«Однажды в Марчелике»

Лео Сухов

Однажды в Марчелике

Г. Сан-Валентино, Марчелика, осень 1935 года М.Х.

— Мешо, подождите! Мешо!.. — кричал юный моряк, догоняя только что сошедшую с борта «Ренны» пассажирку.

Девушка была молода. Даже слишком. Фор-Ност редко встречал столь молодых переселенцев и путешественников — как-никак, фронтир. Девушка была одета в коричневые походные колешоры, модные среди женщин в последние десятилетия. Формальная юбка из невесомой ткани, прикрывавшая колени, компенсировалась вполне основательными штанами. Святые отцы спокойны, а в седле — удобно.

— Мешо! Да подождите же! — моряк, наконец, добился своего, и девушка, обернувшись на его крики, остановилась.

Узкое лицо, светлые волосы, заплетённые в толстую косу, и большие серые глаза. «Откуда-то с юга, небось. Там много таких девушек. Из Гордиша или из Луджи. По-нашему она во время плавания говорила без акцента… Значит, не из островитян и не из загорцев», — подумал моряк, пытаясь отдышаться.

— Мешо! Наконец-то я вас догнал!..

На большее дыхания у него не хватило. Моряк остановился, чуть согнувшись и пытаясь надышаться раскалённым воздухом Марчелики.

— Хето? — девушка выждала несколько секунд, а потом прервала затянувшееся молчание. — Вы же за мной бежали не для того, чтобы рядом постоять?

— Простите, мешо!.. — моряк тяжело дышал. — Не привык я к такой жаре… Кэп, метен Бирн, просил передать, что если захотите отдохнуть в городе, то лучше остановиться в гостинице «Жёлтое небо»…

— Она одна на весь город? — удивилась девушка.

— Для такой молодой девушки Фор-Ност — не самое безопасное место, мешо! — ответил моряк с едва заметным укором. — А ещё кэп просил вас найти себе охранника. Местные касадоры берут совсем недорого… И смогут, если туго придётся, хотя бы дать вам время сбежать.

— Вот как… — девушка задумалась и улыбнулась. — Что ж, хето, спасибо вам! И передайте мою самую искреннюю благодарность метену Бирну!

— Непременно, мешо! — радостно ответил моряк и, кивнув, отправился в сторону корабля.

Стоило ему отойти на пару десятков шагов, как к юной путешественнице подошёл молодой мужчина. Одет он был в простой серый костюм, широкополую шляпу и остроносые ботинки. Глядя вслед матросу, он даже не пытался стереть с лица лёгкую презрительную улыбку.

— Здравствуй, Пелла!

— Крист! — девушка обернулась к молодому человеку.

Со стороны могло показаться, что она сейчас шагнёт к нему и обнимет, но этого, к несчастью для молодого человека, не произошло. Пелла ограничилась открытой и приветливой улыбкой. Если Криста и расстроил сей прискорбный факт, то он совсем не подал виду. В его семье ценилось умение держать себя в руках.

— Не обращай внимания на эти предупреждения! — сказал он, приняв у девушки багаж и двинувшись к выходу с пристани. — Тут вечно всех пугают Фор-Ностом, но я уже вторую неделю в этом городке… И тут скучно, как и в любой провинции. Да к тому же, ещё и жарко!..

— Неужели ты ещё ни разу не столкнулся с местными касадорами? — шутливо спросила Пелла, догнав его и выровняв шаг. — Мне так много рассказывали, как тут стреляют на каждый шорох…

— С одним столкнулся. И отправил его на больничную койку! — гордо признался Крист. — Но вообще-то они мирные, если трезвые. А я вообще всё время трезвый, потому что не могу пить местный горлодёр, а эдемские напитки здесь стоят — как в Старом Эдеме специи с Фор-Носта…

Девушка сочувственно улыбнулась. По родному Старому Эдему она начала скучать ещё на корабле. Хоть «Ренна» и летела через океан на всех парах, но три месяца пути — это всё ещё три месяца пути. И ничего тут не сделаешь. А уж когда они проходили мимо Матенского архипелага с его буйством зелени, сердце Пеллы просто защемило от тоски. Лишь глядя на заросшие джунглями острова, она поняла, как ей не хватает умеренных серо-зелёных цветов Старого Эдема.

Здесь, в Марчелике, всё было совсем другим — слегка красноватым, с редким вкраплением тёмно-зелёных и салатовых оттенков. Вместо полуденной прохлады под тенью Гробрудера тут царил палящий зной. А ночью из-за сияния всё того же Гробрудера невозможно было уснуть.

Пелла, кстати, была девушкой начитанной. И даже какое-то время увлекалась астрономией. Поэтому считала, что это не Гробрудер вращался вокруг Эрфы — а, наоборот, их Эрфа вращалась вокруг Гробрудера. Девушка искренне верила, что однажды придёт час, когда этот факт признает всё прогрессивное научное сообщество. Пока же, не находя достаточных доказательств, научное сообщество не хотело ссориться с Церковью из-за таких мелочей.

