, – спокойно кивнул Феникс. – Издалека, разумеется. Ни один человек в здравом уме не станет брать эту дрянь в руки.

– Расскажи, что знаешь об этом артефакте.

Барс не заметил, как перешёл на приказной тон.

Феникс моргнул, но на удивление покладисто ответил:

– Да не очень-то и много. Есть у меня знакомый коллекционер, у него такая штука лежала в сейфе. Показывал он мне сперва снимки, а затем и вживую, но предупредил, чтобы руками даже не пытался брать. Вопьётся, говорит, в ладонь, и всё! Будет сидеть в руке и высасывать жизнь!

– Артефакт? – Барс постарался, чтобы в его голосе отчётливо слышался скепсис. – Высасывать?

– Ну, он мне так сказал.

– Идиот твой знакомый. «Цепь судьбы» совсем не так работает. Как его найти?

– Коллекционера? – удивился Феникс. – Не знаю. Давно это было. Да и хранилище у него было передвижное.

– А здесь что делаешь?

– Дело у меня одно имеется, – последовал уклончивый ответ.

– Что за дело?

Феникс смотрел Барсу в глаза и молчал, видимо, обдумывая ответ. Затем всё тем же дружелюбным тоном сказал:

– Человека надо отыскать, проверить, всё ли у него хорошо. Дружбан мой. В беду мог попасть. Переживаю.

– Сталкер? Пропал во время ходки? – успокаиваясь, спросил Барс.

– Типа того. Слушай, я всё уже о себе рассказал, но ничего не знаю о тебе.

– Меньше знаешь – крепче спишь.

– Это неразумно для укрепления доверия между будущими союзниками.

– Союзниками? – удивился Барс. – Мне не нужны союзники!