— И всё-таки… Давай последуем совету капитана! — предложила Пелла. — И остановимся в «Жёлтом небе».

— Дорого! — поджав губы, заметил Крист.

— Ну, у меня деньги пока есть… — девушка пожала плечами, — А задерживаться здесь мы не собираемся. Узнаем, что произошло с моим дедом, и сразу домой.

— Я вообще не понимаю, зачем ты поехала!.. — буркнул Крист. — Твой дед — оторванный палец. Назад не пришьёшь.

— Крист, ты ведь знаешь, он таким стал не по своей воле! — Пелла поморщилась. — Мама говорила, что когда она вышла замуж, новые родственники всеми силами старались избавиться от деда. Мама много лет переписывалась с ним. Она очень любила своего папу. И даже присылала ему мою фотокарточку. Он и рад был бы вернуться, но…

Дальше шли молча. Крист не хотел спорить — он искренне считал старого Гро чудаковатым человеком, которому и вправду не место в высшем свете Старого Эдема. Но как объяснить это Пелле? Ей бы радоваться тому, что старик не омрачает её жизнь напоминанием о низком происхождении…

Что касается самой Пеллы, она знала все эти аргументы, но давно поняла, что в той жизни всё не так просто. Два её брата легко вписались в дворянское общество на вторых ролях (низкое ведь происхождение!), а вот девушка не могла заставить себя принять такое положение дел, в отличие от многих сверстниц. Как когда-то и её дед.

Мама скучала по своему старому «папане Гро» — наверно, поэтому и обожала дочь больше жизни. Девочка была очень похожа на деда: и внешне, и характером. Жаль, что уже год, как мама навеки покинула её…

Когда пришло письмо из Марчелики о смерти старого Гро, Пелла, не задумываясь, обратилась к отцу — с просьбой съездить и узнать, что именно убило старика. Она хотела повидать хотя бы могилу своего деда, раз уж не удалось свидеться при жизни.

Пелла не знала, зачем ей это нужно, но где-то в глубине душе верила, что «встреча» с дедом поможет ей найти свой путь в жизни. И об этом она не собиралась говорить даже Кристу, с которым знакома была с детских лет, сдружилась в последние годы — и который, кстати, уже не первый год был в неё влюблен.

Так или иначе, вместо бесполезных споров она решила поглазеть по сторонам. Благо здесь было на что смотреть. С тех пор, как появились первые королевства, прошло уже 1935 лет. Тогда епископы выбрали нового Патриа, а тот, в свою очередь, короновал по римскому обряду новоявленных правителей. Конечно, историки всё ещё спорили, существовал ли вообще этот самый Рим — и куда он делся, если всё же существовал?

Не осталось ни руин, ни римлян, ни даже злобных варваров, его сокрушивших. Конечно, все с подозрением косились на загорцев и островитян, но загорцы сами были христовой веры — и категорически отрицали свою роль в крушении империи, которое погрузило весь Эдем в тёмные века. А островитяне указывали на то, что их религия появилась уже после падения Рима.

Вообще-то было много сказаний и даже хроник, повествовавших об истории после крушения Римской империи, но все они были больше похожи на сказки. Пелла, кстати, никогда в споры на эту тему не встревала. Для неё, как и для подавляющего большинства эдемцев, весь мир и история Эрфы начались 1935 лет назад, когда из тьмы варварства родились королевства. Почти две тысячи лет — вполне достаточно, чтобы не считать себя потерявшим память…

Восемнадцать столетий с того дня на материке Эдем жили люди, благословенные господом. Земля и мягкий климат дарили богатые урожаи — и не было ничего, что напоминало бы про голод и холода, которые описывались в сказках.

Только на крайнем юге бывало иногда прохладно. Но стоило солнцу полыхнуть багрянцем, как Гробрудер начинал «морщиться» бурями своей атмосферы, по небу разливалось сияние, а погода становилась жаркой на долгие дни. Случались, конечно, и засухи, но запасов, чтобы переждать такие времена, всегда хватало.

Всё закончилось в 1801 году, когда смелый капитан и исследователь Америго Марчелло снарядил два парусника и отправился на северо-восток.

Конечно, и до него многие мореплаватели пытались исследовать Океан — тогда его ещё называли Окраинным, отдавая дань временам, когда считалось, что именно там, за этим океаном, и есть край света. Однако оттуда мало кто возвращался, а те, кто приплывал обратно — говорили, что не нашли новых земель. Да, конечно, на юге были льды, но это же не обычная земля, так ведь?

Спустя 300 дней странствия метен Марчелло и его смелая команда достигли незнакомых берегов новой земли. Триста дней!.. Пелла, когда об этом задумывалась, приходила в ужас… Ведь на тех парусниках невозможно было даже помыться! Чтобы набрать пресной воды — ее приходилось выпаривать! Зато, как бы то ни было, триста дней — и вот она, новая земля…